Моя ужасная квартирантка - Татьяна Бегоулова

— Какой именно магией?

— Той, что внутри тебя. Не нужно разделять её. Артефакт потом сам разделит её на некромантию, фейри и смешанную. Уверен, что до тебя фейри тут не отмечались, — Грегори улыбнулся. Но улыбка вышла усталой. Он тоже переживал, но находил в себе силы действовать.

Николь взяла сосуд из рук Грегори и поднесла к узкому носику ладонь. Сосуд тут же словно присосался к ладони, и Николь ощутила заметное выкачивание силы. Но как только первые капли магии стали стекать по стенкам сосуда, всё внимание Николь было поглощено этим зрелищем. Её магия была серебристо-перламутрового цвета с легким оттенком лилового. Какой интересный цвет. Ну серебристый, понятно, обычный цвет для некромантии, хотя, конечно, случаются исключения. А вот перламутровый и лиловый? В какой из них окрашена магия фейри? И те несчастные два процента смешанной магии? Они вообще имеют цвет?

Когда сосуд наполнился, носик сам собой оторвался от ладони Николь. Она почувствовала слабость. С виду сосуд совсем небольшой, размером с крупную грушу. А выкачал силы раза в два больше.

Прежде чем передать сосуд со своей магией Грегори, Николь поинтересовалась:

— А вы точно знаете, что нужно делать?

Грегори нетерпеливо забрал сосуд из рук Николь:

— Теоретически. Что делают с новой порцией магии я видел, когда сам добавлял свою силу. Потом присутствовал при этой процедуре с братом. А вот как привести в действие артефакт Леонсия — об этом я только читал. Но у меня хорошая память, Николь. Но, давай, обо всём по ходу действия. Сначала добавим твою магию к общему потоку.

Николь заметила, что Грегори перешёл с ней на «ты». И так легко и естественно у него это вышло, что она и не вздумала протестовать. Она должна была признаться самой себе, что ей это даже нравится. И еще ей очень нравилось, что Грегори в такой непростой период её жизни всё время оказывается рядом. Конечно, он же взял на себя ответственность за Николь, хотя она его об этом не просила. А ведь, казалось, какое ему дело до какой-то там сироты, которая волей судьбы, как позже выяснилось, тоже Мирантелл.

Сосуд с магией Николь Грегори установил на подставку внутри сейфа. Подставка эта, как успела краем глаза заметить Николь, примыкала к одной из полированных граней огромного кристалла, который каким-то неведомым чудом разместился внутри просторного сейфа. Хотя, если весь потайной ход является артефактом, то удивляться не стоит. Тут может быть задействована и пространственная магия и всё, что угодно. Интересно, Хорсар знал об этом загадочном артефакте, который собирается запустить Грегори?

Дверь сейфа закрылась, и Грегори подошёл ближе к Николь:

— Сейчас твоя магия присоединится к общему потоку. Это должно быть интересно.

Николь с интересом посмотрела на колыхающуюся завесу голубовато-серого цвета. Потоки магии полностью заполняли тоннель. Вдруг завеса пошла рябью, как будто в неё попал какой-то инородный предмет и нарушил её гармонию. Будто из ниоткуда в полотно голубовато-серого цвета ввинчивалась перламутровая спираль, отливающая лиловым. Завеса заколыхалась сильнее, по ней прошли заметные волны, и вдруг тугая спираль стала расплываться, расщепляться, растворяясь в серо-голубом мареве. Неужели её магия просто растворится в общем потоке и её уже нельзя будет заметить, выделить?

А завеса, заполняющая тоннель, продолжала удивлять. Она вдруг медленно закружилась вокруг своей оси, закручиваясь в воронку.

— Она что, сама себя перемешивает? — недоверчиво спросила Николь. Такого она в своей жизни еще не видела.

— Похоже, что именно так.

И вдруг по всему потоку начали вспыхивать серебристые искры. Они вспыхивали и гасли, вспыхивали и гасли, словно фейерверк в миниатюре.

— Знаешь, что это, Николь? Это твоя сила некроманта встретилась с родственной силой других некромантов семьи Мирантелл.

— С силой Хорсара, Миранды и их отца?

— Совершенно верно.

Потом из движущегося потока вверх взметнулся лиловый фонтанчик одинокой тонкой струйкой и скрылся в толще магии.

— А это, видимо, и были два процента смешанной магии. Они что, не отыскали здесь родственников? — Николь хихикнула.

И тут она замолкла на полуслове, потому что весь поток вдруг замерцал и изменил свой цвет. Заметно посветлел и приобрел серебристо-жемчужный оттенок. Николь перевела изумленный взгляд на Грегори: что, это всё её магия фейри сотворила?

Мирантелл встретился с ней взглядом и, будто отвечая на безмолвный вопрос, кивнул.

Когда первое удивление прошло, оба вспомнили о том, что они здесь вообще-то для более важной миссии.

— А вот теперь, Николь, мы и посмотрим, на что способен артефакт Леонсия.

Грегори взмахнул рукой, и поток магии взмыл выше, освобождая пространство тоннеля. На стене, среди магических символов и рун, он взглядом отыскал что-то, известное лишь ему и, приложив пальцы к одному из символов, выпустил магию. Стена подернулась дымкой и начала видоизменяться. Еще одна магическая иллюзия?

А на стене проступил контур магического круга, разделенного на сектора. В каждом секторе свой набор магических символов. Грегори внимательно изучал надписи, Николь тоже присоединилась к нему. По большей части символы были ей неизвестны. Но по тем, которые имели отношение к некромантии, Николь поняла, что эти надписи символизируют виды чистой первородной магии.

— Вот, Николь, есть! Смотри! Этот сектор содержит в себе символы магии целительства!

Грегори в радостном возбуждении ткнул пальцем в один из секторов круга. Николь удивленно заморгала:

— А… у Мирантеллов в роду было много целителей?

— Если честно, не знаю. Если и были, то ничем выдающимся они похвастать не могут.

— Но, тогда как нам поможет магия целительства, если в этом потоке её или нет совсем, или она очень слабая? Я так поняла, что данный артефакт из собранного многими поколениями Мирантеллов потока, выделит нужную нам магию целительства. И мы должны как-то направить её на Миранду. Так?

— Нет, Николь. Всё совсем не так. Я же говорил, Леонсий был Одаренным! Ему было подвластно то, что не по силам десятку сильных артефакторов! Его артефакт преобразует магический поток смешанной магии в ту, которую мы выберем! Понимаешь? Если всю собранную здесь магию преобразовать в силу целителя, то мы сможем вылечить Миранду! — Грегори схватил Николь за плечи, стиснул в этих объятиях, выражая восторг, то ли от таланта своего предка, то ли радуясь за Миранду.

— А что, если тут нужна другая магия? — Николь не могла это объяснить, но вот было какое-то чувство, что они свернули с верной тропинки. Она решительно высвободилась из объятий, которые были ей, безусловно, приятны, но сейчас они лишь отвлекали. Николь ткнула поочередно пальцем во все сектора магического круга:

— Грегори, если вы понимаете, что тут написано, ищите что-то связанное с