Ох уж эти иномирянки! - Юлия Викторовна Меллер

— Да уж, — Демьян озадаченно почесал бровь, — советник что-то носу сюда не кажет.

Оля вспомнила каким подавленным видела его в последний раз и неуверенно спросила:

— Может, мне самой навестить его?

Унтер неодобрительно посмотрел на нее и Оля начала оправдываться:

— Спрошу, какова судьба тех идей, что я ему набросала? Тем более у меня появились ещё кой-какие предложения.

— Ольга Дмитриевна, опять вы выражаетесь!

— Да вроде прилично все сказала, — растерялась она.

— Ольга Дмитриевна, можно бросить кость собаке, но не идеи имперским чиновникам.

— А где бы мне научиться правильной речи, если я нигде не бываю? — вспыхнула она в возмущении. — Куда ни пойди, везде нужно приглашение или поручительство!

— Сходите в храм, преподнесите дары и попросите жреца о поручительстве. Вы дама общительная, и достаточно вам один раз появиться в общественном месте, как найдете знакомых.

— И что? — заинтересовалась она. — Жрецы запросто раздают поручительства?

— Не запросто. Вас возьмут на заметку, как любого, кто сменил место жительства.

— Я думала, что этим занимаются городовые.

— Ваше духовное воспитание не менее важно, чем быть добропорядочным гражданином.

— Думаешь, я найду здесь православного священника?

— В столице кого угодно можно найти, но лучше сходите в храм Матери-сыры-земли. Насколько я знаю, ваш священник попросит исповедаться и вам придется врать о своих способностях. А ложь вас не украсит.

Лицо Ольги вытянулось:

— Твоя правда, — вынуждено согласилась она. — А ну их! Не такая я уж верующая. Лучше мы с тобой возьмём извозчика и посмотрим город! Мы ведь особо никуда не ходили.

— Коли денег не жалко, — унтер пожал плечами.

— Не жалко, — отрезала Ольга и напевая себе под нос, умчалась собираться.

Через полчаса они с Демьяном уже сидели в коляске и ехали в центр города. Дорога с колдобинами сменилась на широкий проспект, дома с прилегающими садами заменил ровный ряд строений со строго высаженными по линеечке деревьями. Ольга разглядывала дома, храмы, магазины, ресторации, людей, коляски. На неё тоже смотрели, некоторые даже кивали, если встречались взглядом.

— Может, пешком прогуляемся? — воодушевленная поездкой, спросила она у Демьяна.

— Можно и прогуляться.

Унтер тронул за плечо извозчика, расплатился и помог ей спуститься.

— Демьян, ты чего меня сторонишься? — удивилась она, когда он пошёл не рядом с нею, а на пару шагов отстал.

— Не положено мне рядом с вами. Я ж ваша охрана, а не попутчик.

— Да брось, идём вместе! Пусть думают, что я человек либеральных, чёрт бы их побрал, взглядов.

— Нет, Ольга Дмитриевна, — покачал головой унтер. — Если не хотите неприятностей, то лучше идти, как я сказал.

Ей стало неловко, но в конце концов даже в её мире охранники не ходили под ручку с охраняемым. Она повертела головой, определяя в какую сторону идти и выбрав, неспеша направилась к реке. Проспект как-то быстро разделился на несколько улиц, а дома стали попроще. У памятника императору толпились обыватели и слушали размахивающего руками человека. Она подошла поближе и прислушалась к его охрипшему голосу.

— Каждый имеет право на справедливый суд! Нам необходимы присяжные, как в северных странах! Человеческий, милосердный взгляд на попавшего в беду человека поможет спастись ему из-под государственного безжалостного катка.

Брови Ольги приподнялись. Она оглянулась на Демьяна, но тот всем своим видом показал, что ничего не понял. Оратор же продолжал говорить об одном и том же, только разными словами. Он настаивал на введение в судебную систему присяжных, выставляя прокурора с адвокатом чистейшим злом.

Ольга пошла дальше, но не успела она сделать несколько шагов, как ей в руки всунули листовку.

«Нельзя терпеть, когда один человек угнетает другого! Боги не желали такого. Объединяйтесь, противьтесь существующему порядку! Вместе мы сила! С нами Перун, Хорс и Мокошь».

Ольга передала листовку Демьяну. Тот читать не стал, а бережно сложил бумажку и сунул в карман. На вопросительный взгляд Образцовой пояснил:

— Пригодится в хозяйстве.

Ольга попыталась придумать, что можно завернуть в этот листок, а потом до неё дошло, что если смять эту листовку, то она будет годна для туалета. Уж Демьян точно не заморачивается гигиеническим обмыванием после каждого похода по нужде. Смутившись, Оля продолжила путь с независимым видом. Только теперь брала все протягиваемые ей в руки листовки и передавала их унтеру.

Река, до которой дошла Ольга, оказалась в меру полноводной. Закованная в мрамор, она лениво поднимала волну, плескала её о каменные оковы и размеренно несла свою силу дальше. Постояв, Оля дошла до украшенного фигурами былинных героев моста и решила вернуться к площади. По пути она зашла в кафе, но из-за того, что Демьян остался на улице, посмотрела на витрину с пирожными и вышла.

Пить кофе, когда товарищ не смеет даже войти в кафетерий, было невозможно. За столиками сидели дамы, а у входа заняла большой стол компания молодежи. Они бойко читали стихи. Кажется, это была игра, когда один начинает, другой продолжает. Ольга невольно улыбнулась их вдохновению, азарту и юности.

— Что-то вы быстро, — заметил Демьян. — Не понравилось?

— Я дома кофе сварю, и сама что-нибудь испеку, — пообещала она.

Её взгляд зацепился за уличных мальчишек, жадно смотрящих на посетителей кафе через стекло. Но не успела она их пожалеть, как они оплевали сверкающее витринное стекло и бросились бежать. Вскоре послышался свисток городового, а потом на улицу выскочил владелец кафе и долго грозил кулаком.

Ольгу уже уводил Демьян.

— Ремня бы им, — ругался он.

— Я думаю, что они от обиды, — попыталась вступиться за подростков она.

— Да какая обида! Я в их возрасте с отцом работал и мог девчонок конфетами угощать, а эти не умеют заработать и не умеют ценить чужой труд.

Ольга не стала спорить. Может, Демьян и прав. Она уже насмотрелась на совсем мелких босоногих ребятишек, зарабатывающих копеечку, а нахулиганившие мальчики были неплохо одеты. Во всяком случае, все они были в обуви.

— Едем к дому? — спросила она, расстроившись, что вновь натолкнулась на ситуацию, которую не может понять.

Взяли извозчика, но вышли раньше, чтобы купить продукты. Ольга была решительно настроена испечь эклеры и булочки с птичьим молоком. С последней начинкой придётся заморочиться, но захотелось — и всё тут! Продукты купили, и Оля даже испекла заготовки, но начинять решила завтра.

Осень наконец-то добралась до столичного города и залила его дождём. Пузырящиеся лужи скрыли дорожные ямы и размочили утоптанную глиняную тропинку к флигелю. Тяжёлые тучи не дали пробиться ни единому солнечному лучику, и горожане легко могли спутать утро с вечером.