Дракон опоздал! - Виктор Громов

Я даже не стала делать замечание. В нескольких шагах от нас на стене продолжало светиться моё имя. Непривычное зрелище уже почти не пугало. Оно раздражало своей уверенностью. Камень определился раньше меня.

— Оставьте меня одну, — сказала я.

Брина сразу нахмурилась.

— Здесь?

— Здесь.

— Госпожа…

— Я не буду ничего трогать.

Она посмотрела на мою руку, потом на центральный камень.

— Вы уже один раз так говорили.

— Нет. В прошлый раз я вообще ничего не обещала.

— Это ещё хуже.

Тейр молчал. Я повернулась к нему.

— Мне нужно подумать без свидетелей.

— Хорошо.

Никаких вопросов. Никакого «сколько времени». Никакого «решение очевидно». Он просто принял то, что я сказала. Брина приняла хуже.

— Наверху Хелвик.

— Знаю.

— Скоро рассвет.

— Знаю.

— Гости.

— Тоже помню.

— Тогда хотя бы не сидите здесь до полудня.

Я почти улыбнулась.

— Постараюсь учесть.

— И если камни начнут светиться…

— Позову.

— Как?

Мы втроём посмотрели на коридор. Брина была права. Кричать отсюда можно было долго. Тейр снял с пояса небольшой металлический жетон и положил на каменный выступ рядом со мной.

— Нажмите на центр.

— Что произойдёт?

— Я почувствую.

— Где бы вы ни находились?

— В пределах владения.

Я взглянула на него.

— Очень удобная вещь.

— Иногда.

— И давно она у вас?

— Давно.

— А раньше предложить не могли?

— Вы бы взяли?

Я подумала.

— Нет.

— Поэтому не предлагал.

Брина закатила глаза.

— Я действительно оставляю вас двоих всего на несколько минут, а вы уже успеваете спорить.

— Мы не спорим, — сказала я.

— Это у вас, видимо, форма отдыха.

Она первой направилась к лестнице. Тейр задержался.

— Лавена.

— Да?

Он явно хотел сказать что-то ещё. Я ждала. Потом он только произнёс:

— Решение должно быть вашим.

— Я знаю.

— Даже если оно мне не понравится.

Эта фраза заставила меня поднять глаза. В его лице не было обычной иронии.

— А какое вам не понравится?

— Это уже попытка повлиять.

— Удобный способ уйти от ответа.

— На этот раз сознательный.

Он развернулся. Я остановила:

— Тейр.

Он обернулся.

— Спасибо.

На секунду его выражение смягчилось.

— За что?

— За то, что не решили вместо меня.

Он ничего не сказал. Просто ушёл следом за Бриной. Через несколько минут их шаги исчезли. Я осталась одна под Семью Источниками. В прежней жизни тишина редко была настоящей. Даже ночью гостиница продолжала жить: работали системы вентиляции, где-то закрывались двери, по коридорам двигался персонал, за стенами шумел город. Всегда существовал фон, к которому привыкаешь настолько, что замечаешь только его отсутствие. Здесь таким фоном была вода. Первые дни я не понимала, насколько быстро привыкла к ней.

Теперь её не было. Я села на ступень, где недавно сидела Брина, и посмотрела на семь закрытых знаков. Можно было составить таблицу. Я почти рассмеялась от этой мысли. Два варианта. Преимущества. Риски. Последствия. В прежней жизни я принимала решения на миллионы именно так. Когда нужно было открыть новый корпус, отказаться от нерентабельного направления, сократить затраты или согласиться на реконструкцию, эмоции откладывались в сторону и начинались цифры.

Но как записать в графе «стоимость» целый мир? Я закрыла глаза. Моя квартира вспоминалась удивительно ясно. Не потому, что была роскошной или особенно любимой. Просто моей. Ключи я обычно бросала в небольшую чашу у двери. На кухне всегда лежало что-нибудь, купленное по дороге и обещанное себе «на потом». На подоконнике стоял цветок, который выживал вопреки моему графику. По утрам я иногда пила кофе стоя, потому что снова опаздывала раньше, чем успевала это признать.

Дорога на работу. Лифт. Кабинет. Знакомые лица сотрудников. Люди, которые наверняка искали меня после исчезновения. Я не знала, что они решили. Несчастный случай? Пропажа? Смерть? Мне стало тяжело от мысли, что для них история оборвалась без объяснения. Я не попрощалась. Ни с одним человеком. Не закрыла дела. Не передала работу. Не выключила собственную жизнь так аккуратно, как привыкла закрывать гостиницу после сложного сезона. Она просто закончилась на полуслове.

И всё это время я почти не позволяла себе по-настоящему думать об этом. Сначала был развод. Потом документы. Тридцать дней. Дорога. Брина. Развалины. Тейр с имперской печатью. Первые гости. Ориан у ворот. Старые счета. Столица. Открытие. Хелвик. Я всегда умела спасаться работой. Оказалось, даже между мирами. Когда возникает проблема, которую невозможно принять, можно найти проблему поменьше. Посчитать расходы. Проверить комнату. Починить окно. Разобраться с гостями.

Узнать, кто украл деньги двенадцать лет назад. Всё что угодно, лишь бы не сидеть в тишине и не спрашивать себя: хочешь ли ты назад? Теперь вопрос всё-таки догнал меня. Я открыла глаза. Если бы передо мной действительно открылась дверь в прежний мир прямо сейчас, вошла бы я? Ответ не появился мгновенно. И это испугало сильнее всего. Ещё неделю назад я не сомневалась бы. Наверное. Я ведь там жила почти тридцать семь лет.

Там всё было понятным. Законы. Деньги. Работа. Технологии. Моя биография. Моё собственное лицо. Там мне не приходилось каждое утро вспоминать, что руки, которыми я застёгиваю платье, когда-то принадлежали другой женщине. Не приходилось бояться, что знакомый прежней Лавены посмотрит слишком внимательно и заметит несоответствие. Не существовало источников, способных вывести на поверхность чужую внутреннюю ложь. Не существовало Хелвика Роана. Драконов тоже не существовало, хотя после знакомства с двумя конкретными представителями я пока не решила, считать это преимуществом или потерей.

Я невольно улыбнулась. Потом улыбка исчезла. Потому что вместе с прежним миром вспомнилось другое. Сколько раз я говорила себе, что начну жить, когда закончится очередной сложный период. После сезона. После проверки. После ремонта. После смены собственника. После того, как вытащу ещё один объект из убытков. В моей жизни всегда находился чей-то проект, который нуждался во мне больше, чем я сама. Я умела делать красивыми места, где отдыхали другие люди.

Умела создавать им ощущение дома. Умела встречать чужие праздники, свадьбы, годовщины, семейные поездки. А потом возвращалась в свою квартиру и радовалась, если до сна оставалось достаточно времени, чтобы не проснуться сразу от будильника. Это не означало, что прежняя жизнь была плохой. Я любила её. Она была моей. Только теперь, глядя на древние камни другого мира, я впервые позволила себе признать: я не была в ней особенно