Мой ласковый и нежный ... эльф - Елизавета Владимировна Соболянская

Обед завершили спокойно, но, вставая из-за стола, Марианна зацепилась лентой за вычурную резьбу на спинке стула, и водопад волос обрушился на ее спину, спускаясь значительно ниже привычной глазу длины.

Корбет тоже это заметил. Сначала напрягся, потом вдруг хмыкнул и протянул Эллиасу руку:

— Поздравляю!

— С чем? — не понял тот.

— Хм, я думал, и так все ясно… А, ну да, ты, наверное, не видел леди Айронделл… Первая женщина, вышедшая замуж за эльфа. Когда она понесла дитя от мужа, однажды утром ее волосы пришлось нести за ней как шлейф!

Эльф уставился на жену, а Марианна неожиданно покраснела:

— Я пока не знаю, — пробормотала она, — женщина обычно узнает об этом через месяц…

Эллиас просто повел рукой, набрасывая на ее тело тончайшую, искристую зеленую сеточку, и тут же в области живота мигнула крохотная алая точка. Слова никому не понадобились. Королевская воля выполнена — баронесса дю Сольм ждет ребенка от своего супруга — светлого эльфа!

— Что ж, — подвел итог молчанию герцог, — пожалуй, у меня есть повод обрадовать его величество еще раз!

Ему никто не возразил.

Марианна и Эллиас стояли сейчас словно в едином пузыре осознания. Их короткие встречи в постели принесли плод. Ребенка. Эта пока еще крохотная искра жизни в чреве матери уже меняла вокруг себя мир.

Посмотрев на них, герцог вздохнул, взял бокал с вином и вышел из столовой, закрыв за собой дверь.

— Никого не пускать! — прогудел он Мелде, дежурящей, как всегда, у входа на кухню. — Я в ратушу пошел. Как ваши голубки намилуются, пусть в Лес сообщение пошлют. Там тоже знать должны!

Жена Калеба тотчас догадалась, о чем идет речь, и строго поджала губы. Незачем о госпоже болтать! Эх, ладно, герцогу она ничего сделать не может, но перцу ему в суп насыплет, это точно!

Эпилог

К новогоднему балу в столице Марианна слегка округлилась. Живот под тяжелым бархатным платьем с широкими рукавами был практически незаметен, но само выражение лица баронессы смягчилось, губы реже сжимались в строгую полоску, а в глазах поселилась нежность.

Эллиас Горион Тэлла держал жену за руку, и в его глазах царил самый суровый лед. Эльф опасался, что жену могу украсть, толкнуть, как-то обидеть на королевском балу, поэтому со всеми держался холодно.

Между тем вся столица отмечала возвращение наследника с молодой женой. Салоны и гостиные бурлили новостями, гадали, понесла уже наследная принцесса или нет. В некоторых домах праздновали возвращение давно пропавших воинов и магов, найденных в становищах орков.

Шли слухи о повышении товарооборота с дроу, а уж какое впечатление произвел на светских кумушек отряд баронессы дю Сольм, наполовину состоящий из роскошных серокожих мужчин… Тут уж и говорить не надо.

Марианна спокойно смотрела в зал, стоя на возвышении неподалеку от трона наследного принца. Сегодня в честь возвращения молодых из свадебного путешествия на возвышении собрались практически все смешанные пары.

Тоненькие белокожие эльфийки выглядели изящными статуэтками на фоне своих человеческих мужей. Да и эльфы в придворных нарядах интересно смотрелись рядом с человеческими женами, ведь большая часть женщин уже бережно прикрывала рукавами и пышными юбками будущих детей. Кто-то, как леди Айронделл, рассказывал о новорожденных и удивлялся тому, как интересно смотрятся острые ушки рядом с обычным младенческим личиком. Кто-то как светлейшая леди Миаррен смотрел только на мужа, словно удивляясь.

Мужчины больше интересовались охотой, рыбалкой, севооборотом и торговлей, но при этом не выпускали жен из поля зрения. Особенным вниманием отличался Коринн – молодой маг недавно получивший полноценную возможность ходить нежно держал за руку молоденькую орчанку, а она со спокойным равнодушием изучала бальный зал, словно клановую стоянку.

Вскоре раздался удар гонга. Потом второй, третий, на четвертом распахнулись резные двери, и к тронам вышли его величество и их высочества.

Король коротко и сердечно приветствовал своих подданных, рассказал, как рад возвращению из поездки наследного принца и принцессы, после чего объявил бал открытым. Зазвучала музыка, в круг вышли наследный принц и его супруга, а король неожиданно подошел и пригласил на танец баронессу дю Сольм.

Марианна удивилась, но не видела причин к отказу — танец был медленным, торжественным, никак не угрожал ее положению, зато давал возможность поговорить.

Король начал с приятных слов:

— Рад лично увидеть героиню войны.

Марианна меланхолично кивнула.

Беременность, поначалу почти незаметная, месяца через два обострила ее ночные кошмары. Эллиасу пришлось оплатить портал в Великий лес, чтобы принести оттуда травы, безопасные для беременных, способные отгонять дурные сны. Благодаря неустанной заботе мужа баронесса смогла спокойно спать и… не обращать внимание на колкие замечания свекра.

Отец Эллиаса присылал письма каждые две недели, держа сына в курсе политической обстановки в Лесу, и не забывал объяснять потомку, какой он идиот.

Эль все намеки блестяще игнорировал, но непременно посылал с ответным письмом то безделушку из дровской стали, то жилет из овчины, сшитый орчанками, то отрез тонкого льняного полотна, сотканного на мануфактуре баронессы. После первого снега он даже заподозрил, что отец намеренно пишет ему ерунду, чтобы почаще получать подарки.

— Кстати, вам полагается орден за возвращение на родину пленных, — закинул удочку король.

— Благодарю, ваше величество, — меланхолично ответила Марианна, — о наградах я думала в последнюю очередь, для меня было важным возвращение домой наших солдат и магов.

— Кстати, Владыка эльфов просил вам передать его благодарность за идею обменять пленных на преступников. Благодарность ждет вас у ваших покоев.

— Надеюсь, это не гарем? — с тем же выражением лица уточнила баронесса.

Его величество поперхнулся.

— Матриархи дроу после осенних торгов решили сделать мне подарок, — пояснила Марианна, — каждая выделила из своего гарема приятного юношу с хорошей родословной, умелого и крепкого. В мой гарем.

— А у вас есть гарем? — сдавленным голосом уточнил монарх.

— Те двадцать два воина, которые после столкновения получили мою метку и остались живы, переданы в мой гарем в конце лета, — вздохнула Марианна и пожаловалась: — Представляете, ваше величество? По мужчине на каждый день лунного месяца! Как же тяжело было их пристраивать!

Его величество спрятал смешок и серьезным тоном спросил:

— Всех разобрали?

— Пока нет, — снова вздохнула баронесса, — пятерых уже женила, восьмерых назначила няньками в приют к полукровкам. Еще девять в моей охране служат, распробовали вольную жизнь, кружат головы