Хозяйка времени - Арина Теплова

— Господи, зачем же так? — крикнула истерично Вера, не двигаясь с места.

По ее щекам покатились слезы. Диким взглядом она смотрела на безжизненное тело Могуты, видя, как Мира начала тормошить его, несчастно плача:

— Могута, очнись! Очнись, пожалуйста!

Но горбун не двигался, он был мертв.

В этот момент по кивку Сомова один из стрельцов приблизился к Огневе и схватил девочку. Поволок к выходу. Она в истерике забилась в руках мужчины, плакала и кусалась:

— Я не хочу в приют! Няня Вера, спаси нас!

Вера подняла голову на этих убийц, которые только что на глазах детей застрелили горбуна. И теперь намеревались насильно забрать детей. Она не понимала, как вообще возможно такое зло, что сейчас происходило вокруг и с ними.

Ее взгляд горел таким безумным огнем, что даже Щукин зашипел в ухо Сомову от страха:

— Уводите ее скорее! Она ведьма, как бы не исполнила чего! Еще спалит нас огнем!

От слов Щукина подьячий струхнул и пригрозил:

— Госпожа Лебедева, я предупредил. Никакого самоуправства. — Он вытянул кремниевый пистолет и направил его на Веру. — Следующая пуля прилетит вам в голову! Прекратите сопротивляться и сдайтесь. Я должен препроводить вас в тюрьму!

Глава 23. Опасный путь

Мысли Веры метались в хаосе. Ее сердце разрывалось от боли за убитого Могуту и за будущее этих несчастных детей. Да и предстоящее заключение в тюрьме пугало ее до жути. Такого безвыходного чудовищного положения в ее жизни никогда не было. И самое страшное, что она совершенно не могла ничего сделать.

Темные людишки, которые стояли за всеми бесчинствами в этом княжестве, похоже, победили. Убивали всех неугодных. Детей запирали в зловещий приют, а ее в тюрьму. Ладно, если ее еще оставят в живых. Но она в это мало верила. С той наглостью, с какой они только что застрелили горбуна на глазах детей, они были способны совершить что угодно. Ее убьют в тюрьме по-тихому, а детей изведут в этом жутком приюте.

— Прошу вас, дайте нам полчаса на сборы, — пролепетала она сквозь слезы, устремляя полный боли взгляд на Сомова. — Немного времени. Чтобы я собрала детям теплые вещи в дорогу и еду. Прошу вас…

Это было так унизительно, просить у этих бесчеловечных выродков. Но все же хоть немного можно было отсрочить страшное будущее.

— Еще чего! Так их забирайте! Преступники должны страдать! — не унимался Щукин.

Его речь прервал громкий чих Сомова. Подьячий начал снова и снова чихать, даже задыхаться. Вера нахмурилась, понимая, что аура дома начала свое защитное действие.

Ладомира так и продолжала плакать над убитым горбуном, только ее слезы стали беззвучными. Стрельцы молчали, ожидая дальнейших приказов.

— Полчаса, боярышня. — Сомов опять чихнул и уже начал кашлять. Прокашлявшись, хрипло продолжал: — Даю вам полчаса, и не больше. Мы будем ждать у крыльца. Что-то нехорошо мне здесь. Мы будем ждать у крыльца.

Снова закашлявшись, подьячий сделал знак своим подчиненным.

— Я говорил вам, сударь, — процедил Щукин, прижимая к носу надушенный платок. — Это проклятый дом. Тут дышать нечем! Ах зубы сводит.

Стрельцы начали выходить из кухни, а Сомов обернулся к Вере и пригрозил.

— И никаких глупостей. Дом окружен, и черные выходы вам не помогут. И мы будем следить за окнами. Через полчаса, чтобы все вышли. Все пятеро детей.

— Хорошо, — ответила обреченно Вера, опуская голову.

Сомов со Щукиным, а за ними и стрельцы, поспешили прочь из особняка. А Вера еще раз подтвердила истину, что в доме плохие люди не могут находиться долго. Хотя она сразу поняла, что они представляют из себя. Только нелюди могли прийти целым вооруженным отрядом арестовывать женщину и беззащитных детей.

Вера же быстро наклонилось над Могутой, проверяя его дыхание. Но он не дышал.

Вдруг Мира придвинулась к ней и быстро выпалила:

— Няня Вера, я знаю, как выбраться тайком из дома!

— Мира, ты же слышала, они охраняют все выходы и окна, — вздохнула Вера, поднимая на девочку глаза.

— Есть потайной ход, под домом! Бабушка Бажена мне недавно его показала.

Вера пораженно уставилась на Ладомиру и невольно смахнула слезу со щеки. Ее глаза вмиг высохли, а в голове закрутились более светлые мысли.

— Потайной ход? Мира, ты предлагаешь…

— Сбежать, няня Вера! — выпалила девочка громким шепотом.

Их тут же окружили другие дети, возбужденно говоря:

— Да! Давайте сбежим! Мы сбежим и все!

— Но это опасно, если нас поймают, — начала неуверенно Вера, но в ее глазах уже загорелась надежда на спасение. — Вы же видели, у них ружья, и их больше…

— Все равно. Мы не боимся! — заявил смело Боян.

— Лучше уж убежать в лес, чем снова в этот приют! — поддержал его Добряк.

— Няня Вера, давайте пойдем по этому ходу, — попросила Златоцвета.

— Мира, но где этот ход? И куда он ведет? В сад? — спросила Вера.

— Бабушка сказывала, что он ведет далеко за усадьбу. Туда, где дубы растут, на старое капище, — сказала девочка и, быстро подойдя к печке, добавила: — А вход в него здесь, за печкой.

Все подошли к Ладомире, с интересом оглядывая беленую кухонную печь, которая одной стороной была вмурована в стену.

— И ты знаешь, как его открыть? — спросила Вера, ощупывая печь и осматривая ее.

— Да. Надо вон ту заслонку открыть, — указала Мира рукой вверх.

— Так? — спросила молодая женщина, выдвигая небольшую черную заслонку, которая явно не нужна была для обычной трубы в печи.

— Да. А теперь кочергой сдвинуть вон тот рычаг наверху, — продолжала девочка, а Вера все исполняла. — И теперь отодвинуть печь.

— Как отодвинуть? Она же вмурована в стену, — недоуменно сказала Вера, Но все же уперлась руками в беленую стену, а точнее, трубу, Боян помог ей. На удивление, огромная печь начала легко сдвигаться вбок. — Боже, Мира, она двигается!

Вскоре перед ними открылся темный ход чуть выше роста Веры и три метра в диаметре.

— Какой узкий, — пролепетала молодая женщина, заглядывая внутрь темного непроглядного пространства. — А ты уверена, что мы сможем выйти наружу, Мира? Там не лабиринты?

— Я не знаю, но бабушка сказала, что там все время прямо и прямо идти. И потом выйдем в лесу.

— А мне боязно, там так темно, ничего не видно, — захныкала шестилетняя Огнева.

Вера думала пару секунд. Надо было решиться на такое опасное предприятие. Ведь теперь это был единственный способ спастись от заточения.

— Благодарю вас, боярыня Бажена, — произнесла Вера тихо, поднимая лицо. — Даже с небес оберегаете нас. Словно знали, что этот ход