Не выйдешь сухой - Лера Титова

парень. Студент, художник, бедный, но весёлый. Арно заплатил ему десять тысяч — подбросить наркотики в сумку Кати перед вылетом. Парень согласился. Не знал, чем кончится.

— Чем кончилось?

— В аэропорту нашли. Вызвали полицию, посадили в тюрьму. Катя не знала, не понимала, плакала, говорила, что это не её. Но наркотики были. Свидетели были. Парень дал показания против неё.

— Он признался, что подставил? — спросила Настя.

— Нет. Он исчез. Арно заплатил ему ещё десять и отправил в другую страну.

— А Катя?

— Катя сидела три месяца. Потом Арно заплатил судьям, её выпустили. Но девочка сломалась. Психиатр, таблетки, больница. До сих пор лечится.

— А Сергей?

— А Сергей застрелился. В своём кабинете. Из охотничьего ружья. Нашла дочь, когда вернулась из Лондона. Она и нашла.

Тина молчала. Смотрела на Лену, которая рассказывала это, как анекдот, затягиваясь сигаретой.

— Ты не врёшь? — спросила Тина.

— Зачем мне врать? Спроси у Зинаиды. Она знает. Она тогда работала с Сергеем, его жена была её клиенткой.

Тина спросила. Зинаида подтвердила.

Они сидели в её кабинете — дорогая мебель, запах табака, фотографии на стенах. Зинаида смотрела на Тину серьёзно, без обычной улыбки.

— Это правда, — сказала она. — Арно — монстр. Но он хорошо платит. И он наш клиент. Так что держи язык за зубами.

— А если он придёт ко мне?

— Откажешься.

— А если не смогу?

— Тогда молись.

— Чему?

— Чему угодно.

Тина замолчала. Но запомнила.

Через год Арно пришёл к ней.

Не как клиент — как враг. Сидел в своём офисе, за огромным столом, пил кофе, смотрел на неё холодно, как на пустое место.

— У меня есть задание, — сказал он. — Ты познакомишься с одним человеком. Войдёшь в его доверие. Узнаешь его слабые места. Выкрадешь документы.

— Кто этот человек? — спросила Тина.

— Ты узнаешь, когда придёт время.

— А если я откажусь?

— Твоя мать умрёт.

Тина смотрела на него. Вспомнила историю про Сергея. Про дочь, которая нашла отца с простреленной головой. Про парня, который продался за двадцать тысяч. Про наркотики, полицию, тюрьму.

Он способен на всё. На подставу, на тюрьму, на смерть. На убийство чужими руками.

— Я согласна, — сказала она.

— Умная девочка, — ответил Арно.

Она не была умной. Она была трусихой. Но она не могла позволить матери умереть.

Теперь, год спустя, она сидела в загородном доме, пила чай, смотрела на мать, которая спала на диване. Камин потрескивал. За окном — лес, чёрный, холодный, враждебный.

— Я не позволю ему победить, — прошептала Тина. — Ни меня. Ни Яна. Ни мать.

Тина сжала кружку с остывшим чаем. Пальцы побелели.

— Ты не получишь нас, — сказала она в пустоту. — Никогда.

Арно не слышал. Но она знала — он почувствует.

Она встала, накрыла мать пледом. Поцеловала в лоб. Выключила свет.

Пошла в спальню к Яну.

Он не спал. Сидел на кровати, смотрел в телефон.

— Ты чего? — спросил он.

— Вспомнила кое-что.

— Что?

— Что мы не должны проиграть.

— Не проиграем.

Он отложил телефон, обнял её. Тина уткнулась лицом в его грудь.

— Ян.

— Мм?

— Если что-то случится… не сдавайся.

— Не сдамся.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она закрыла глаза.

Глава 53. Ян

Вадим приехал в три часа ночи.

Не позвонил. Не предупредил. Просто появился у ворот загородного дома, мокрый от дождя, без куртки, с красными глазами. Охранник доложил по рации:

— Ян, Вадим. Срочно.

