Пересекая черту - Ана Сиа

не против, он готов был ехать куда угодно — лишь бы с ней, но перспектива тихого уютного вечера дома нравилась ему гораздо больше любого другого варианта. В конце концов, сколько раз у Рэйвена в жизни было ужинов в ресторанах? Бесконечно много. А сколько раз для него готовил кто-то, кроме семейного повара? Примерно ноль.

Когда за окном показывается фасад знакомого дома, Рэйвен готов дать на отсечение руку, что он провёл в пробке без приуменьшения целую вечность. Восхваляя всех ангелов и демонов за свободное в такое время парковочное место прямо напротив подъезда, Рэйвен по памяти набирает код на тяжёлой двери и практически забегает внутрь, соревнуясь в скорости с самим ветром. Номер квартиры маячит перед глазами сладкой целью и отдаётся в груди едва ощутимым волнением. Как будто он снова пятнадцатилетний школьник, собирающийся впервые в жизни пригласить кого-то на свидание. Рэйвен жалеет, что тогда, в его пятнадцать, он ещё не был знаком с Эллой, а тратил время на совершенно дурацких пустоголовых девчонок. Трель дверного звонка приводит его в чувство, а послышавшийся с другой стороны звук открывающегося замка стрелой пронзает сознание.

— Привет, — встречает его на пороге Элла, в длинной домашней футболке, штанах и пушистых белых носках.

— Нужно спрашивать, кто пришёл, а не открывать сходу дверь, — нравоучительно цокает языком Рэйвен. — Мама не учила тебя таким простым вещам? Такая безрассудная, — закатывает он глаза, отодвигая оторопевшую Эллу в сторону и протискиваясь в квартиру.

За спиной захлопывается входная дверь, а перед ним стоит удивлённая Элла, выглядящая слишком по-домашнему уютной.

— Прости, ужин ещё не готов. Я думала, ты приедешь немного попозже, — неловко переминается с ноги на ногу она, вызывая на губах Рэйвена непроизвольную улыбку.

— Из меня так себе повар, но я могу помочь с ужином. Если нужно купить что-то из продуктов, то я схожу.

— Не нужно, — мягко смотрит на него Элла. — Проходи, я сделаю чай.

Рэйвен кивает, вешает в гардероб своё пальто, разувается и идёт за Эллой на кухню.

— Давай я помогу.

Элла поворачивает голову к подходящему к ней блондину и лишь улыбается, ставя кипятиться чайник. Они проводят за готовкой следующий час, переговариваясь, перешучиваясь и искренне наслаждаясь царящей тёплой атмосферой. Рэйвен был избалован пафосными интерьерами лучших ресторанов и изысканными блюдами, но почему-то именно простой овощной салат и запечённая в духовке курица с картошкой казались ему самой вкусной едой на свете. Здесь, на маленькой кухне съёмной квартиры, с выглядящей по-домашнему уютной Эллой, он ощущал себя действительно счастливым.

— Какой фильм хочешь посмотреть? — плюхается на диван в гостиной Рэйвен, когда они заканчивают ужинать.

— Что-нибудь весёлое, — кричит с кухни Элла, разливая по чашкам чай.

Рэйвен щёлкает кнопкой пульта, заходит в приложение онлайн-кинотеатра и настраивает фильтры поиска.

— Весёлое… — повторяет он, листая высветившиеся на экране фильмы.

— Обложка второго слева выглядит неплохо, — заходит в гостиную Элла, ставя на журнальный столик две кружки с дымящимся чаем.

— Доверюсь твоему вкусу, — усмехается Рэйвен, нажимая на выбранный фильм.

— Знаешь, так непривычно видеть тебя… таким.

— Каким? — поворачивает к ней голову Рэйвен, ловя чужой взгляд и видя в зелёных глаза своё отражение.

— Расслабленным и домашним, — улыбается она.

— Больше не наглый хам на мотоцикле? — кривит уголки губ в ухмылке Рэйвен.

