Вознесенная - Паркер Леннокс

Но от того, что поднялось вдалеке, дыхание перехватило.

Из-за линии деревьев в небо бил яркий, как маяк на фоне темнеющих небес, столб золотого света. Он поднимался на востоке, далеко за тем местом, где должна была быть река, до него было по меньшей мере полчаса тяжелого бега через лес, а может, и больше. В противоположную сторону от той, где мы находились.

— Нам туда, — выдохнула я. — Это должно быть оно.

— С чего ты взяла? — спросила Маркс.

— А что еще это может быть?

— Может… — в голосе Тэтчера появилась надежда, хоть и казалось преждевременной. Свет был невыносимо далеко. По другую сторону леса.

— Сначала внутрь, — решила я. — Сделаем охранные сигилы, а потом побежим к свету.

Но когда мы приблизились, от звука кровь застыла в жилах.

Низкое, рокочущее рычание. Близко. Слишком близко.

Я резко обернулась, вглядываясь в тени, и увидела красные глаза, следящие из подлеска. Потом еще одну пару. И еще.

Лунные зайцы нашли нас. Но это были уже не те безобидные существа, на которых мы охотились. Теперь они были размером с волков, с серебряной шерстью, слипшейся от крови, в их глазах горел неестественный разум. И с каждым ударом сердца появлялись новые.

— Внутрь. Сейчас же.

Мы рванули к запертой двери. Тэтчер с отчаянной силой ударил в нее плечом. Железные петли застонали и с грохотом поддались, мы ввалились внутрь.

Я захлопнула дверь, когда первый заяц врезался в нее. Когти скребли по дереву, пока стая кружила вокруг, выискивая другой вход.

Мы были в безопасности. На какое-то время.

Кузня превзошла все мои ожидания, это была полноценная алхимическая мастерская с тиглями и перегонными установками, шлифовальными инструментами и весами. Здесь совсем недавно работали. Огонь все еще пылал, инструменты были теплыми на ощупь.

Я подняла взгляд и заметила рябь в воздухе. Смотровой портал.

— Кайрен, измельчи соль, — приказала я, уже двигаясь. — Маркс, помоги разобрать мох и смолу. Тэтчер…

— Я знаю, — он направился к верстаку. — Я обработаю железо напильником.

— Это надолго? — голос Кайрена был натянут, как струна.

— Нет, — солгала я. Я делала охранный сигил всего один раз, и то в идеальных условиях. Сейчас это была отчаянная импровизация.

Но уроки Зула жгли память.

Пропорции.

Процесс.

То, как магическая энергия течет через подготовленные материалы.

Мои руки двигались все увереннее, когда мышечная память брала верх.

Железо и соль четыре к одному.

Смола эрнбриска

Хайлокский мох.

Жар.

Смесь засветилась, когда под ней разгорелся огонь. Глубокий зеленый сменился неоново-желтым.

— Работает, — выдохнула Маркс у меня за плечом.

Содержимое тигля выглядело иначе, чем то, что я создавала с Зулом — грубее, менее чистым, но… правильным. Боги. Мы и правда можем выжить.

Теперь настала очередь связующего агента.

Маркс без колебаний шагнула вперед и провела клинком по ладони. На коже выступила яркая и теплая кровь, затем закапала в маленькую посуду.

В тот миг, когда ее кровь коснулась остывающей смеси, вспыхнул ослепительно-синий свет, заливший кузню сапфировым сиянием.

Но когда вперед шагнул Тэтчер, через нашу связь ударила паника. От меня. Меня ударило осознанием. Я вскинула взгляд на смотровой портал над нами.

Айсимары смотрят.

Я схватила Тэтчера за запястье так сильно, что наверняка оставила синяк.

Нельзя. Наша кровь нас выдаст. Они узнают.

Я резко дернула подбородком вверх, указывая на рябь реальности над головой.

Его глаза расширились.

Но мы зашли слишком далеко, чтобы остановиться. Каждый божественный взгляд был устремлен на нас в ожидании, что мы завершим связывание охранных сигилов.

Думай, Тэйс. Думай.

— Маркс, — прошептала я, отводя ее в сторону, подальше от поля зрения портала. — Мне нужна твоя кровь вместо моей.

Она уставилась на меня так, будто я сошла с ума.

— Талисман не свяжется с тобой.

— Я знаю, — сказала я едва слышно. — Но поверь мне. Я не могу сейчас объяснить.

Она долго смотрела мне в глаза, откладывая вопросы на потом. Наконец кивнула.

— Мы держимся вместе, — так же тихо сказала она. — Если охранные сигилы не свяжутся с тобой, мы накроем тебя своими.

— Спасибо.

Она снова надрезала ладонь, наполняя пустой флакон. Я взяла нож и вернулась к остывающим охранным знакам, прикрывая обман своим телом, когда передала флакон Тэтчеру. Оба знака вспыхнули ярким синим светом, прежде чем стабилизироваться в ровное защитное сияние.

Кайрен добавил свою кровь к последнему знаку, и вскоре каждый из нас держал талисман, пульсирующий сапфировым светом.

— Ночь пришла, — заметил Тэтчер, глядя в окно.

Тьма поглотила последние следы дневного света, окрашивая мир в мрак и страх. И вместе с ней пришли новые звуки, такие, что зайцы стали казаться безобидными.

Низкий, первобытный, противоестественный рев прокатился по лесу. Ему ответил другой. Потом еще один, пока весь лес не наполнился голосами из кошмара.

— Свет, — Кайрен прижался лицом к окну. — Он все еще там.

Небо пронзал ровный и яркий золотой маяк.

Все посмотрели на меня в ожидании следующего шага, следующего решения, пути вперед. Как всегда. Как всегда делал Тэтчер. Ответственность за их жизни давила на грудь так, что каждый вдох давался с трудом. В этот момент мне отчаянно хотелось, чтобы кто-нибудь другой шагнул вперед. Забрал эту ношу с моих плеч. Чтобы я могла существовать в мире, где не каждое решение и не каждое последствие лежит исключительно на мне.

Но никто не шагнул. Никогда не шагал. И потому я выпрямилась и указала на маяк, пряча усталость под решимостью так, как делала всю свою жизнь.

— Идем сейчас, — решила я. — Вместе.

Я распахнула дверь, и мы вышли в хаос.

Лес взорвался вокруг нас. Из теней хлынули существа. Слишком много ног и глаз, пылающих огнем. Извивающиеся тела, тянущиеся хватающими пальцами. Летающие твари визжали, пикируя сверху.

Мы бежали к свету. На восток, всегда на восток, маяк был нашим единственным ориентиром. Мы покинули предгорья, снова нырнув в плотный низинный лес. Десять минут быстрого бега. Двадцать. Ноги горели, а маяк все равно казался невыносимо далеким.

Охранные сигилы, казалось, работали, потому как существа отступали от синего сияния.

Но охоту они не прекращали.

Они пытались нас окружить. С каждым ударом сердца к нам стягивалось все больше тварей.

— Они не за вами, — ужас накрыл меня. — Они за нами.

— Наши знаки тебя не прикрывают, — в отчаянии сказала Маркс. — Блядь.

Твари осмелели, подбираясь все ближе.

— Нам нужно разделиться.

По нашей связи прошла обреченность Тэтчера.

— Нет, — запротестовал Кайрен. — Мы держимся вместе.

Из подлеска вырвалось огромное чудовище, похожее на медведя, но неправильное, с шерстью из шипов. Оно ударило по Маркс,