Верность - Алеата Ромиг

— Мистер Оуэн? — спросил Ральф.

Дэрил поднял глаза: — Поскольку вы так любите ссылаться на соглашение, я принес копию. Подумал, будет полезно расширить ваш словарный запас, чтобы вы не ограничивались только этим словом.

— Прошу прощения?

Мистер Оуэн положил на стол папку и вынул копию соглашения о неверности. Это не было соглашение Челси или мое; это был пустой бланк. — Не уверен, видели ли вы настоящий документ от работодателя мисс Мур. Их нелегко получить. — Он не стал ждать ответа, открыл вторую страницу и указал на пункт. — Как вам, вероятно, говорил ваш клиент, соглашение подразумевало отношения сроком на один год с момента контакта сотрудника с клиентом. Этот срок нерушим, за одним исключением. Соглашение может быть аннулировано только в случае физического насилия.

Мистер Оуэн посмотрел сначала на Челси, потом на Ральфа: — Скажите, расширится ли теперь ваш словарный запас? Полагаю, очевидно, что ваш клиент нарушил данное соглашение.

Свет из окна заставил пот на губах Ральфа блестеть, а на лбу выступил лоск. Он перевел взгляд с мистера Оуэна на меня. Я сидела за столом между Ноксом и Челси.

— Александрия, как только мы закончим, я хотел бы поговорить с вами наедине о завещании вашего деда.

— Нет, — ответил Нокс.

— Мистер Демитри...

— Ральф, — сказала я. — Нет ничего такого, что я могла бы сказать, чего не должны знать Леннокс, Челси или мистер Оуэн.

Он покачал головой: — Вам показали лишь малую часть завещания. Есть гораздо больше того, что вам нужно понять.

Мистер Оуэн, который все еще стоял, достал из портфеля флешку: — Вам придется поверить нам на слово. Документ, как вы знаете, очень длинный.

— Что вы хотите сказать?

— Он хочет сказать, — ответила я, — что я видела завещание моего деда целиком. Изучила каждую строчку, от первой до последней.

— Это невозможно.

Мистер Оуэн пожал плечами и повернулся ко мне: — Похоже, он нам не верит.

Ральф повернулся к Челси: — Мисс Мур, если вы хотите завершить это интервью наедине, я пойму. Вполне естественно, что некоторые темы могут быть для вас неловкими.

Челси выпрямилась: — Я хочу, чтобы это закончилось. Как сказала Алекс, все здесь знают, в чем дело.

Десять минут спустя, со стаканами воды со льдом, выключенными камерами и мистером Портером, устроившимся во главе стола с большим блокнотом для записей, все началось.

Сначала Ральф спрашивал Челси о характере Брайса. Эти вопросы быстро закончились, и он перешел к фактам. Его вопросы напоминали допрос детектива. Наклонившись через стол, он спросил: — Чтобы мы точно знали даты: как долго вы с Брайсом встречались?

Челси глубоко вздохнула: — Я впервые встретила Эдварда Спенсера в августе этого года.

Ральф демонстративно зашуршал бумагами: — Этого года?

— Да, сэр.

— Но здесь, мисс Мур, у меня ваше показание полиции Эванстона, где сказано, что у вас с мистером Спенсером были отношения, начавшиеся еще на первом курсе колледжа. — Он выглянул поверх очков для чтения, которые успел надеть. — Вы ведь учились в Стэнфорде, не так ли?

— Да, на первом курсе я училась в Стэнфорде.

— И были соседкой мисс Коллинз по комнате?

— Да, сэр.

— Мистер Спенсер совершил... — он снова взглянул в бумаги, — ...в общей сложности пять поездок в Калифорнию во время вашего первого курса. У него есть чеки, подтверждающие эти поездки.

У меня перехватило дыхание, и по спине пробежал холодок. Пять раз. Брайс пять раз летал в Калифорнию и ни разу не поговорил со мной. Он что, следил за мной?

— Это был вопрос? — спросил мистер Оуэн.

— Вы хотите сказать, что не видели мистера Спенсера и не разговаривали с ним во время любого из его визитов?

— Именно это я и говорю: нет, не видела.

Ральф повернулся ко мне: — А вы, мисс Коллинз? До отъезда в Пало-Альто вы с мистером Спенсером встречались.

— Вы просили допросить мисс Мур, а не мисс Коллинз, — напомнил мистер Оуэн.

Я покачала головой: — Все в порядке. Брайс и я встречались в старших классах. Это общеизвестно. Я порвала с ним, когда уехала.

— Вы порвали, пока не согласились выйти за него замуж.

— Я не...

— И все же он приезжал, — перебил Ральф. — Брайс летал в Сан-Франциско коммерческими рейсами и в Пало-Альто частными много раз. Я упомянул ваш первый курс. Его визиты не ограничились тем годом, они продолжались все четыре года. Продолжались даже после того, как он начал встречаться с мисс Саммерс. Есть даже записи о том, что он останавливался в отеле на Стэнфорд-авеню. Вам знакома Стэнфорд-авеню?

— Да, — сказала я. — Знакома.

— Как далеко это было от вашего жилья?

Нокс рядом со мной напрягся. Мы не соприкасались, но я чувствовала, как его ярость растет. Не знала, на кого она направлена — на Ральфа или на Брайса.

— Это длинная улица. Мне нужна точка отсчета.

Ральф продолжал: — Как вы себя чувствовали, зная, что ваш бывший парень встречается не только с вашей соседкой, но и с другой женщиной? Его фотографии с Мелиссой были в СМИ.

Я ответила: — Я не знала, что он был в Пало-Альто. Я не следила за его передвижениями. Он не встречался с моей соседкой. Это правда, что он пытался связаться со мной несколько раз, когда я только переехала на Запад, но я заблокировала его номер. Я даже заблокировала его в социальных сетях.

— Почему?

— Потому что я рассталась с ним.

— В вашем общежитии или квартире был телефон? Стационарный?

Я попыталась вспомнить: — Да, в первом общежитии был.

— Мисс Мур, вы когда-нибудь отвечали на этот телефон?

— Конечно.

— И вы никогда не говорили с Брайсом Спенсером? Никогда не флиртовали с ним? Никогда не поощряли его оставить Александрию и выбрать вас?

— Нет, мистер Портер, не делала.

— Ральф, — сказал мистер Оуэн, — мисс Мур не подозреваемая. Она здесь, чтобы дать показания об Эдварде Спенсере. Может, мы сосредоточимся на субботе?

— Эти вопросы касаются добросовестности свидетеля, — объяснил Ральф, снова поворачиваясь к Челси. — Вы солгали полиции Эванстона или лжете сейчас?

— Я встретила Эдварда Брайса Спенсера в августе этого года, когда лежала