Мартовский кот и разведенка с прицепом - Лина Филимонова

Писец…

Ваня – мой сын. Аленка – моя дочь. Сегодня увидел их – и внутренности завязались в узел. Стоял, смотрел, забыл как дышать.

Но мне быстро напомнили: впечатались головой в живот с разбегу. Выдохнул–вдохнул, задышал.

Денек сегодня выдался – просто ахтунг. Час за год шел. Даже не верится, что я узнал о своем отцовстве только сегодня утром. Кажется, что с тех пор прошло несколько месяцев…

И все это время я болтал, почти не затыкаясь. Кроме моментов, когда терял дар речи от ахуя.

Самый капец был с отцом Марты. Тот меня конкретно отчихвостил… Сходу назвал щеглом – и давай из меня перья выдергивать! Без наркоза. Я опытный переговорщик. Знаю когда что нужно сказать.

Но это, мля, были самые сложные переговоры в моей жизни!

И все же, я считаю, что добился успеха. Меня не вышвырнули за порог. Меня признали годной партией для дочери. И перспективным отцом для внуков.

Не зря я порвался на тысячу Богданчиков, доказывая, что я не козел!

Уже час прошел, она все не звонит. Неужели просто легла спать? Что–то сомневаюсь. Царица – натура чувствительная и возбудимая. После такого потрясения вряд ли спокойно уснет. Вот если бы я ее усыпил…

Пара оргазмов – и полный раслабон гарантирован. А если я ее ещё по спинке поглажу… Как можно от такого отказываться?

Может, сгонять, купить шоколадный торт и отвезти ей? И под этим предлогом уже все остальное.

Она любит тортики. Но не ест.

И меня она любит. Но не подпускает к себе.

Мазохистка, мля!

Звонок. Я дергаюсь, хватаю телефон. Аркаша…

– Это правда? – без предисловий произносит брат.

– Правда.

– Капец.

– Ага.

– Но – как?

– Как–то так.

Сколько раз ещё мне придется рассказывать и объяснять… Сколько выслушивать ахов, охов и “пиздецов”...

И, честно, мне пофиг.

Я, может, даже могу кайфануть от этих обалдевших лиц и открытых ртов.

Марта не такая. Ее все это напрягает. Но… Какого хрена она мне не звонит?

Звонок в дверь. Неужели приехала? А дети?

Бегу открывать.

Настюха. В руках торт. Как будто мои мысли прочитала… Только торт нужен не мне.

– Я же говорила! – вопит она.

И бросается мне на шею.

– Что ты говорила?

– Ты женишься!

– Женюсь.

Правда, будущая невеста ещё не ответила “да” на мое, уже второе по счету, предложение.

Мы идем на кухню.

– Ты чего? – спрашивает сеструха, вглядываясь в мое лицо.

– Чего?

– Не хочешь? Жениться. Ты что, не рад?

– Хочу. Рад.

– А по лицу не скажешь.

– Да я просто в ахуе.

– Понимаю… Я тоже! – Она аж подпрыгивает на месте от возбуждения. – Какие они? Классные, да? Шесть лет. Офигеть! Совсем большие. У тебя есть фото?

– Нет.

– Как это нет?

– Ну… так вот.

Пока не обзавелся.

– Тогда рассказывай!

– Что?

– Ваня и Алена… Классные имена. И они классные, да? Ну! Говори, не молчи! Какие они?

– Ну, Аленка такая… Блин! – осеняет меня. – Она же на тебя похожа! А я все думал, кто так же морщится... Аленка – вылитая ты в детстве!

– Правда? – выдыхает Настюха.

И шмыгает носом.

– Ты чего?

– Я просто… Просто…

Она всхлипывает. Губы дрожат. Плечи тоже. Она утыкается носом в мою грудь и рыдает.

– Ты чего ревешь–то?

Я в шоке. Мало мне сегодня шоков!

Снова звонок в дверь. Неужели…. А, нет. Аркаша подтянулся. С ящиком пива.

– Чего она ревет? – удивленно спрашивает мой брательник.

– Я хер знает.

– Аленка… Племянница моя… На меня похожа…

– Так это ж прикольно, разве нет?

– Да! – заливается слезами Настюха.

– Капец… – хором выдыхаем мы с Аркашей.

Закатываем глаза. И берем по пиву.

Мы всегда были дружной бандой. Ещё с тех пор, как втроем тусовались у мамы в животе. Конечно, бывало всякое. И дрались, и ссорились. И отдалились немного, когда повзрослели.

Но сейчас я чувствую: это самая правильная компания. Это люди, с которыми я могу быть на двести процентов откровенным. Которые поддержат меня в любой ситуации. И с которыми не в лом с очередной раз обсуждать, как так вышло, что мы с Мартой друг друга не узнали…

Пиво кончилось. От торта осталась половина. Настюха перешла на чай, а мы с Аркашей на коньяк, найденный у меня в холодильнике.

– Я ей напишу, – говорю я.

– До сих пор не написал? – поражается Настюха.

– Она хотела побыть одна. Просила не беспокоить.

– Пф–ф–ф–ф! Ну ты и дурак!

– Что?

– Пиши! Езжай! Скажи, что любишь и мечтаешь о свадьбе!

– Так, спокойно, – утихомиривает сестру Аркаша. – Никто никуда не едет. Время час ночи.

– Да? – поражаюсь я.

Она так и не написала…

– Это ты мечтаешь о свадьбе, – поддевает Настю Аркаша.

– Да, я хочу замуж. И не скрываю этого. Я думала, первая из нас выйду! И первая заведу детей. Я же девочка. Мы раньше созреваем. А этот мартовский Кошак меня опередил!

– Мартовский… Точно, он мартовский! Потому что ее зовут Марта… Вот прикол! – ржет мой догадливый брат.

– Когда свадьба? – сестра толкает меня в бок.

– Не знаю.

– Мне надо договориться с Мартой.

– О чем?

– Пусть кинет букет прямо в меня. А ещё я поеду в Сочи к твоей цыганке. Пусть мне мужа нагадает!

 64

Марта

Я привыкла быть одна.

Решать все сама. Переживать трудности и кризисы. Вариться в своих мыслях и эмоциях.

Нет, родители меня, конечно, всегда поддерживали.

И подруги у меня есть. Особенно Полинка.

И Никита был.

Но все равно. Я привыкла сама.

А