Фамильяр — изгой - Джеффи Кеннеди

class="p1">Казалось, он знал, что доставляет удовольствие ей раньше, чем она сама, находя, какие места и ритмы сводили ее с ума. Она утратила всякое чувство самосознания, вообще потеряла себя, став чувственным созданием, живущим ощущениями, инструментом, на котором играли его искусные поцелуи и ласки.

Она рыдала от изысканных ощущений, умоляя его, и он довел ее до кульминации, не останавливаясь в своих действиях, пока она билась в конвульсиях, вознося ее еще выше, увеличивая напряжение, прежде чем у нее появился момент, чтобы расслабиться, перевести дыхание. Пока она, наконец, не закричала, дико забившись под твердым контролем его рук и решительным натиском его рта.

Наконец, он отпустил ее, замедлив ласки губ и языка, и не держа ее бедра, которые больше не дрожали. Он положил твердую руку ей на живот, чувствуя, как его сила успокаивает ее. Она приоткрыла веки и увидела, что он улыбается ей с самодовольным видом. Она рассмеялась.

— Это было потрясающе.

— Да, — ответил он почти благоговейно. — Да, так и было.

Скрестив руки, он взялся за край грубой рубашки, которую носил, и стянул ее через голову, предоставив ей вид на свою превосходную грудь и латунную трубку, висящую на цепочке вокруг его шеи. Он снял и ее, отложив в сторону: под бледной кожей, на которой блестели рыжие волосы, словно языки пламени, лижущие снег, проступали точеные линии поджарых мускулов.

Селли села, внезапно ощутив прилив сил, и провела руками по этим мышцам, касаясь их пальцами. Он замер под ее прикосновением, и она, подняв глаза, увидела, что он смотрит на нее почти настороженно.

— Все в порядке? — спросила она, и он кивнул немного неуверенно.

Наклонив голову к его груди, она провела языком по одному соску, затем по другому, наслаждаясь их медным цветом и бархатистой мягкостью, а также тем, как у Джадрена перехватило дыхание, и как по нему пробежала дрожь ответной реакции.

Дарить ему ласки было само по себе удовольствием, и она приложила больше усилий, радуясь тому, как он тает под ними. Он запустил пальцы в ее волосы, откидывая их густую массу с ее лица и направляя их вниз по спине, в остальном же замирая, ожидая ее исследования и издавая тихие звуки благодарного удовольствия.

Пробираясь вниз по его плоскому животу, она пробовала и изучала, наслаждаясь открытием того, что заставляло его дрожать от ее нежности. Она дошла до завязанного пояса брюк и, вопросительно взглянув на него, обнаружила, что он пристально наблюдает за ней своими черными глазами.

Она поняла, удерживая ее волосы, он может наблюдать за ней, пока она доставляет ему удовольствие. Его губы изогнулись в улыбке от того, что она все поняла.

— Довольно волнующее зрелище, — признал он с усмешкой. — Я не часто получаю удовольствие.

Не часто… или всегда? Она на самом деле не задумывалась о сексуальной жизни Джадрена, за исключением того, что он, по сути, обслуживал множество женщин — как волшебниц, так и фамильяров — под присмотром своей матери-мучительницы. Выходя из состояния магического исцеления, он впадал в безумное и возбужденное состояние, в котором почти не мог себя контролировать.

Он научился доставлять удовольствие этим безымянным женщинам, но кем они были и как они обращались с ним? В его мрачном взгляде она уловила намек на этот ответ, источник печали в нем и проблеск предвкушения.

— Можно? — спросила она, услышав свой собственный чувственный голос. После его слегка неуверенного кивка, может, не как разрешения, а как размышление о том, как он с этим справится, она медленно ослабила завязки, спуская брюки вниз, так что его возбужденный член вырвался на свободу, обрамленный копной огненных волос.

Следуя его примеру, она встала на колени и, положив ладони ему на грудь, нежно толкнула его обратно на кровать, затем стянула с его ног свободные брюки, сняв сначала один ботинок, потом другой. Раздев его, она снова поднялась по его длинным ногам, целуя и покусывая, позволяя своим соскам касаться его, а волосам струиться по его коже.

Он все еще внимательно наблюдал за ней, и ожидание пульсировало в их связи, в его трепетных ответных движениях. Она раздвинула его ноги, продвигаясь вперед, устроившись между ними, и поцеловала его мошонку, туго натянутую под твердым членом, лежащем на его животе, вдыхая его запах, запах секса и мужчины.

— Селия, — грубо сказал он, его дыхание было прерывистым от предвкушения, — тебе не обязательно делать это для меня.

Она посмотрела на его длинное тело и улыбнулась.

— Я хочу. — Зная, что он желает все видеть, она убрала волосы.

Он подобрал их.

— Я буду отвечать за твои волосы, — сказал он с хриплым смешком, а затем застонал, когда она провела языком от мошонки вверх по его твердому члену. Поскольку она никогда раньше этого не делала, Селия экспериментировала, и, судя по тому, как Джадрен двигался под ней, по звукам, которые он издавал, получалось у нее хорошо.

Крепко сжав основание его члена одной рукой, она провела языком по бархатистому кончику, то облизывая, то посасывая сильнее, пока его движения не стали более настойчивыми. Наконец он отпустил ее волосы и схватил ее за плечи, останавливая ее и приподнимая, его пальцы скользнули в ее лоно. Она ахнула от чистого удовольствия, а он застонал от ее влажности и, перевернув ее на спину, устроился между ее раздвинутых бедер.

Он выглядел серьезным, даже мрачным, его выражение лица было застывшим в напряжении, а эти черные-черные глаза смотрели в ее. Приблизившись к ее входу, он медленно вошел внутрь, остановившись на мгновение из-за сопротивления, оценивая выражение ее лица, вопросительно глядя на нее.

— Прошло очень много времени, — объяснила она, понимая, что скована. — Не останавливайся.

Он хрипло рассмеялся.

— Хорошо, потому что, если я сейчас остановлюсь, это может меня убить. О, Селия… — Двинув бедрами, он вошел глубже, заполняя ее и они оба вздохнули от интимного соприкосновения кожи.

Их тела соединились, Джадрен начал двигаться внутри нее, сначала медленно, затем увеличивая темп, когда они нашли правильный ритм для себя, песню, которую разделяли только они двое. Он наклонился в сторону, устроив ее так, что ее правая нога оказалась на его бедре, а лицо лежало рядом с его лицом на подушке, темные глаза были полузакрыты в полной чувственности.

Она схватилась за его плечи, омываемая волнами интимной, эротической связи, нуждаясь в том, чтобы держаться за него. Он обнял ее за талию, удерживая, пока приближающаяся кульминация закружила ее по бурным волнам.

Забившись в конвульсиях, она вскрикнула, откинув голову назад. Лицо Джадрена исказилось, и он ускорил темп, тяжело