Попаданка, предсказанная дракону - Надежда Фатеева

Чешуя цвета тёмной меди и воронёной стали отливала зловещим блеском. Каждая линия его тела дышала силой, контролем и нечеловеческой красотой. Его крылья, распахнутые, были шире, чем у Лео. Его глаза, те самые янтарные, горели холодным, безразличным пламенем, в котором не было безумия его приспешников. Там был расчёт. И непреходящая, ледяная ненависть.

Он даже не взглянул на своих корчащихся и раненых союзников. Его взгляд прошёл сквозь боевое построение, сквозь дым и иллюзии, и упёрся прямо в меня. В ту самую точку у родника, где я стояла с Людвигом в дрожащей руке.

— Вот она, — прозвучал его голос в наших умах, тяжёлый и властный. — Моя игрушка, из-за которой ты предал свой род, принц. Мне пора забрать своё.

Лео встал, между нами, издав низкое, предупреждающее рычание. Он был ранен, уставший, меньшего размера, но он не отступил ни на дюйм. — Ты ничего не заберёшь, Виалар. Ни её. Ни мою честь. Ты пришёл сюда умирать.

Эдриан медленно, почти лениво повернул к нему голову. — Ты? Убить меня? Смешно. Ты — щенок, который вообразил себя волком. Я покажу тебе, что такое настоящая сила. Сила, которой не нужны трюки с троллями и эльфийками.

Он раскрыл пасть. И это не было подготовкой к обычному драконьему огню. Вокруг его глотки сгустилось марево, закрутились вихри тёмной энергии. Он собирался выжечь всё — и Лео, и поляну, и нас — одним сокрушительным ударом, в котором чувствовалась та самая, древняя, чужая мощь его новых покровителей.

В этот момент Людвиг на моей руке вспыхнул так ярко, что стало больно глазам. Он проецировал не образ, а чистую, необработанную информацию прямо в мой мозг. Данные. Потоки магии. Точки напряжения. Слабые места в заряде Эдриана. И я УВИДЕЛА. Увидела ту самую «петлю обратной связи» в его силе, тот самый изъян, который искала в схеме ритуала. Его сила была не цельной. Она была сшита из лоскутов — его собственной драконьей крови и чего-то чужеродного, тёмного. И в месте сшивки была уязвимость.

У меня не было времени думать. Не было времени бояться. Я вскрикнула, но не от страха., а от ярости и от решимости. — ЛЕО! НАВОДКА! ВСЯ СИЛА В ТОЧКУ НАД ЕГО ПРАВЫМ ПЛЕЧОМ! СЕЙЧАС!

Лео, доверяя мне слепо, даже не взглянул на Эдриана. Он развернулся в ту сторону, куда я кричала, собрал всю свою оставшуюся мощь, весь свой гнев, всю свою боль — и выдохнул сгусток ослепительного золотого пламени. Не в Эдриана. В пустоту над его правым плечом.

И в тот же миг Элора, поняв мой замысел, выбросила вперёд руки. Все её иллюзии, вся магия леса, всё искажение реальности сконцентрировалось и ударило в ТО ЖЕ САМОЕ место.

Золотой огонь Лео столкнулся с невидимым барьером — тем самым «швом» в силе Эдриана. И под усилием Элоры, под направленным ударом, барьер дрогнул.

Эдриан, только что собиравшийся испепелить нас, вдруг вздрогнул. Заряжаемое им чёрное пламя в его глотке замигало, исказилось. Раздался звук, похожий на треск ломающегося стекла и рвущейся плоти одновременно. Тёмная энергия, не найдя выхода, ударила внутрь него самого. Он зарычал от боли и ярости, отпрянув, его совершенный образ исказился судорогой.

Это не убило его, но это ранило. Серьёзно. И, что важнее, это его ОСТАНОВИЛО.

Решающая битва только началась, но первый, самый страшный удар мы отвели, не силой, а знанием, не магией, а логикой. И мы стояли. Все вместе. Раненые, измотанные, но не сломленные. Лео, дыша тяжёло, снова встал ко мне спиной, его золотой взгляд был прикован к корчащемуся от боли и ярости Эдриану.

Вокруг, оправившись от шока, завывали и поднимались его приспешники. Но в их рядах уже не было прежней уверенности. Была трещина и страх, а у нас был союз. И план, который, против всех ожиданий, сработал.

Битва была далека от завершения, но мы доказали главное, что мы — команда и мы будем бороться до конца.

Глава 43. Жертва и Спасение

Алисия.

Тишина после того, как сломался заряд Эдриана, длилась всего несколько ударов сердца, но это была та самая тишина, что звенит в ушах перед взрывом.

Рана, которую мы ему нанесли, была серьёзной. Тёмная, чужая энергия, которой он питался, вырвалась наружу через трещину в его собственном магическом барьере, оставив на его медной чешуе гноящиеся, дымящиеся полосы. От него исходил запах гари и испорченного мяса. Он отступил, его дыхание стало хриплым, свистящим, но в его янтарных глазах не было отчаяния. Было холодное, безумное решение, решение того, кому нечего терять.

— Хорошо… — прозвучал его голос в наших умах, сдавленный, но полный невыразимой ненависти. — Хорошо, принц-изгой. Ты и твоя игрушка… вы показали зубы. Теперь я покажу вам истинную цену сопротивления.

Он поднял голову, и из его горла вырвался не рык, а странный, гортанный звук — не то слово, не то команда, произнесённая на языке, от которого кровь стыла в жилах. Это был не драконий язык. Это было что-то древнее, темнее, лишённое всякой гармонии, лишь голое приказание.

И земля отозвалась.

Не под ногами Эдриана, а где-то за пределами Молчаливого Круга, в самой глубине Гибельных земель. Далекий, глухой стон прошел сквозь почву, заставив вибрировать корни деревьев, воду в роднике, кости в теле. Воздух наполнился гулом, низким и всепроникающим, будто проснулся и застонал сам гигантский спящий механизм планеты.

Лео замер. Всё его тело, от кончика хвоста до самых ушей, напряглось, как тетива. Золотые зрачки сузились в тонкие щели. Он не смотрел на Эдриана. Он смотрел сквозь него, в ту точку, откуда шёл этот стон. И на его драконьей морде, такой чуждой и страшной, я вдруг увидела нечто узнаваемое — леденящий ужас. Не за себя. За всех.

— Нет… — прошептал он, и его мысленный голос дрогнул. — Он не смел… Он не мог знать…

— Он знает! — закричала с края поляны Келли. Она поднялась на колени, её лицо было искажено не то торжеством, не то сумасшествием. Разбитый кристалл всё ещё был зажат в её руке. — Я рассказала ему всё! О долге Фарреллов! О Великом Ритуале! О том, что Империя держится на жертве! Он знает, как вас разбудить!

Эдриан, игнорируя боль, выпрямился. Его раны дымились, но он, казалось, черпал силу из этого гула, из пробуждающегося кошмара под землёй. — Ваши предки были мудры,