— Всё ещё наглый хам на мотоцикле. Но теперь меня это не бесит, — неожиданно прикладывает к его губам палец Элла, придвигаясь ближе. — Можно тебя поцеловать?

Рэйвен во все глаза смотрит на девушку перед собой и не может поверить в то, что слышит. Элла сама хочет его поцеловать да ещё и спрашивает на это разрешение? Он что, спит? Элла позволила ему быть с ней, приняла его и его чувства, выбрала своей парой, и, если бы Рэйвен мог превращаться в животных, он бы точно сейчас обернулся вьющимся у ног Эллы и сходящим с ума от счастья щенком.

— Никогда не спрашивай на это разрешение, — охрипшим голосом говорит Рэйвен, видя перед собой ласковую улыбку и чувствуя на своих губах чужие.

Элла целует его, подаётся навстречу и отвечает на каждое движение губ, заставляя буквально сходить с ума от осознания, что Рэйвен действительно может целовать её и прикасаться, сжимая руки на чужих плечах. Рэйвен прикусывает мягкую губу, соскальзывает на линию челюсти и опускается ниже, целует шею, ведёт языком по бьющейся под кожей артерии и почти что инстинктивно прихватывает губами беззащитно открытое горло под собой. Запах фруктового шампуня забивается в нос и заставляет его чувствовать себя самым счастливым человеком на свете, а зверя внутри — собственнически рычать.

— Ты такой невозможный… — шепчет в губы Элла, позволяя прижать себя к дивану и обвивая всеми конечностями, и у Рэйвена срывает все предохранители.

Элла здесь, под ним, выгибается в его руках, отзывается на каждое прикосновение и позволяет делать всё, что Рэйвен пожелает. Ладони соскальзывают под домашнюю футболку, подцепляют тонкую ткань и тянут вверх, не встречая никакого сопротивления. Элла послушно поднимает руки, помогая стянуть с себя вещь, и отбрасывает футболку куда-то за голову. Голые плечи, ключицы, быстро вздымающаяся грудь и плоский, дрожащий от предвкушения живот — Рэйвен готов себя ущипнуть, чтобы убедиться, что это не глюк его окончательно поехавшего воображения.

Он скользит ладонями вдоль аккуратной груди с уже затвердевшими сосками, проводит по рёбрам, оглаживает бока и останавливается на талии, задерживая большие пальцы на тазовых косточках и чувствуя, как Элла впивается пальцами в его плечи, обвивает ногами и притягивает ближе, опаляя жаром. Внутренний зверь утробно рычит, льнёт к податливому телу под ним, вдыхает окутывающий с головой запах и совсем дуреет. Блять, Элла и правда позволяет ему всё это.

— Рэйвен, подожди, — сбивчиво шепчет Элла, в противовес своим словам ещё ближе прижимаясь к разгорячённому сильному телу. — М-м, — выгибается она, когда Рэйвен слегка прикусывает ключицу. — Рэйвен… пожалуйста, подожди, — звучит почти что как стон, но Рэйвен слышит, понимает, собирает последние крупицы сознания вместе и отстраняется, ловя шальной возбуждённый взгляд под собой и внутренне замирая. — В спальне, в тумбочке… там… — неопределённый жест в сторону приоткрытой двери в другую комнату. — Принеси презервативы, — почти умоляющий голос и всё такой же расфокусированный взгляд.

Рэйвен смотрит на распластанную под собой полуобнажённую Эллу, на её взмокший лоб, взъерошенные волосы, наливающуюся красными отметинами шею и возбуждённо блестящий взгляд и буквально с силой себя одёргивает от того, чтобы снова не припасть к распалённой коже, оставляя ещё больше отметок.

— Рэйвен? — не сводит с него вопросительного взгляда Элла, и Рэйвен ощущает всем телом, как в его воспалённом мозгу что-то щёлкает.

Он резко