Ненавистники любви - Кэтрин Сентер

— Кто первый оступится, упадёт, остановится или разведёт руки для равновесия… — сказал Коул, — тот и проиграл.

— А кто будет всё это контролировать? — уточнила я, пытаясь показать, насколько идиотская идея — чтобы двое пьяных проверяли друг друга.

— Ты.

Ага. Вот так поворот.

— Так что смотри внимательно. Потому что целовать будешь победителя.

Я уставилась на Коула.

— Этого не будет.

— Никогда не говори «никогда».

В этот момент подошёл бармен с подносом, полным стопок виски.

И всё началось. Один шот для Коула, один — для Хатча, после чего каждый из них должен был пройти по линии.

Честно говоря, всё это продолжалось куда дольше, чем я ожидала. Постоянные вставания и садания, туда-обратно. Они пили, сидя друг напротив друга, а потом снова и снова поднимались, чтобы пройти по прямой.

Хотел ли Коул просто повеселиться? Потому что ни один из них явно не веселился. Хатч был сосредоточен на пределе, а Коул — преждевременно ликующий, абсолютно уверенный, что у Хатча нет никакой выносливости, чтобы его победить.

Психологически всё было прозрачно: как же Коулу хотелось хоть в чём-то превзойти своего идеального старшего брата. Я болела за Хатча по многим причинам, но одна из них — именно эта самоуверенность Коула.

Вот чего Коул не учёл: он уже успел выхлестать немало пива, пока мы играли в пинбол. На самом деле он уже был наполовину пьян, когда эта «гениальная» идея вообще пришла ему в голову. Так что неудивительно, что он провалил тест: пошатнулся, вытянул руки для равновесия, замер, потом оступился, сбился с линии и грохнулся на пол.

Он не просто проиграл. Он проиграл с треском.

Я не могла не почувствовать облегчение. А Хатч, надо отдать ему должное, выглядел абсолютно трезвым.

— Конкурс окончен, — объявила я Коулу. — Ты проиграл.

— Правда? — прищурился он, глядя на меня снизу вверх, будто я пытаюсь его обмануть.

— Правда, — подтвердила я, с удовольствием наблюдая, как Хатч протянул ему руку.

Коул поднялся с пола с его помощью, но вместо того чтобы отпустить, принялся яростно трясти Хатчу руку.

— Спасибо тебе, мужик, — сказал он. — Знаю, ты не хотел этого делать. Ценю. Мне было весело. Ты молодец, что согласился.

Мы с Хатчем переглянулись. Это было неожиданно.

— Ну давай, — сказал Коул, отпуская руку и отступая. — Ты честно победил.

— Давай что? — не понял Хатч.

— Получи свой приз, — пояснил Коул, махнув рукой в мою сторону.

Хатч нахмурился и посмотрел на меня, как будто не мог поверить, что Коул говорит всерьёз.

Но Коул продолжил.

— Вполне серьёзно, мужик. Не тормози. Без вопросов. Она твоя.

Что он вообще себе позволяет? Феодал, блин.

— Коул, — сказала я, покачав головой, — это не тебе решать.

— Почему нет? Он же выиграл по-честному.

— Что это вообще? Средневековье?

Но теперь он повернулся к Хатчу.

— Просто сделай это, — сказал он. — Ты же хочешь.

— Не хочу, — ответил Хатч.

— Хочешь. Ещё как хочешь.

Но Хатч покачал головой.

— Совсем не хочу. Даже представить себе не можешь, насколько.

Ну, это уже было чересчур. Хотя, конечно — всё, что он знал обо мне в этой ситуации, было ложью. На его месте я бы тоже не захотела целовать такую «подружку брата».

— Не обманешь, — буркнул Коул.

— Меня не интересовала твоя прошлая девушка, и не интересует эта, — отрезал Хатч.

— Продолжай в это верить, дружище.

— Нам пора домой, — сказал Хатч.

— Абсолютно, — согласился Коул. — Сразу после того, как ты поцелуешь мою женщину.

— Заткнись. Пошли.

— Я серьёзно. Я отдаю тебе её и ты должен это принять.

— Не хочу.

— Хочешь.

— Ты можешь умолять меня всю ночь, а я всё равно не поцелую её. Можешь дать мне по морде — я не поцелую. Можешь предложить тысячу долларов — всё равно нет.

Ай.

Наверное, он хотел поставить точку.

Но стало только хуже. Потому что тут какой-то неприятный старикашка из соседнего бокса сказал:

— Я бы за тысячу поцеловал.

Мы все обернулись. Он поднялся и оказался гораздо крупнее, чем казался сидя.

Хатч тут же встал между ним и мной.

— Не ты, — сказал Коул, подойдя к старикашке. И указал на Хатча: — Только он.

— Я же сказал: я готов, — не унимался тот. — Хочешь заплатить кому-то, чтобы поцеловал девчонку — я согласен. А вообще, чего уж там, я и бесплатно могу.

— Ни за что, — отрезал Коул. — Даже не думай.

— Почему?

— Посмотри на неё! — вспылил Коул. — Она молодая, красивая! А ты — старый, жалкий пьяный мужик в баре!

И на этих словах, не задумываясь ни на секунду, старик вмазал Коулу кулаком по лицу.

Коул рухнул на пол. И тут же старик начал его пинать.

Хатч повернулся ко мне.

— Не подходи.

Тут и возражать нечего.

Он двинулся вперёд. Коул уже лежал, скорчившись, на полу и задыхался. Я была уверена, что сейчас Хатч надаёт старику по полной — как в кино. Но, к моему удивлению, он подошёл сзади, схватил его и зафиксировал в том самом захвате, который обычно использовал в воде, чтобы кого-то вытаскивать.

Вот это универсальность.

Единственная разница — он ещё и зажал ударную руку, заломив её за спину.

Затем наклонился к уху старика и спокойно сказал:

— Мы так не поступаем, сэр.

Тот выглядел обескураженным. Видимо, не ожидал, что его так легко обездвижат.

— Не поступаем?

— Все выпили, всем хочется подраться. Но это не тот вечер. Мы не такие. — Бармен подошёл посмотреть, в чём дело, и Хатч, продолжая говорить, встретился с ним взглядом, как бы давая указания: — Мы вызовем такси, — бармен кивнул, — и спокойно поедем по домам.

— А кто будет целовать девчонку? — возмутился старик.

— Никто, — резко сказал Хатч.

— Кто-то же должен.

В ответ Хатч сильнее заломил руку.

— Это её решение и только её, — сказал он. А потом добавил, как будто зачитывал памятку по уважению к женщинам: — Как, собственно, и у всех женщин в нашей жизни.

Он выдержал паузу и закончил.

— И на этом всё.

К тому моменту, как Хатч загрузил старика в такси, мы с барменом вытащили Коула на улицу — пьяного и теперь ещё и побитого.

Хатч и я закинули его руки себе на плечи и потащили в сторону Starlite. Когда мы наконец уложили Коула, Хатч закрыл глаза и, кажется, пытался собраться с силами. Я вдруг подумала: а вдруг он только выглядел трезвым?

— О чём ты вообще думал, соглашаясь на конкурс