Брачный метод миссис Прайс - Марина Григорьевна Халкиди

всю дорогу пытались уколоть друг друга. А во вторую встречу между ними в какой-том момент воцарилось некое взаимопонимание, то в эту встречу каждый из них чувствовал себя скованно. Возможно, по той причине, что каждый опасался сказать нечто такое, что вновь могло вызвать непонимание, обиду или ссору. Вот они больше молчали, любуясь парком. Причем каждый хотел вернуть ту легкость в общении, которая была и в первую и во вторую встречу, но не предпринимал для этого никаких шагов.

- Вы все-таки еще храните на меня обиду, - заметила Катрин спустя три круга вокруг парка.

- Обиду? Это не так, - возразил Кеслер.

- Но вы сегодня не подшучиваете надо мной, не обвиняете меня в новой попытке убить вас, - пошутила Катрин, которой порядком надоело это гнетущее чувство недосказанности и скованности.

- Не обвиняю в новом покушении, так как вы сегодня не предприняли еще ни одной попытки выскочить из-за угла и нанести мне каверзный и неожиданный удар дубиной, который отправил бы меня в нокаут.

- Еще не вечер, - многообещающе намекнула Катрин. - Я полна неожиданностей.

- Не сомневаюсь в этом.

- Как ваша шишка. Еще болит?

Катрин перевела взгляд на лоб лорда Кеслера.

- Как сказал накануне ваш доктор Немиро — до свадьбы заживет.

- Он сказал это о шишке или о вашей ране?

- Суть одна — все заживет.

- Это радует.

- Неужели вы волновались обо мне?

- Что? - переспросила Катрин. - Конечно же нет, - возразила я, - может, я просто не хотела быть вовлеченной в скандал, развязанный вашей семьей из-за нанесенных вам травм.

- Вы только набили мне шишку. Рану нанесли мне на поле боя.

Катрин спрятала улыбку, так как они вновь спорили.

- Расскажите мне о годах службы. Наверное, вы видели много интересных мест и у вас есть в арсенале любопытные истории.

- О военных действиях я воздержусь рассказывать. Но задавайте вопросы о том, что вас интересует.

Катрин вдруг осознала, что по сути ее интересовали не какие-то чужие истории и те места, которые видел лорд, ее интересовал он сам. И пусть порой он был невыносимым и слишком высокого мнения о себе, но ее он сумел вопреки всему расположить к себе так сильно, что она вместо того, чтобы ждать его извинений, была готова сама извиниться за свое поведение. И это пугало Катрин, будто Кеслер мог посягнуть на ее свободу и право самой решать как жить. А Катрин привыкла за прошедшие годы руководить не только своей жизнью, но и жизнью сестер, миссис Прайс и даже слуг. Хотя порой она и сама этого не замечала.

- Расскажите лучше, что вам нравилось в этих поездках, если опустить службу. Что привлекало ваш взгляд? И если была бы возможность вновь побывать в тех местах, что вы посетили бы?

И пусть это не было признанием вслух, что именно интересовало Катрин, но Кеслер внимательно взглянул на нее, потом улыбнулся и начал свой рассказ, не задавая больше никаких вопросов. Причем каким-то образом он и сам не заметил того, как из воспоминаний он перешел к настоящему, а затем заговорил и о будущем, заметив, что если в следующий раз он и отправится уже в упомянутые страны, то как турист и в сопровождении своей семьи.

- Семьи? - переспросила она.

- Да, сначала жены, а потом гляди и детей.

- Так вы поменяли свое отношение к браку?

- Кажется, я ко многому изменил свое отношение.

Глава 31

Катрин в это утро проснулась в прекрасном настроении. Ведь ужин накануне удался. Правда миссис Прайс довольно рано их покинула, сославшись на усталость, но кажется, она полностью была довольна тем, что на ужине присутствовала ровно шесть человек. Ведь лорд Кеслер, Ричард, а накануне Катрин сама разрешила ему обращаться к себе по имени, и сама она теперь говорила ему Ричард. Что конечно не ускользнуло от слуха сестер и их ухажеров. Впрочем, те тоже стали обращаться друг к другу по имени, без каких-либо мисс и мистер.

Причем Катрин не могла даже вспомнить, какие блюда им подавали на ужин слуги, так она была сосредоточена на общении.

Мистер Клейтон и мистер Беркли тоже удивили, когда принесли подарки не только сестрам, но и самой Катрин. И возможно, они хотели добиться и ее расположения, но она верила, что они были искренне, налаживая так сказать родственные связи.

Так что ужин удался. Но утро было еще прекраснее, ведь сегодня они с сестрами собирались вместе устроить вылазку к развалинам замка. Все вместе, втроем, совсем как в детстве, когда Катрин как старшая сестра за ними приглядывала. Конечно за девочками присматривали и слуги, ведь с маленькой Агатой и Софи мало кто мог справиться до появления в этом доме миссис Прайс. Она и сделала из девочек настоящих леди. Правда, чертовщинка в них все равно осталась. Но ее миссис Прайс и не пыталась вытравить: «В женщине должна быть толика безумия и экстравагантности, чтобы мужчина никогда не знал, чего от нее можно ожидать. И эту загадку он будет тогда пытаться разгадать всю жизнь».

Спускаясь по лестнице к завтраку, Катрин рассмеялась, она считала что избежала какого-либо влияния миссис Прайс, но с каждым днем она все больше убеждалась в том, что та просто не обучала ее всему в лоб, а вступая якобы с ней в споры и противоборство, все равно умудрилась вложить ей в голову свои принципы.

Катрин была уверена, что сестер придется будить, так как они видят еще сны, но они ждали ее уже за столом.

- Дорогая, вы все-таки проснулись, - такими словами ее встретила миссис Прайс.

- Да, Катрин, мы даже подумали, ты проспала из-за того, что никак не могла заснуть из-за вчерашнего посещения лорда Кеслера, - пошутила Агата.

- А я напротив ставила на то, что ты спишь и видишь сны о том, как его светлость ведет тебя к алтарю, - добавила Софи с совершенно невинным видом.

- Это я должна над вами подшучивать, - проворчала Катрин, - а не наоборот. И как это вы проснулись раньше меня? Или ваши ухажеры не заставили вас придаваться фантазиям и витать в снах?

- Нет, просто мы благоразумно попросили Мари разбудить нас на рассвете, чтобы привести себя в порядок и успеть к завтраку, - парировала Софи.

- А я заметьте проснулась