Черные галстуки и невинная ложь - Кэт Синглтон

Прижимаю большой палец к ее клитору.

– Я не могла…

Я киваю, задевая подбородком ее плечо.

– Знаю, малышка. И я тебя не виню. Но я больше ни минуты не мог там оставаться, зная, что ты с ним.

– Поэтому ты уехал… – Продолжение этой фразы теряется в наслаждении оргазма. Стоны становятся громче, эхом расходясь по маленькой ванной.

Я ласкаю ее, пока Марго не хватает меня за запястье и не останавливает мою руку. Я целую ее в шею, хочу ее трогать.

– Да, поэтому я так внезапно уехал тем же утром. Спихнул все на важную встречу, но на самом деле просто не хотел видеть вас вместе. Даже нет, не просто не хотел, не мог, мне было тошно.

Она снова поворачивается и берет мое лицо в ладони. Этот жест кажется гораздо более значимым, чем все, что между нами было. Не притворство и не страсть. В этом есть что-то искреннее, что меня пугает.

– Это в прошлом, – обещает она.

Я хмыкаю, повторяю ее жест, кладу ладони на ее щеки.

– Очевидно!

Она хихикает и качает головой. Я наклоняюсь и игриво кусаю ее за кончик носа. Она дергается на мне, это движение запускает волну пены и воды за край ванной.

Я выжигаю свои слова поцелуями на женщине, которая пробралась в мое сердце, хотя в душе задаюсь вопросом, как долго она будет моей.

38. Марго

Бэк замер у гостиничного телефона, вокруг его талии, на всякий случай, обвязано полотенце. Стоит только потянуть – и я увижу каждый его идеальный дюйм. Улыбаюсь от этой мысли. Так легко было бы его раздеть и позволить снова заняться мной.

– Не пялься на меня, – предупреждает Бэк, все еще прижимая трубку к уху.

Я кусаю губу и мотаю головой:

– Не понимаю, о чем ты.

Бэк рычит и машет рукой в сторону кровати посреди комнаты.

– Ты меня глазами раздеваешь. Будешь так себя вести, я брошу трубку и трахну прям на простынях, которые мы тут вообще-то пытаемся поменять.

Я открываю рот, чтобы ответить, но он выставляет палец.

– Здравствуйте, да, – Бэк откашливается. – Э-э, да, нужны новые простыни.

Мои глаза округляются, когда я понимаю, что человек на той стороне провода точно слышал угрозу Бэка. Знаю, я должна умирать от стыда, но почему-то мне смешно, как мучительно неудобно Бэку продолжать разговор. Его бледные щеки заливаются таким оттенком, который я еще ни разу на нем не видела.

Я сдерживаю хихиканье, когда он кладет трубку. Бэк поворачивается ко мне с плотоядной улыбкой на губах. У меня проблемы.

– Смешно тебе? – подначивает он меня, делая шаг навстречу. Я пячусь, пытаясь скрыться от гнева в его глазах. Пушистый банный халат для меня слишком длинный, я наступаю на полы и чуть не падаю.

Снова машу головой, но губы предательски расплываются в улыбке.

– Не-е-ет, – отвечаю я, театрально растягивая гласную.

Бэк поднимает брови и поправляет полотенце на талии.

– Врушка, – тянет он.

Мои икры упираются в кушетку, бежать некуда. Бэк знает, что загнал меня в угол, судя по чеширской улыбке.

– Тебе смешно, что бедная женщина услышала, как я угрожаю тебя трахнуть?

– Ну, думаю, она и так бы поняла, чем мы тут занимаемся, раз просим сменное белье.

Бэк мычит, сокращает между нами дистанцию и тянет меня к себе за ворот халата.

– Возможно, вы правы, мисс Моретти.

Я встаю на полупальцы и обхватываю его за шею. Он так вкусно пахнет. Я уже готова помешаться на ванильно-шалфейном аромате отельного мыла.

– Почти миссис Синклер, – слова сами слетают с языка, прежде чем я успеваю осознать. Как только они прозвучали, я уже начала бояться, что переступила черту. – Ну, по нашему плану. Не знаю, что теперь будет с ним, – добавляю я, коря себя за то, что я вообще открыла рот.

Не знаю, во что секс превратил наши планы. Думаю, что мы ничего не отменяем, но теперь все гораздо… сложнее.

– Я от своего плана не отказываюсь. Скажи когда и где, и я доведу дело до конца.

Сердце начинает петь в груди – и зря. Да, у нас теперь есть отношения, но помолвка все равно будет притворством. Он сказал «доведу дело до конца» – совершенно неромантично. Все-таки для него мы – очередная сделка, нужно почаще напоминать своему сердцу об этом.

Я провожу пальцами по твердым кубикам его пресса. Пока это все мое. Тут мы с ним согласны. Мы будем принадлежать только друг другу весь год, пока притворяемся влюбленными. Когда наша договоренность подойдет к концу, мне точно будет больно, но пока я могу насладиться этим мужчиной.

Будет достаточно столько времени с Бэком, сколько мне уготовано. Женщины готовы убивать за ночь с ним. Мне достался целый год.

– Ты как-то говорил, что спустя месяц люди, скорее всего, поверят…

Он запускает пальцы под мой халат, обхватывает попу.

– Хочешь сказать, что готова стать моей невестой?

– Хочу сказать, что, когда ты будешь готов задать вопрос, я отвечу «да». И не забывай, что я хочу огромное кольцо, мистер Синклер. Оно же должно быть убедительным.

Он целует кончик моего носа. От этого по телу разливается тепло. На работе он всегда такой властный и страшный, а когда наедине, он позволяет себе ласку – целует в нос или гладит мою ладонь большим пальцем. Я почти верю, что это все не притворство. Что мы и правда влюбились, работая вместе, что это все взаправду, что между нами все искреннее.

– Понял, – он так это говорит, что у меня появляется ощущение, будто он хочет сказать что-то еще, но я не давлю. Я и так испытала границы своей удачи, припомнив ему приближающуюся фальшивую помолвку.

Раздается стук в дверь, прерывая наш разговор. Я уже скучаю по теплу его тела, как только Бэк отстраняется. Он широкими шагами доходит до двери, смотрит в глазок, какое-то время наблюдает за тем, что происходит по другую сторону, и только потом открывает дверь.

Бэк берет в руки такой же бумажный пакет, как те, в которые были сложены наши покупки из сувенирного.

Бэк хмыкает и закрывает дверь:

– Принесли нашу новую простыню.

– Не знаю, как завтра буду смотреть этой милой женщине в глаза. – Она показалась мне такой приятной, как моя бабушка. Теперь она знает, что мы с Бэком по полной воспользовались номером для новобрачных, – хотя сначала признались, что коллеги, – и это