Агентство "Драконья метка". Вы в розыске, леди Простушка! - Одария Вербенова

все. Ты героиня, а не только пропавшая «истинная» из королевских листовок. Олель там в вашем агентстве утопает в букетах цветов, которые приносят благодарные жители столицы.

— Героиня? — удивляюсь.

— А ну читай скорее! — Сиджи с торжествующей улыбкой протягивает мне свежий выпуск газеты.

В глаза сразу бросается мой портрет в момент, когда я кричу толпе о ядовитой пыльце.

Под ним большая статья, которую я бегло читаю. В ней есть всё.

В ней описан фиктивный скандал с Ионой и принцем Дареном. Сиджи подробно описала, как Ионе было приказано, а она и рада была сопровождать принца на глазах у толпы, чтобы отвлечь внимание от перемещения военных по площади. Пока все смотрели на эту пару, стража перекрывала выходы и готовилась к задержанию заговорщиков.

Рассказано о тайном Приюте убежище Клауса Винтера. Сиджи раскрыла, что старший сын леди Винтер, Клаус, организовал приют для беглых, что впрочем является законным делом. Однако после разоблачения Клаусу придётся искать новое место — его убежище больше не тайна.

В статье далее говорится, что Эдди, младший из Винтеров, под влиянием своей матери оказался втянут в преступный сговор. Он попытался скрыться в приюте брата, чем невольно подставил его — военные нашли убежище именно благодаря следам Эдди. Теперь он, как и леди Винтер, заключён в темницу.

В том же убежище был обнаружен и Кальд фон — преступник и предатель, который через границу организовал провоз ядовитой пыльцы в королевство Дэй, возжелав обещанные чужеземным королём богатства. Его арестовали, и он уже начал давать показания, так что королю королевства Найт не придётся расплачиваться золотом.

Другим тоже досталось. Служанка при королевском замке, Рада, приговорена к исправительным работам за соучастие, хотя и освобождена от заключения в темницу благодаря смягчающим обстоятельствам.

Сиджи особо подчеркнула, что граф Форест, влиятельный придворный, устранён с должности за использование чёрной магии. Его имущество конфисковано, а имя вычеркнуто из списков знати.

С графом вообще получилось интересно: он подозревался в намерении применить пыльцу острова Грин, но тот оказался непричастен. Однако, благодаря подозрениям военных, вскрылось другое преступление — использование зелий чёрной магии в своих личных интересах.

Возможно, это ещё долго оставалось бы в тайне, если бы не случайное отравление графини Форест, для которой срочно пришлось приобретать противоядие, антидот.

Что до Творислава Жука… Заключить его под стражу не представляется возможным — он как всегда вышел сухим из воды, ведь нет никаких прямых доказательств против него. Виноват ли Эдди или был грамотно подставлен — остаётся только догадываться.

Но сильнее всего меня впечатлили слова короля Цинана, оформленные отдельной цитатой в статье: «Леди Злата Росток действовала решительно. Её быстрая реакция предотвратила массовую трагедию. Небольшое промедление стоило бы нам дорого».

— Сиджи, ты как всегда гений, — говорю.

Она махнула рукой:

— Ерунда. Просто журналистика в её лучшем проявлении. К тому же, — она подмигнула, — это был самый захватывающий материал за всю историю моей газеты.

Глава 47

Ближе к вечеру случилось то, что на самом деле должно было случиться. Даже удивительно, что он додумался до этого только сейчас!

И вот итог: я прячусь в отведённой мне комнате в доме Сиджи, прижав ухо к двери. Подслушиваю голоса в соседней комнате — низкий, взволнованный голос Дарена и спокойный, рассудительный Яробора.

— Яробор, я искал тебя, — говорит принц, — потому что знаю, что ты близок со Златой. Мне нужна твоя помощь.

Яробор отвечает сдержанно:

— Ваше Королевское Высочество, я ценю ваше доверие, но я действительно не знаю, где сейчас Злата. Она попросила дать ей время, и я уважаю её желание.

— Понимаю, — голос принца звучит твёрже, но в нём всё ещё слышится тревога. — Я готов принять вашу дружбу и рад, что у неё есть такая поддержка, но сейчас я должен с ней поговорить. Где она прячется от меня? Не лги мне — моя метка истинности привела меня сюда.

Я замираю, распластавшись по дверному плотну от того, как внутри что то теплеет. Хочу к нему!

Больше не могу. Теперь, когда я слышу голос истинного так близко, моё сердце тут же тает, а все сомнения рассеяиваются.

Делаю глубокий и решительный вдох, выпрямляюсь и тихо открываю дверь, за которой пряталась.

Оба мужчины оборачиваются. Дарен на мгновение теряет дар речи — он явно не ожидал увидеть меня вот прямо здесь и сейчас. Его глаза загораются янтарём, но он не двигается с места, словно боится спугнуть.

— Злата… — произносит он, делая шаг вперёд.

— Ты объявил меня в розыск, — констатирую я, — придётся сдаваться.

— Да, — Дарен смотрит прямо на меня, не отводя взгляд. — Ты приняла верное решение.

Яробор, до этого молча наблюдавший за нами, облегчённо выдыхает и делает шаг в сторону:

— Ну что ж, раз всё улажено, я, пожалуй, пойду проверю, не нужно ли помочь Сиджи с ужином.

Он подмигивает мне и выходит из комнаты.

Дарен подходит ко мне ближе:

— Я понимаю, почему ты скрылась. Ты почувствовала себя обманутой, и я не виню тебя. Мне стоило заранее рассказать тебе об этой части нашего плана, но дел было так много, а времени так мало. Моей страстью было устроить тебе свидание, а больше я ни о чём не думал…

Принц подходит ещё ближе, будто крадётся, готовясь схватить меня. Я невольно улыбаюсь.

— Хорошо, — говорю тихо. — Я верю тебе. Но буду с тобой с одним условием: никаких больше секретов. Никаких решений за моей спиной. Если мы будем вместе, то только так.

— Согласен, — улыбается, подойдя уже почти вплотную ко мне. — Никаких секретов.

Он глубоко вздыхает и берёт её за руки. Его пальцы слегка дрожат — непривычная для принца уязвимость.

— Раз так, то я должен тебе кое в чём признаться, — тихо говорит он. — Все эти годы я жил с одной мыслью, что однажды встречу ту самую принцессу, которую мне пророчили родители. Ту, что будет улыбаться, кивать и во всём со мной соглашаться. Ту, что станет украшением трона.

От этих слов сжимаюсь.

Дарен на мгновение замолкает, но после продолжает:

— И когда я понял, что ты — моя истинная… я растерялся. Ты не была такой. У тебя колкий язык, ты независима, ты споришь со мной, не боишься говорить правду в лицо. Это… ранило моё самолюбие. Я ждал, что ты будешь