Бомбочка-Незабудка - Кэролайн Пекхам

Дэнни переместился ко мне за спину, вдыхая так глубоко, что казалось, будто он пытается вдохнуть меня, и когда он снова провел рукой по моей руке, мурашки разбежались по моей коже, какая-то вызывающая, дико идиотская часть меня почти хотела, чтобы он взял больше, чем это. Но не было ни единого гребаного шанса, что это случится снова.

Он провел пальцами по моему колену, его большая рука обхватила мою ногу и заставила ее согнуться сильнее, когда он перевернул меня на бок, отодвигая ожог на моей заднице дальше от себя, в то время как его спина оставалась вровень с моей.

— Боже, это гораздо лучше, чем обнимать подушку, — пробормотал он, его щетина коснулась чувствительной кожи моей шеи и заставила мои соски затвердеть от его грубого голоса.       — Мне не придется сегодня кончать в наволочку.

Какого черта? Может, он снова под наркотиками?

— Ну же, прекрасная... чертова... жена—подушка. — Его лицо прижалось к моей шее, а его рука снова пробежала по бокам моего тела, еще раз обогнув ожог, прежде чем опуститься к моей груди.

Я приготовилась к атаке, отказываясь быть для него дыркой для члена, чтобы удовлетворить его пьяную задницу, но тут он издал тихий храп, и я поняла, что он вырубился на хрен.

Я расслабилась, выдохнула длинный вдох и попыталась выскользнуть из его рук, планируя обыскать комнату в поисках оружия. Но, черт возьми, даже во сне его хватка не ослабевала, его тело напоминало железную клетку, и я пыталась освободиться, но каким-то образом оказалась прижата к нему еще крепче, его твердый член давал о себе знать.

В конце концов, я оставила попытки вырваться, решив воспользоваться его пьяным состоянием и не желая будить его в случае, если я окажусь жертвой его гнева или он попытается подтолкнуть меня к небрежному траху. Вместо этого я потянулась за наушниками, надела их и тут же погрузилась в мир спокойствия под слова песни Free Bird группы Lynyrd Skynyrd.

Здесь меня ничто не могло тронуть. Меня не было, я была за миллион миль отсюда, в стране, где существовал только ритм, и я почти забыла, что лежала в объятиях своего врага и моя жизнь больше не принадлежала мне.

Я проснулась от того, что кто-то сорвал с меня наушники и резко щелкнул по уху.

— Вставай. Если хочешь поесть, лучше спускай свою задницу вниз, пока парни не доели еду.

Я села прямо, обнаружив, что Дэнни стоит там в белой футболке с длинными рукавами и черных джинсах, которые висели достаточно низко на его бедрах, чтобы я могла разглядеть острый V—образный разрез под поясом, где был виден кусочек татуированной кожи. Мой взгляд зацепился за небольшое скопление голубых цветов среди колючих роз, и я с любопытством нахмурилась на незабудки, прежде чем перевести взгляд на свои наушники, которые болтались на его вытянутом пальце. Он тоже ухмылялся. Его голова наклонилась на одну сторону, когда он рассматривал меня.

Я выхватила наушники, хотя он явно не пытался отнять их у меня, но сам факт того, что он их взял, заставил мою кровь зашипеть. Я смотрела на его раздражающе красивое лицо, выискивая признаки похмелья и надеясь, что он сейчас чувствует себя как полудохлое дерьмо. Но он выглядел таким же свежим, как если бы спал десять часов и был на недельном йога—ретрите, темная щетина на челюсти была немного гуще, чем раньше, но только подчеркивала линию его сильных скул и глубину карих глаз.

— Ты выглядишь как дерьмо, думаю, даже король Лондона не застрахован от полуслепого пьянства, — все равно бросила я ему, взяла свой iPod и встала с кровати, столкнувшись с ним, когда он не убрался с моего пути. Оу? Это было похоже на столкновение с гребаной стеной.

Он выгнул бровь в смутном веселье, когда я наклонила подбородок, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Я был в командировке всю ночь, так что я свеж, как маргаритка, секс-бомба. Особенно после того, как я проснулся и утром хорошенько подрочил в заднюю часть той футболки, что на тебе.

Я задохнулась от ужаса, схватила футболку и повернула ее, чтобы попытаться увидеть заднюю часть, но Дэнни разразился противным смехом, явно шутя, и моя кровь закипела.

Я опустила подол рубашки, оглядывая его плечи, когда выходила из комнаты, направляясь в ванную и захлопывая за собой дверь.

— Поторопись, бомба. Еда долго не продержится, — позвал меня Дэнни за дверью, очевидно, последовав за мной.

— Думаю, тогда ты пропустишь завтрак, верно, муж?

— Почему это? — потакал он мне.

— Потому что ты уже полон дерьма.

Я заглушила его ответ, когда включила музыку на полную мощность и разделась донага. Я не стала торопиться. Я была голодна, но я бы предпочла, чтобы мой живот оставался пустым, а не делать то, о чем меня просит мой любимый муж. Даже если это было мелочью.

Вода жгла, когда она попадала на клеймо, и я заставила себя осмотреть раздраженную кожу в зеркале, с облегчением увидев, что она, по крайней мере, не кажется зараженной, но я уже могла сказать, что потребуется не что иное, как пересадка, чтобы удалить это гребаное имя с моей кожи.

Когда я закончила, я вернулась в спальню, завернувшись в полотенце, дрожа на холодном воздухе и обнаружив оставленное для меня кремовое платье, которое выглядело как нечто, что богатая домохозяйка надела бы на поздний завтрак со своими подружками.

— Э-э, это было бы гребанное “нет”, — пробормотала я, подойдя к черному ящику, в котором хранилась одежда Дэнни, достала пару синих джинсов и натянула их. Я немного поморщился от того, что грубый материал поцарапал мой ожог, но я определенно не собирался надевать боксеры Дэнни, так что мне придется просто смириться и терпеть.

Они были слишком велики, но, немного потрудившись, мне удалось подкатать низ и затянуть пояс на талии, чтобы не снимать их. Затем я натянула простую белую футболку и завязала на ней узел, после чего натянула пару теплых носков. Это было лучшее, что я могла сделать, и в этом я чувствовала себя более собой, чем в платье, которое оскорбляло мою душу. Самое меньшее, что я могла сделать в этом месте, это удержать последние частички себя, которые не были вырваны из моей хватки.