Воскресшая жена младшего принца - Наталья Смеречинская

— Кори! — мать перехватила меня под локоть и заискивающе улыбнулась дракону. — Ваше высочество, что же мы все стоим на пороге? Скорее заходите внутрь. Я уже велела накрывать чай. А возможно, вы даже захотите остаться на обед? Я прикажу кухарке приготовить твои любимые блюда, Корделия. Дорогой, на улице очень жарко, не будем держать... детей...

На слове «детей» она запнулась и бросила сконфуженный взгляд на принца, но тот лишь одобрительно кивнул. Его улыбка стала мягче, когда он посмотрел на женщину, которую самовольно уже успел записать в тещи.

Что касается отца, то он даже дернулся от этого слова, но сдержался и молча отступил в сторону, пропуская маму вперед, которая тут же втащила меня за собой в дом.

Та не дала мне обернуться и проверить, не вцепились ли мужчины друг другу в глотки за нашей спиной. Но, судя по тому, что в гостиную мы добрались вчетвером, у Теодора и папы хватило сдержанности не устраивать цирк в открытую.

Тем более что отец бы проиграл. А мне бы не хотелось...

— Кори, солнышко, — мама усадила меня рядом с собой на небольшой диванчик и взяла мою руку в свои ладони. — Расскажи, как ты жила все это время? Что с тобой было?

Вопрос был очень деликатным. Я же не могла вывалить на мать все детали моего «гениального» побега. Так что нужно было говорить о нейтральных темах.

— На Юге, мама, — ответила я, решив пропустить все свои скитания и неприятности. — Мне очень нравился климат там. И люди...

Начала было я, но быстро заткнулась, уловив пристальный взгляд Теодора, направленный на меня. Принц с отцом уже успели расположиться в гостиной. Выбрав при этом кресла, расположенные в точности друг против друга.

Но сейчас дракон не играл с моим отцом в игру «кто кого переглядит». Нет. Он пристально смотрел на меня и очень внимательно слушал, как я сама себя закапываю. И Вейна заодно.

О нет, нет, нет, нужно срочно менять тему.

— А вы, мам? Как вы жили эти два года?

Теперь мама выглядела так, будто находилась в затруднительном положении. Она бросила быстрый, сконфуженный взгляд на принца, а потом на отца.

Ну да, начать рассказывать о прошлом и не говорить о том, что натворил Теодор за это время, было невозможно. Но не при младшем же принце.

Я бросила сердитый взгляд на дракона, но тот оставался невозмутим и даже посмел сделать мне салют бокалом. Мол, продолжай, драгоценная моя, не стесняйся.

— Мы жили... хорошо, — ответила мама, но слово «хорошо» будто застряло у нее в горле наподобие рыбной кости. — Но очень по тебе горевали, моя девочка.

Последняя фраза была сказана срывающимся голосом, и мама снова крепко меня обняла.

— Ваше высочество, не желаете ли перебраться ко мне в кабинет и обсудить кое-какие вопросы? — спросил отец, помогая нам с мамой выйти из неловкого положения.

Я с благодарностью взглянула на него поверх плеча матери. Если он займет Теодора, то у нас будет время поговорить и все выяснить.

— Нет, не желаю, — младший принц даже не пытался казаться вежливым. — Я сегодня здесь ради семейного воссоединения, герцог, а не для обсуждения дел.

— Тогда тем более нам нужно поговорить, — отец старался держать себя в руках, но было очевидно, что он зол. — Ведь ваш брак с Корделией под вопросом.

Это он зря! Ой, зря! Я испуганно зыркнула на отца, а потом перевела взгляд на Теодора. Так и есть, дракон злится и едва сдерживается.

Вопрос наших отношений — это незаживающая заноза в лапе дракона, а отец только что на нее наступил. Со вкусом и размахом, не экономя сил.

— Нет никакого вопроса, — видя, что я умоляюще смотрю на него, Теодор немного успокоился и не стал превращать гостиную моих родителей в пепел. — Тем более что мы с Корделией прошли некий обряд и являемся супругами. Осталось только провести официальную церемонию для придворных и народа, но, по сути, мы женаты.

Вот это уже не понравилось моему отцу. Герцог Рошвальд терпеть не мог, когда что-то было вне его власти и шло не по плану. Нет, конечно, он, как всякий опытный царедворец, умел и терпеть, и смиряться, и особенно ждать, но в вопросе с Тео теперь реагировал вполне болезненно.

— Я не давал разрешения на брак, — руки отца сжали подлокотники кресла так, что те слегка заскрипели.

— А я и не спрашивал, — уголок губ Теодора пошел вверх, образуя кривую улыбку. — Тем более что мне ничего не стоило жениться на сироте.

— Хватит!

Это уже было слишком! Я стукнула ладонью по столу и резко поднялась с дивана.

— Я тебя сюда не звала, ты сам напросился, а теперь смеешь угрожать моим родителям в моем же присутствии?!

Мама охнула, зажав ладонью рот. Отец побледнел и попробовал приподняться, но в следующую секунду бессильно откинулся в кресле.

Как бы он ни хорохорился, как бы ни пытался держать лицо, Теодора они боялись. Власть принца была неоспорима. Пусть даже им было неизвестно о его сущности и способностях, но то, что младший наследник короля крепко держит власть в своих руках, было всем хорошо известно.

Мои родители ожидали чего угодно, вплоть до ареста и казни, но совсем не того, что произошло дальше.

Лицо младшего принца дрогнуло. Лед в его взгляде начал таять, и на губах появилась мягкая улыбка.

— Прости, любовь моя. Ты права. Сегодня я здесь гость.

Наверное, все предыдущие действия Теодора не вызвали у родителей такого шока, как одна эта фраза.

Мама замерла с чашкой в руках. Отец смотрел на принца так, будто пытался понять, не послышалось ли ему. И только чешуйчатый провокатор все так же блаженно улыбался.

Ладно, возможно, я преувеличивала, но сути дела это не меняло. Теодор все равно безнадежно все портил. По крайней мере в моих глазах.

Я устало потерла переносицу и снова села, обернувшись к маме.

— Мама, а эустомы в твоем саду уже расцвели? Помнится, как раз в это время у них сезон.

— Ах да! Да, дорогая! — мама ухватилась за подсказку и, тут же отставив чашку в сторону, поднялась. — Пойдем-пойдем. Я покажу тебе еще и пурпурные фиалки, что мне привезли с дальних берегов. Очень редкий цветок. Говорят, нужно обладать особым даром,