Ненавистники любви - Кэтрин Сентер

— Ах ты мудак! — рявкнул он и кинулся на Коула. Даже не успев договорить фразу, они уже валялись на земле.

Я вскочила на ноги, думая, что должна их остановить.

Но Рю положила ладонь мне на руку, удерживая на месте.

— Нам не стоит что-то сделать? — спросила я.

— Дадим им немного времени.

— Прости, — сказала я. — Мы так старались сделать тебе хороший день…

— А это важнее, — сказала Рю.

Мы смотрели, как они катались по траве. Это была не кинематографичная драка, как в фильмах. Всё происходило как-то сбоку, сумбурно, с хрипами, пыхтением, локтями и ударами коленом. Без эффектных звуков. Только дыхание, ругань, шлепки, удары и снова дыхание.

— Может, вызвать полицию? — спросила я.

Рю покачала головой.

— Они скоро выдохнутся.

— Думаю, Хатч может всерьёз убить Коула.

— Может. Но не убьёт.

Я раньше никогда не видела, как дерутся взрослые мужчины. Как тут вообще определяется победитель? Они просто бьют друг друга, пока не устанут?

Что бы ни значила победа, казалось, Хатч — явный фаворит. Коул не был слабаком, но физическая подготовка была частью профессии Хатча.

Они действительно дрались. Я ставила на Хатча, конечно. Но даже когда Коул попадал кулаком в корпус, это не производило никакого эффекта.

— Им это нужно, — сказала Рю. — Они слишком долго игнорировали друг друга. Им нужно прокричаться, побороться, выпустить всё это.

— Ты не собираешься их остановить?

— Только если кто-то начнёт терять кровь.

— Но… — Это казалось таким странным — не вмешиваться. — Мы же вроде должны разговаривать?

Рю кивнула, наблюдая за ними.

— Иногда слов недостаточно.

В КОНЦЕ КОНЦОВ они действительно выдохлись.

Когда всё закончилось — запыхавшиеся, побитые, в траве и с разодранной одеждой — Коул и Хатч лежали на спинах, раскинув руки и уставившись в ночное небо, усыпанное звёздами.

И мы все — Рю, Девчонки, Салливан и я — притихли, чтобы подслушать.

— Что за чёрт, Коул? — спросил Хатч. — Зачем ты соврал мне про Кэти?

— Я пожалел об этом сразу же, — ответил Коул. — Если это хоть что-то значит.

— Нет, не значит.

— Ты столько раз говорил «нет» на «Один день из жизни». Я просто хотел, чтобы ты согласился. Я знал, что ты чувствуешь вину за то, что произошло на свадьбе, и сделаешь всё, о чём я попрошу.

— Два момента, — сказал Хатч. — Во-первых, я не чувствовал вины за свадьбу — потому что я не сделал ничего плохого. А во-вторых, я всегда был готов сделать всё, о чём ты просишь.

Коул кивнул.

— Возможно, там была ещё и капля мести.

— Потому что ты знал, что она мне нравится? Но как ты мог знать? Мы же вообще не разговаривали!

— Рю знала, — сказал Коул. — Рю почувствовала.

Хатч провёл ладонью по коротко стриженным волосам и снова посмотрел на брата.

— То есть… Рю сказала тебе, что, по её мнению, я влюбился в ту самую коллегу, которую ты прислал сюда выполнять свою работу и ты решил соврать мне, что ты с ней встречаешься?

Коул кивнул.

— Когда ты это так формулируешь, я и правда выгляжу, как конченый козёл.

— Тебе нужно перестать со мной соревноваться, — сказал Хатч.

— Легко говорить, когда ты всегда побеждаешь.

— Я вообще ни в чём не чемпион.

— Так говорит чемпион.

— Ты правда думаешь, что я непобедим? — спросил Хатч. — Это ты так меня видишь?

Коул не стал отнекиваться.

— Конечно. Именно так. Ты — Хатч. Ты идеальный. Ты получаешь всё, что хочешь. Если ты решаешь учиться на отлично — ты учишься. Хочешь пробежать марафон — бежишь. Решил стать спасателем-пловцом — стал одним из пяти человек, прошедших отбор. Ты машина. Неостановимый. Я могу тратить на это всю свою жизнь и всё равно не смогу тебя обогнать.

Вот это признание.

— Но всё, что ты говоришь обо мне, — сказал Хатч, — не имеет к тебе никакого отношения.

— Имеет всё, — ответил Коул. — Потому что ты не смог просто быть братом. Ты должен был стать героем. Ты должен был меня спасти.

На секунду всё стихло.

Хатч сел в траве.

— Ты сейчас про ту ночь? Про аварию?

Коул тоже приподнялся. Потом, после долгой паузы, почти шёпотом, сказал:

— Ты должен был спасти маму вместо меня.

Хатч посмотрел на него так, словно увидел впервые.

— Вот оно, да?

Коул всё так же смотрел в землю.

Хатч покачал головой, ошеломлённый.

— Вот почему ты так злишься? Вот почему тебе всё время нужно себя доказывать?

Коул не ответил.

Хатч всё продолжал крутить в голове.

— Неудивительно. Как ты мог с этим справиться?

— С чем?

— С тем, что мы потеряли.

Коул отвернулся.

Хатч теперь пристально за ним наблюдал.

— Так вот в чём всё дело? Всё это время? Ты считал, что именно ты виноват в том, что её с нами нет? Ты думал, что я выбрал тебя вместо неё? Что если бы я поступил иначе, мама бы выжила?

Коул заморгал, будто этот вопрос потряс его до глубины души.

— Потому что, Коул… — продолжил Хатч. — Это был не мой выбор.

— Что?

Хатч сглотнул.

— Мама сказала мне идти за тобой.

— Она…

— Даже когда я выбирался из машины, она кричала: «За Коулом! Хатч, иди за Коулом!» Я тогда был в шоке, но её голос прорезал всё остальное — такой чёткий, такой уверенный. Когда я замешкался, она сказала: «Сначала вытащи Коула. Потом вернёшься за мной». И я просто… сделал это. Вернулся в машину, отстегнул тебя. Ты тоже был в шоке. Я сказал: «Пошли! Пошли!» Ты взял меня за руку, и я повёл тебя туда, где уже собрались люди. Туда, где было безопасно.

— Ты увёл меня… потому что мама тебе велела?

Хатч кивнул.

— Коул, я помню её лицо. Я думаю о нём всё время. Она знала, что у меня не будет времени вернуться.

Он вытер глаза тыльной стороной ладони. Голос стал хриплым.

— Это не я тебя спас, Коул. Это мама.

Теперь и на лице Коула были слёзы.

Но Хатч продолжал:

— Ты не причина её смерти. Ты — её последнее желание.

23

У МЕНЯ ТАК И НЕ БЫЛО шанса поговорить с Хатчем в ту ночь.

Потому что в самый разгар событий Салливан, которая весь вечер дулась из-за того, что её не позвали на семейный ужин, а потом ещё и подлечилась просекко, внезапно начала блевать.

Стошнило её прямо на лужайке, рядом со мной, но когда Девочки кинулись помогать и вести её обратно в домик, она всех остановила.