Сокол - Весела Костадинова

на мягкий ковер, отбив себе копчик. От боли зазвенело в ушах, на глаза навернулись горячие слезы. А от идиотской ситуации, в которой она оказалась, из груди вырвался короткий, сдавленный смешок.

Ну что ей стоило вообще проспать возвращение хозяина?

Почему сразу не отошла от окна?

Горело лицо, уши, шея и даже, кажется, грудь. Она едва сдерживала смех, закусив пальцы здоровой руки, внимательно поглядывая на Маргариту, которая повернулась на другой бок и снова спокойно засопела во сне.

Сидела и беззвучно хохотала. Пока не услышала шаги уже в доме.

Осторожно поднялась на ноги и прихрамывая, вернулась на свое кресло, понимая, что не выйдет теперь из детской даже под страхом смерти.

Чувствовала и смех, и одновременно злость на Громова. Пока Марго ждала его у окна — он развлекался с собственной помощницей!

Устроилась опять поудобнее, закрывая глаза, но не проходящее чувство досады не давало покоя. Как маленький камушек в ботинке. Противный и болезненный.

Сердце гулко колотилось в груди, адреналин не давал успокоиться и постараться заснуть.

Она повернула голову, устраиваясь поудобнее и с ухмылкой подумала, что утром неудобно будет всем троим.

Снова закрыла глаза.

В комнату очень тихо постучали.

* «Лабиринт» (англ. Labyrinth) — фантастический фильм 1986 года. Фильм рассказывает о юной девушке Саре (Дженнифер Коннелли), отправившейся в путешествие по странному миру-лабиринту, чтобы спасти своего брата от короля гоблинов Джарета (Дэвид Боуи).

** Каждое твое утро я раскрашу золотом,

Каждый твой вечер сделаю днем Валентина,

хотя мы до сих пор чужие люди

Мы выбираем путь

Между звездами

Я оставлю свою любовь

Между звездами

36

Алия повернулась на другой бок и сделала вид, что не слышит. Стук повторился, на этот раз дольше и настойчивее. В кровати заворочалась Марго.

Прошептав проклятия, Лия встала с кресла и чуть приоткрыла двери. Громов стоял, чуть облокотившись на косяк и терпеливо ждал, покручивая часы на запястье.

— Совсем офонарел? — прошипела женщина. — Ты ж Марго разбудишь….

— Мне помощь нужна, — ее возмущение не произвело впечатления.

— Что? — изумилась Лия. — Боюсь спросить, в чем?

Он вздохнул. Как она заметила, пиджак он уже снял, остался в одной рубашке, расстегнутой на верхнюю пуговицу, воротник слегка помят.

— Тут такое дело…. — взъерошил волосы на затылке, — можно взять что-то из твоей одежды?

Лию разобрал смех, который она с трудом сдерживала.

— У вас ролевые игры? — не выдержала, зажимая рот ладонью.

— Да, бл…. Если бы, — он тоже начал тихо смеяться. — Пьяная она лежит. И рвет ее….

— Не повезло, — Лия оперлась на косяк и едва сдерживалась. — Вот она — птица обломинго!

— Лия, — Вадим покраснел и сам пытался говорить спокойно, — я серьезно. Девке плохо по полной программе. Боюсь придется ей капельницу ставить….

— А ну да, ты же доктор…. Халат надеть не забудь, — слезы хлынули из глаз женщины.

— Слушай, ну хватит… я реально впервые в такой ситуации…. Ее бы переодеть надо….

— Что, не знаешь, как женщину раздевать? — из-за зажатого рта Лия едва не хрюкала от смеха.

— Лия! Она моя помощница!

— Одно другому, насколько я знаю, не мешает…

— Это что, — он вдруг хитро прищурил глаза, — ревность?

— Побойся бога, Громов, — Лия вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Я искренне заценила ситуацию. Ты притаскиваешь домой девушку, и такой облом!

— А куда мне ее прикажешь девать? — шёпотом прикрикнул он. — Я ее пригласил, чтобы она меня сопровождала…. Нельзя же идти одному на такие мероприятия. Все время вот так ходили. Она вообще-то почти никогда не пила — пару глотков вина или шампанского. Знала, что это работа, а не…. — он смутился, — ничего другого. Я ее потом домой отвозил. А тут выпила бокал под конец вечера, и ее развезло конкретно. Уже в машине плохо стало. Бросать ее, что ли, было? Она до крыльца-то дойти не смогла — пришлось на руках нести. Положил в гостевой, ее рвет, мечется вся… мокрая. Сдается мне, что кто-то из коллег ей свинью подложил — намешали что-нибудь, — он покачал головой. — Не очень ее коллеги любят….

— Ой, а что так…. — фыркнула Лия.

— Ну…. Господи, Лия, да молодая она, а уже — моя помощница. Вот и думают все, каким местом она это место получила в 24 года.

— Так, Громов, избавь меня от подробностей. Пошли, дам тебе что-нибудь из своих вещей, — Лия оглянулась на спящую Маргариту и выскользнула из комнаты. Проходя мимо Вадима, покачнулась. Он моментально поддержал ее под локоть.

И в тот же миг Лию накрыла волна аромата — резкая, обжигающая, слишком знакомая, чтобы её можно было спутать. Запах леса после дождя, дымной хвои, тяжёлого, густого тепла. Запах, который она когда-то любила до беспамятства. Запах, от которого у неё выбивало дыхание и ломило сердце. Запах Андрея.

Громов тоже замер.

— Лия…. Ты что…. меня обнюхиваешь? — его глаза ярко блестели в полумраке коридора. — Так, я не пил. Хочешь — дыхну. И с бабами тоже не обнимался. И засосов на шее нет, смотри сама, — он одним движением свободной руки оттянул ворот рубашки, обнажая шею и ключицы, словно хотел доказать невиновность самым очевидным способом.

— Отвали, Громов… — Лия резко оттолкнула его руку, будто ожог. — Твой парфюм… — голос охрип. — Откуда он?

Лицо Вадима потемнело, он молча смотрел на нее.

— Алиса подарила, — ответил, наконец, глухо. — Я давно им не пользовался.

— Так какого лешего начал? — огрызнулась Лия, понимая, что злиться совсем не на него.

— Разрешения у тебя спросить? — он тоже не остался в долгу. — Подари мне свой парфюм — буду пользоваться.

Лия отвернулась и пошла в свою комнату. Громов, постояв секунду, пошел за ней.

Терпеливо ждал, пока она найдет в шкафу запасную футболку и шорты.

— Алиса… — откашлялся он, — подарила мне его сразу после свадьбы. Говорила, что очень любит его. Рассказала, что, когда ей было 8 лет, ее спас человек. Молодой парень. Вытащил ее из огня. И этот аромат ей его напоминал…. Мне тоже он нравится, но после ее смерти, я… не мог им пользоваться. А недавно нашел и… Я ж не знал…

— У Андрея был такой парфюм, — глухо сказала Лия, не оборачиваясь, но сжав ткань футболки в руках. — Прости, Вадим. Ты здесь ни при чём. Держи, — она обернулась и отдала ему вещи.

— Ээээ… — он замялся, — слушай. Ты поможешь ее переодеть?

— Ты сейчас шутишь, да?

— Нет. Я не очень хочу делать это в одиночестве, чтоб потом…. Не было вопросов и недопониманий.

Лия приподняла бровь, подумала и кивнула. Вместе они прошли в гостевую комнату, где лежала бледная, сероватая Диана.