Дракон опоздал! - Виктор Громов

Брина перекрестилась каким-то местным знаком. Тейр всё ещё молчал.

— В день развода я пришла в себя уже в теле Лавены, — сказала я. — До этого у неё была собственная жизнь. У меня — своя. Я не знаю, что произошло с ней. Не знаю, почему оказалась здесь. И до сегодняшнего дня не знала, связано ли это вообще с Семью Источниками.

Тейр перевёл взгляд на моё имя в камне. Потом обратно.

— Поэтому вы не помнили Нису.

Я вздрогнула.

— Вы заметили?

— Не тогда. Потом.

— Что ещё?

— Вы задавали вопросы, которые местная Лавена вряд ли задавала бы. Не знали очевидного и замечали то, чему вас никто не учил здесь. Я считал, что после развода вы просто перестали скрывать часть характера.

— Ориан тоже.

— Он ошибался.

— Как и вы.

— Да.

Ни обвинения. Ни ужаса. Только попытка собрать факты. Наверное, именно поэтому я смогла продолжить.

— Мне было тридцать семь. Я управляла большим гостиничным комплексом. Вечером закончила работу, собиралась ехать домой. Услышала воду там, где её не должно было быть. Потом помню только Совет.

Брина смотрела на меня открыв рот.

— Значит, вы не наша Лавена?

Вопрос оказался самым болезненным.

— Я не знаю, как правильно ответить.

Я посмотрела на собственные руки.

— Это её тело. Её воспоминания иногда приходят ко мне. Её чувства тоже. Я знаю вещи, которых раньше не знала. Иногда даже не понимаю, где заканчивается её память и начинается моя. Но та женщина, которую Ориан знал восемь лет, не проснулась в зале Совета. Проснулась я.

Брина долго молчала. Потом спросила:

— А она?

— Не знаю.

— Совсем?

— Совсем.

Я ожидала страха. Осуждения. Хотя бы попытки отойти. Брина только тяжело вздохнула.

— Вот же бедная девочка.

Я не поняла.

— Кто?

— Обе.

Мне пришлось отвернуться. Тейр всё это время стоял рядом.

— Поэтому вы так быстро согласились на Семь Источников, — сказал он.

— Не поэтому. Я вообще не знала о них.

— Я о том, почему увидели в развалинах работу, а не наказание.

— Потому что в своём мире я умела управлять такими местами.

— И источник признал именно вас.

Я посмотрела на надпись.

— Это мы всё ещё не доказали.

— Лавена Вальт прожила рядом с этим владением восемь лет и ни разу сюда не приехала. Вы появились — и в первый день знак отозвался на ваше прикосновение.

— Это может быть тело.

— Может.

— Кровь.

— Может.

— Что угодно.

— Может, — согласился он.

И не стал делать удобный вывод. За это я была благодарна.

— Теперь последняя строка, — сказала я.

Тейр посмотрел на неё.

— Я уже понимаю достаточно.

— Я тоже. Но хочу услышать точно.

Он поднял фонарь. Слова были древними, но сохранились лучше предыдущих.

— «Путь, завершённый принятием, не открывается вновь к месту прежней жизни».

Я закрыла глаза. Несколько секунд слышала только собственное дыхание. Не воду. Воды здесь по-прежнему не было. И именно это делало выбор реальным. До этой минуты возвращение домой было невозможностью, которую я не могла ни подтвердить, ни опровергнуть. Я просто жила дальше. Потому что другого варианта не существовало. Теперь вариант появился. Не обещание возвращения. Но сам факт, что древняя система знала о «месте прежней жизни», означал: путь назад в принципе мог существовать.

Если я не приму ключи. Возможно. Никакой гарантии. Никакой инструкции, как вернуться. Только одна страшная определённость. Если приму — возможности не останется. Никогда. Перед глазами возник мой прежний город. Моя квартира. Кабинет. Люди, которым я однажды сказала «до завтра» и исчезла. Жизнь, которую я даже не успела закончить. Я всё время думала, что её отняли. А сейчас мне впервые предлагали отказаться от неё самой. Тейр очень тихо сказал:

— Если ты это сделаешь…

Впервые его «ты» не показалось ни случайностью, ни нарушением дистанции. Я открыла глаза и посмотрела на семь закрытых знаков. За ними была вода. Наверху — люди, которых я привезла обратно в мёртвый курорт. Брина. Ниса. Арвены. Кассена. Работники. Место, которое всего несколько часов назад снова стало живым. А где-то за пределами этих стен оставался другой мир, который я когда-то называла единственным домом. Теперь древний камень требовал, чтобы один из двух путей я закрыла сама.

Я закончила фразу за Тейра:

— Я никогда не смогу вернуться домой.

Глава 10. Я выбираю остаться

Глава 10. Я выбираю остаться

Тейр не стал убеждать меня, что я неправильно поняла древнюю запись. Наверное, именно этого я ждала в первые секунды: разумного возражения, другого перевода, возможности обнаружить в старом тексте удобную двусмысленность. Он снова прочитал последнюю строку, сверил несколько знаков с предыдущими надписями и только после этого опустил фонарь.

— Я не вижу другого значения, — сказал он.

Я кивнула. Брина поднялась со ступени, опираясь на трость.

— А если ничего не делать?

— Семь ключей останутся закрыты, — ответил Тейр. — Пока мы не найдём иной способ открыть систему.

— А путь обратно? — спросила я.

Он посмотрел на древнюю надпись.

— Текст говорит только о том, что принятие ключей завершает переход и закрывает возможность вернуться к прежней жизни. Здесь не сказано, что отказ автоматически отправит вас обратно.

Вот это было важно. Очень важно. Передо мной не стояли две двери с понятными надписями: «остаться» и «вернуться». Одна дверь была настоящей. Я видела её последствия вокруг себя: сухие каналы, потухшие источники, людей наверху, курорт, за который уже отвечала. Вторая существовала только как возможность. Возможно, путь назад был. Возможно, его можно было найти через неделю, через год или никогда. Возможно, я уже однажды прошла по нему только в одну сторону.

— Значит, если я не приму ключи, я всё равно могу остаться здесь навсегда, — сказала я.

— Да.

— Только с надеждой, что когда-нибудь найду дорогу обратно.

— Да.

Брина посмотрела на меня.

— А источники?

Тейр ответил не сразу.

— Если мы правы и вода удерживается именно этой системой, без открытия ключей они останутся закрыты. По крайней мере, пока не обнаружится другой механизм.

— То есть курорт остановится.

— Да.

— И утром Хелвик получит основание исполнить своё распоряжение, — добавила я.

— Тоже да.

Брина выругалась очень тихо и выразительно.