Рябиновая кровь - Марина Адлер

Женщины растерянно переглянулись, но быстро принесли белую ткань, чтобы покрыть мою голову. А мужчины, плененные чарами колдуна, выполнили приказ княжича и принесли некий сундук.

Колени мои задрожали от незнакомой суровости мужа. Он был слишком строг. И даже людей своих не пожалел, хотя было видно, что полнится город тревогой и отчаяньем. Горе, витавшее в воздухе, невозможно было не ощутить. В этот миг узрела в колдуне то, к чему была не готова.

— Любимый, не стоит принуждать никого. — Схватила за руку мужа.

— Сделаем быстро и станешь моей женой. После никто не посмеет перечить. Я обещал тебе, Рада, и выполню данное слово. Стал не только мужем тебе, но и защитником. Никому не позволю и косого взгляда на тебя бросить, как бы не сложилась наша жизнь.

Рассказав, что дальше предстоит делать, княжич отправился один ко дворцу. Женщины помогли мне лечь на сундук, набитый каменьями. А мужчины подняли и понесли. Никто не посмел уронить меня. Никто не смел открыть рта, разговаривая. Серебристые узоры сопровождали меня, не позволяя ослушаться ни одного из яровчан.

Вскоре принял меня в руки мой муж. Обнял и поцеловал, а после повёл в княжеский дворец, чтобы познакомить со своей семьей.

-где отец? — спросил княжич по дороге у охранника в коридорах. Тот мрачно на него взглянул и вновь опустил глаза, которые не первый день полнились усталостью.

— В капищах[6], князе. Матушка ваша тоже там. Сестер так и не смогли отыскать.

Колдун тут же остановился. Вся высокая фигура мужа замерла в напряжении.

— Что случилось? — тихо, но настойчиво спросил он.

Дружинник немного замялся от нерешительности произнести страшные слова, но через мгновение посмотрел на своего государя прямо и объявил:

— Мертвы ваша матушка и отец. Сестер еще не сыскали.

Сразу стало ясно почему при въезде в город к мужу моему дужинник как к князю обратился. Сразу стало ясно что за траур витает в воздухе, а горе окрашивает черным лица горожан. Колдун был единственным наследником. И отныне видели в нем преемника погибшего Яровского правителя.

* * *

Горе утраты, дикий мужской рык, отголоском лег на слух, когда стала просыпаться. Щёки пылали, а по ним градом скатывались слёзы. Чувства, рвавшие душу в странном видении, лишь сильнее нахлынули все разом, когда очнулась.

Стала задыхаться и рыдать, но сильные руки тут же приподняли в кровати, обняли и крепко сжали, даря защиту и успокаивая. Открыв глаза, сразу поняла у кого оказалась на коленях, чье тело греет меня, а руки гладят по голове с трепетной нежностью.

— Что со мной? — больше умоляя, нежели вопрошая, посмотрела я на колдуна. Тот был необычайно спокоен, слегка касаясь моих волос и проводя по ним пальцами. Только сейчас я поняла, что коса моя распущена, а тело покрывает тонкая ткань ночного одеяния. На улице уж смеркалось, а на столе горело несколько свечей.

— Когда-то у меня была возлюбленная, Ягда, — начал он тихо и как-то осторожно. — Я любил свою жену больше неба и солнца. Так, что готов был ради нее пойти на всякий грех. Отказался ради нее от наших Богов, протащив их статуи лошадьми по городу, выдворяя нечестивость. Приказал выстроить церковь из камня. Заставил яровчан поклоняться единому Богу, хоть и не просила она меня о том. — Я тихо опустила голову на плечо колдуна, стала слушать частый стук его сердца и умиротворяющий голос, боясь спугнуть откровение, возникшее меж нами. Князь медленно и осторожно продолжал гладить по волосам, заставляя прикрыть глаза от удовольствия. — Оберегал свою княгиню, холил и лелеял, не смотря на то, какие несчастья следовали по ее пятам.

— Что стало с ней? — осмелев, спросила, понимая, что нет уж в живых княгини, коль место ее заняла я.

— Предала она меня. Оставила в час, когда больше всего в ней нуждался.

— Как? — удивилась я. — Сбежала?

— Не просто сбежала… а сбежала с моим врагом. Думал, любит меня, а оказалось, что любовь эта до первых невзгод дожила.

-тогда почему образ ее украшает окна тронного зала? — сразу догадалась я, кто именно та княгиня— предательница. — Почему отзываешься о ней с таким теплом и трепетом? И отчего же я так схожа с ней внешне?

Князь вдруг напрягся, а дыхание в мужской груди застыло. Он осознал, что без труда догадалась о ком его рассказ. Однако, скрывать он уж и не старался той правды.

— Верно все подметила, княжна. Ответ мой прост: потому, что любил я ее, даже не глядя на предательство. А похожи вы, потому, что она дитя Дарийской династии, как и ты. Только имя ее, видно, вычеркнули из летописей за посрамление семьи. За то, что вопреки воле отца стала мне женой. — Я вздрогнула, когда слова князя совпали с моими видениями, а он продолжил: — Не хочешь ли теперь ты мне рассказать про свои сны беспокойные?

Глубоко вздохнув, поняла, что не готова поверить в то, что происходит. Не готова была принять и то, что перерождение княгини Рады возможно и что видения ко мне приходят не с проста. Даже колкая ревность настигла, когда с такой любовью отзывался о жене колдун. Не имела права ревновать его, когда сама полюбила другого, но это само происходило вопреки всему.

— Видится мне Рада в тех снах и ее судьба. И сны те совпадают с твоими рассказами отчасти, — быстро проговорила, чтобы не передумать.

— Отчасти?

— Картины и видения обрывочны, а образы туманны. Мало этого, чтобы судить. — Я посмотрела вновь на бездушную маску мужчины, но уже с опасением. -только не сочти умалишённой, князь! Такого ранее не происходило!

— Чш— ш— ш… — прижал колдун вновь мою голову к груди и принялся гладить смелее. — Не посчитаю так, Ягда, никогда. Будь тверда и уверена в том.

Более мы с князем не говорили о прошлом и о его возлюбленной. Вопросов мне тоже не задавал. Муж бережно уложил меня в кровать и лег позади, оберегая покой, обнимая за плечи. Так и уснули. 

Глава 23. Кража

Ранее утро встретило приятным ветерком из окна и розоватым небом, виднеющимся вдали. Птицы уж начали свои прекрасные трели, но петухи ещё спали. Повернувшись, поняла, что давно ушел колдун. С ним ушло и тепло, которым окутывал меня почти всю ночь. Лишь запах ладана остался напоминанием о нашем разговоре и мимолётной близости.

Прикрыла глаза, и увидела четко образ Яромира, его улыбку, руки. Как те бережно