Графиня с изъяном - Айлин Лин

– Я уже всё решил. Я подвёл Родерика, подвёл Исо. И не могу таким же образом поступить с Гвендолин. Один раз я её уже бросил, и повторять не собираюсь. Эйхварт присмотрит за ней, научит чему нужно и доложит мне обо всём. А дальше… Я не буду её заставлять, как однажды заставил Исо.

– Но предложишь?

– Да, конечно. И уверен, она не откажется. Она дочь своей матери, и она… она дочь моего сына.

– Как знаешь, тебе виднее, друг мой, – вздохнул старик. – Удалось выяснить, кто убил Эдмунда и его сына? – сменил тему Алистер и поднёс к губам кубок с вином.

– Архин Велан, – буркнул Эдуард.

– Он ещё жив?! – шокировано охнул собеседник, едва не поперхнувшись терпким напитком.

– Вестей о его смерти не было. Он Хранитель и могущественный маг, такие просто так не умирают, – криво усмехнулся король.

– Думаешь, он знает, кто настоящий отец Гвендолин?

– Нет. Иначе я бы тут с тобой не сидел и сладкое вино не пил, – покачал головой монарх. Его тёмные глаза неотрывно смотрели на пляшущие язычки оранжевого пламени в камине, но мыслями он был далеко отсюда. В тех временах, когда его младший сын влюбился во внучку Хранителя реки, текущей в недрах горы Вийхерма. – Пойми, Алистер, Исо была живым знаменем для любого заговора. Её связь с Веланом, её ребёнок от принца… Всякий лорд, недовольный моей властью, мог бы использовать её, чтобы разжечь гражданскую войну. Мне нужно было спрятать Исо, дать ей и ребёнку достойное имя и надёжное укрытие. Не будь я правителем, я бы признал Гвендолин, взял Исо под своё крыло… Но, кроме перечисленного, злые языки было бы не заткнуть, – пытаясь оправдаться, вдруг поделился своей болью с Алистером король. – Мне пришлось так поступить, понимаешь?

Герцог понимал. Он всё это уже слышал и потому просто молча внимал, давая возможность сюзерену высказаться.

Это случилось чуть больше восемнадцати лет назад, когда его младший сын, принц Родерик, отправился в дипломатическую миссию к горным народам Вийхерма. Ему было всего двадцать два года; юноша славился своей отвагой, добрым сердцем и чистыми помыслами.

В горах Вийхерма жил архин Велан, Хранитель священной реки, дающей жизнь землям у подножия хребта. Старик давно не покидал свою обитель, и личной встречи с ним Родерику добиться так и не удалось. У архина была внучка с необыкновенным именем Исо, девушка неземной красоты с изумрудными глазами цвета весенней листвы и волосами, чёрными как вороново крыло.

Молодые люди влюбились друг в друга с первого взгляда. А поскольку Исо была обещана другому, Родерик решился на отчаянный шаг. Он и его возлюбленная сбежали в Греймур. Оба кинулись в ноги королю, моля благословить их брак.

Эдуард был в растерянности, но, видя счастье сына, согласие дал.

А потом произошёл крупный набег на северные границы, и принц с армией отправился отбивать нападение. Он погиб в бою с именем Исо на устах, так и не узнав, что она носит под сердцем его ребёнка.

Граф Эдмунд Леваньер, увидев прекрасную иноземку при дворе, влюбился в неё без памяти. Но он понимал, что девушка, скорбящая по принцу, никогда не ответит на его чувства.

Когда стало ясно, что Исо беременна, Его Величество начал искать выход. Гнев могущественного чародея страшил его куда больше собственной смерти. К тому же незаконнорождённый ребёнок принца мог стать проблемой для королевской семьи и позором для самой Исо. Видя интерес молодого наследника рода Леваньер, король принял решение. Исо, подавленная горем, дала своё согласие и вскоре стала графиней. Свадьба прошла тихо, без пышности. Прекрасная невеста стояла у алтаря бледная как полотно, с потухшими глазами.

– Никто и никогда не должен узнать правды, – повторил монарх им обоим, прежде чем отправить молодожёнов со двора.

Поначалу Его Величество следил за судьбой беременной Исо. Доклады из замка Леваньер были редки и сухи, и не показывали всей истинной картины. А затем пришла весть, что внучка родилась увечной и он, к своему вечному стыду, почувствовал не только разочарование, но и тёмное облегчение. После, когда сказали, что в ней нет и капли магического таланта, так и вовсе отпустил ситуацию – такой ребёнок не станет политической угрозой. Ещё немного времени спустя, занятый бесконечными проблемами королевства, король позволил себе забыть, отгородиться от этой болезненной тайны.

Но потом… Увидев девушку, её прекрасные ярко-зелёные глаза, как у матери, ярко-рыжие волосы, как у отца… Его Величество настигло глубочайшее сожаление, успешно подавляемое все эти годы. И вина. И теперь он готов был на многое, чтобы всё искупить.

– Люди архина провели степняков через город, открыли ворота замка, сказали, где покои графа. И знаешь… я ни разу не посочувствовал Эдмунду, – простучав костяшками пальцев по подлокотникам резного кресла незатейливую дробь, вновь заговорил правитель.

– Что будешь делать дальше? – поставив кубок на стол, уточнил герцог.

– В этот раз не выпущу ситуацию из своих рук. Доверенные люди уже в Грейстоуне, наблюдают и, если будет нужно, защитят Гвен.

– Ты ей скажешь правду?

– Нет. Никогда.

* * *

Гвендолин Леваньер

Холодный рассвет окутал башни замка Леваньер густым туманом, который медленно сползал по склону холма к крышам Грейстоуна. Я поднялась на смотровую площадку. Отсюда с высоты, сквозь узкие проёмы зубчатой стены, открывался вид на весь Грейстоун, и я могла видеть, как внизу, за городскими воротами, начинается суета. Наконец-то прибыл обоз! Долгожданный скрип колёс множества телег, катящихся по утрамбованной мёрзлой дороге, разносился далеко окрест.

Мастер Годвин, верный данному слову, привёз всё необходимое: брёвна для каркаса, доски для стен и крыши.

Всё остальное у нас было в наличии: солома для утепления, глина для обмазки щелей, железо для гвоздей и скоб. И камни для фундамента, добытые из старых разрушенных домов на окраине.

Чуть позже я вышла во двор, где меня уже ждал сэр Рик. Верхом в сопровождении небольшого отряда мы отправились к северной части города, чтобы лично проконтролировать разгрузку на стройплощадке. Чем ближе я подъезжала к пустырю за стеной, тем громче становились звуки: ржали усталые лошади, отчётливее слышались команды мастера Годвина.

Люди – и коренные жители Грейстоуна, и переселенцы из Каменного Дола, временно размещённые в здании магистрата, – собрались все тут же и с любопытством, граничащей с опаской, наблюдали