— Пусть войдёт.

Ян сидел в кабинете — загородный дом, стены из тёмного дерева, камин, мониторы с камерами по периметру. На столе — ноутбук, стакан с виски (третий за вечер), пепельница, карта местности. Он не спал вторые сутки. Глаза слипались, но он заставлял себя работать. Думать. Планировать.

Вадим ввалился в кабинет, не поздоровался, не сел. Встал у стола, опёрся руками о столешницу. Дышал тяжело. С его куртки капала вода. Лицо бледное, глаза бегают.

— Арно собрал всех, — сказал он. — Завтра.

— Где?

— На старом складе за городом. Знаешь такой — за нефтебазой, красные ворота.

— Знаю. Двадцать минут от города. Заброшенный. Там раньше стройматериалы хранили.

— Да. Арно выбрал его, потому что там нет камер. Ни городских, ни частных. Глухое место. Идеальное для засады.

— План?

Вадим выпрямился. Провёл рукой по лицу — мокрому, холодному.

— Взять Тину в заложники. Заставить тебя сдаться. Уничтожить твой бизнес. Убить тебя.

Ян смотрел на него. Спокойно. Без эмоций.

— Ты уверен?

— Я был на совещании. Сегодня вечером. В его офисе.

— Кто был?

— Все. Коля, Серёга, Витя, Косой, Рыжий, ещё человек пятнадцать. Арно собрал их в большом зале. Я никогда не видел его таким. Он был спокоен. Слишком спокоен. Как перед смертью.

— Что он сказал?

— Сказал, что это последняя операция. Что после неё он уходит на покой. Что заплатит каждому по двести тысяч. Тем, кто останется жив.

— А тем, кто умрёт?

— Сказал, что их семьям тоже заплатят.

— Поверили?

— Кто-то да. Кто-то нет. Косой сказал: «А если ты врёшь?» Арно посмотрел на него. Косой замолчал.

— Что было дальше?

— Арно раздал оружие. Автоматы, бронежилеты, гранаты. Сказал, что засада завтра в два часа ночи. Что мы должны взять Тину живой. Если будет сопротивляться — можно применить силу, но не убивать. А тебя — можно убить.

— Меня?

— Тебя — в первую очередь. Арно сказал: «Ян — голова. Тина — сердце. Отрубите голову — сердце остановится».

— Умно.

— Он не глуп. Он опасен.

— Знаю.

Ян встал, подошёл к бару. Налил виски два стакана. Один протянул Вадиму.

— Пей.

Вадим выпил залпом. Поставил стакан. Вытер губы тыльной стороной ладони.

— Он сказал, что если ты не отдашь Тину — он убьёт её при тебе. А потом тебя.

— Не убьёт.

— Он убьёт. Ты не знаешь его.

— Знаю. Он трус.

— Трус, у которого двадцать стволов.

— Стволы не стреляют без людей. А люди не стреляют без приказа.

— Он прикажет.

— А ты не выполнишь.

Вадим молчал. Смотрел на Яна. Долго.

— Ты на меня рассчитываешь? — спросил он.

— Да.

— Почему?

— Потому что ты не взял его деньги.

— Он не предлагал.

— Предложит. Завтра. Перед операцией. Ты откажешься.

— Откуда знаешь?

— Потому что ты человек. А он — нет.

Вадим отошёл к окну. Посмотрел на лес — чёрный, холодный, враждебный. Дождь стучал по стёклам.

— Я не хочу больше убивать, Ян.

— Не будешь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Вадим повернулся. В глазах — усталость и надежда.

— Что будем делать?

— Готовиться.

— У тебя десять человек.

— Этого хватит.

— У него двадцать.

— Качество важнее количества.

— Ты уверен?

— Уверен.

Ян достал карту. Разложил на столе. Карта была старой, потрёпанной, с пометками карандашом.