Развод. В логове холостяка - Ксения Хиж

даже с вертолета. Волонтеры – сотнями обходили окрестности. Мама обещала золотые горы, она умоляла, она угрожала...Ее лицо не сходило с эфиров местного телевидения.

Он провел рукой по лицу, и вдруг из него будто вынули стержень. Он снова сел, обмякший.

- И ничего?

- Ничего. Ни одной улики, ни одного свидетеля, как будто она сквозь землю провалилась. И про концерт, кстати, тоже я не помню упоминаний. Ни в одной афише, ни в одном отчете я не встречал подобного, а ведь по идее это событие для городка – выступление одаренных детей…

- Да, это странно.

- Угу. Словно кто-то взял и вырезал этот день из жизни города острым скальпелем! Словно кто-то специально вычеркнул этот эпизод из ее жизни.

- Это ужасно, - я сама услышала, как дрожит мой голос. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться. – Но она там была. Я тебе клянусь! Ты же веришь мне?

- Я верю тебе, Поль, конечно, верю. – Руслан подошел и, не говоря ни слова, взял мои ледяные пальцы в свои теплые ладони. И меня отпустило.

- Получается, кто-то контролировал поиски? – озвучила я самый страшный вывод.

- Получается так. Да что говорить, если Боря приперся сюда по наводке Гарика, а он начальник полиции.

Руслан сощурился.

- Я выведу их на чистую воду всех, а сейчас нам нужен список спонсоров того конкурса. Сможешь вспомнить имена и детали?

- Попробую.

Мы сели за стол, на котором недавно бушевали страсти, а теперь лежали невинные листы бумаги. Он достал из шкафа папку, взял карандаш.

- А что с Борисом? – Спросила я, когда Руслан начал выводить на белоснежном листке даты.

Боже, как давно это было.

Сейчас я как никогда остро ощутила свой возраст.

Облизнула пересохшие губы – перед глазами как в конвейере отрывки моей прошлой жизни. Никчемной. Несчастливой. Только концерты и зрители меня спасали. Я не жила. Я существовала для музыки.

- Борис, - выдохнул спустя какое-то время Руслан. – Под охраной. Ждем ответа от Гарика или твоего мужа. Твои фото мы им отправили. Я думаю, что Гарик не захочет делиться с Борисом деньгами и попробует его устранить.

- Ясно.

- Так день исчезновения сестры, - Рус ткнул острый грифель карандаша в выведенную дату. – Когда был концерт? – он открыл ноутбук, и экран осветил его сосредоточенное лицо. – Хотя бы месяц и примерный день? И где это все происходило? Нам нужно восстановить по максимуму эти дни. Скорее всего ты вспомнила не абсолютно всё, одного сеанса мало, но будем работать с тем, что есть.

- Хорошо, - я выдохнула и зажмурилась, мучительно вспоминая все, что происходило тогда.

*** Вечером его дом погрузился в темноту, нарушаемую лишь трепетным светом свечей на столе. Пламя отбрасывало на стены причудливые тени, в которых мне чудились образы из прошлого: испуганное лицо Даши, восторженный взгляд Лиды.

Мы сидели за ужином, почти не прикасаясь к еде. Воздух был густым и тяжелым, насыщенным невысказанным беспокойством.

- Я не позволю им стереть еще одну жизнь, - тихо, но с железной интонацией сказал Руслан, вращая в пальцах бокал. Его взгляд был прикован к пламени свечи. – Я буду рыть землю руками, но найду их. И я разнесу эту систему к чертям.

- Один? – спросила я, и голос дрогнул.

Он поднял на меня глаза. В их глубине плясали отблески огня.

- Я теперь не один. У меня есть ты. А союзников мы найдем.

В его словах горела решимость и ярость, накопленная за годы поисков, и странное, рождающееся на этой дрожи доверие ко мне.

Мы составили подробный план действий. А имена спонсоров у нас уже были. Моя свекровь, ее закадычные друзья меценаты. В интернете нигде не упоминались их фамилии, но по описаниям и воспоминаниям, я чётко поняла, кто эти люди. Воротилы в дорогих костюмах, с ледяными сердцами.

Когда мы закончили, наступила тишина, наполненная лишь треском свечей. Я встала, чтобы помочь убрать со стола, но он тоже поднялся, и мы оказались в нескольких сантиметрах друг от друга в полумраке гостиной.

- Спасибо, - прошептал он. – За то, что появилась в моей жизни.

Я подняла на него глаза, и улыбнулась.

Он медленно, давая мне время отстраниться, протянул руку и коснулся пальцами моей щеки.

И тогда я сама закрыла это расстояние, обозначая границы дозволенного между нами.

Не просто страсть и мимолетное влечение.

- Я хочу уснуть с тобой. И проснуться в твоих объятиях. Что скажешь?

Обретя память, я словно обрела и себя. Уверенность и чувство, что я достойна большего.

Он усмехнулся уголками губ и притянув к себе, крепко-крепко меня обнял.

Глава 49

Эту ночь мы провели вместе.

Руслан уже спал, тихонько посапывая, а я все не могла уложиться, меня одолевали мысли. Я смотрела на него, лежа на боку, и любовалась, и мне было страшно, от мысли, что всё закончится.

Впереди месть бывшему, мое фееричное воскрешение и расплата всех виновных. А что будет дальше? Что потом?

Останется ли он со мной или я уйду в свою одинокую жизнь?

Останется он здесь, ведь у него санаторий и бизнес, а я уеду в очередной гастрольный тур когда полностью приду в себя и восстановлюсь?

Или мы продолжим общение, но на расстоянии?

И вдруг он все еще любит Дашу, а я, кажется, влюблена в него. Безумно. До дрожи пальцев, которыми трогаю осторожно его лицо и волосы, и у меня улыбка не сходит с губ.

Я его не увижу? И снова музыка станет моим единственным исцелением?

Но ведь сейчас, лекарство от всех моих бед – он…

Будильник прозвенел внезапно. Руслан тут же вскинулся, отключая его, а я сомкнула глаза, притворяясь спящей.

Шесть утра, не больше, а он уже куда-то собирается.

И вот он замер, и я не дышу. Слегка посапываю, делая вид, что сплю.

Теперь его уже пальцы скользят по моей щеке, а потом теплые губы дарят утренний поцелуй.

Он накрывает меня одеялом до самого носа, гладит по голове, и я слышу его удаляющиеся шаги. Шум воды в душевой. Как открывается шкаф. Он одевается, и я силюсь спросить – куда он, но приятная дрема уже поглощает меня с головой.

Лишь слышу обрывки фраз: да, на пирсе. Гарик не в курсе? Отлично. В полдень скажи, что будешь. Я пока в МВД,