Клинок Айрис - К. А. Найт

даю ей пощечину, желая увидеть, как ее голова откинется. Когда она только сильнее смеется, я сую руку в карман, достаю нож и подношу его к ее шее, пока она смотрит на меня.

– Сделай это, заставь меня истечь кровью.

Я не могу сопротивляться.

Я режу.

Он небольшой, чтобы пошла кровь. Я наблюдаю, как кровь скапливается у ее шеи и медленно стекает вниз по каждой стороне, пока она кричит. Этот звук проникает в мой мозг, и я хочу еще. Я чуть не зарезал ее, поэтому отбрасываю нож, изо всех сил стараясь не убить ее. Но я проигрываю войну, особенно, когда запускаю руку в ее джинсы и нахожу ее мокрой. Она стекает по моим пальцам.

Из моего горла вырывается стон, когда я встречаюсь с ее глазами.

– Тебе действительно это нравится. Боль. Угроза смерти.

– Мне это чертовски нравится. – Она стонет и трется о мои пальцы, когда я засовываю два в нее. Я растягиваю их, причиняя боль, но она ничего не делает, только катается на них. Я не хочу, чтобы она кончила, поэтому я вытаскиваю их, и пока она смотрит, я пробую ее на вкус.

Один лизок, и я потерян.

Ее вкус обжигает мой язык, и я понимаю, что ничто и никогда больше не будет таким вкусным. Мои кулаки сжимаются по обе стороны от нее, я наклоняюсь, ненавидя эту власть, это притяжение, которое она оказывает на меня.

Я размазываю кровь, проводя рукой по ее телу и проникая пальцами в ее рот.

– Попробуй, какая ты мокрая для меня. Ты умрешь неудовлетворенной, крича в агонии. Его смерть была моей, так что я возьму кое-что другое - твою душу.

Я настолько погрузился в нее, что не услышал, как открылась дверь, пока голос Алексея не прогремел по комнате как гром.

– Хватит!

Мы оба поворачиваемся, чтобы встретить его взгляд, его протянутые руки. Обе двери распахнуты, и за ними прячется стражник.

Предатель.

– Я серьезно, Николай. Оставь нас сейчас же. – Его взгляд удерживает меня на месте, и я читаю легкий страх на его чертах, прежде чем он скрывает его.

Рыча от отвращения, я оглядываюсь на нее и смотрю ей в лицо.

– Это еще не конец. – Я смотрю на кровь, скопившуюся во впадине ее горла. – Ты так красиво врешь, но кровь течет еще лучше.

– Я с нетерпением жду этого, – мурлычет она, выгибаясь навстречу моим прикосновениям.

Оторвавшись от нее, я выхожу из комнаты, не удостоив ни одного из них взглядом.

Но не раньше, чем сверну шею охраннику, когда буду проходить мимо.

К предателям не проявляют снисхождения.

Двадцать девятая

Айрис

Алексей смотрит вслед уходящему Николаю обеспокоенным взглядом, даже не взглянув на тело мужчины на полу. А я? Мои глаза тоже следят за ним, не в силах отвести взгляд. Желание, разливающееся по моим венам, борется с легкой болью в шее и горле, что только усугубляет ситуацию. Я почти умоляла его о члене, а он едва коснулся меня.

Он сводит меня с ума.

Он прав - я вижу смерть в его глазах, и я хочу ее. Моя семья всегда говорила, что у меня есть желание умереть, и, возможно, они были правы, потому что все, о чем я могу думать, это как сильно я хочу, чтобы он вернулся и закончил работу.

По крайней мере, я бы умерла счастливой.

Алексей вздыхает и подходит ко мне и смотрит на меня, быстро расстегивая ремешок. Он бросает взгляд на мертвеца на столе, прежде чем смыть кровь с моей шеи и поискать рану.

– Я в порядке, – говорю я ему, садясь, мой голос хриплый. Перекинув ноги через бок, я смотрю за его спиной на пустой коридор, но он не позволяет мне последовать за Николаем. Он встает на моем пути и наклоняет мою голову назад, чтобы я встретилась с его глазами.

– Я говорил тебе не давить на него. Я не всегда буду здесь, чтобы защитить тебя. В следующий раз он убьет тебя. – Когда я не отвечаю, он вздыхает. – Что случилось?

Я знаю, что он имеет в виду тело. Я могла бы солгать и свалить вину на безумие Николая, но правда скоро выплывет наружу, а я почему-то знаю, что лгать было бы очень плохой идеей. Они еще не убили меня, но я не хочу испытывать судьбу, тем более что теперь я тоже мишень и застряла вместе с ними.

Я придерживаюсь правды - ну, по крайней мере, ее части.

– Николаю нужно было уйти, ты ему позвонил. Мужчина начал издеваться надо мной. Я подошла ближе, чтобы услышать, что он говорит, и он попытался меня убить. – Я пожимаю плечами. – Так что я убила его первым. Инстинкт. Нико вернулся и разозлился.

– Черт, – рычит Алексей. – Мы нужны ему, цветочек.

Он верит моей истории. Интересно.

– Извини, – бормочу я, спрыгивая со стола. – Я собираюсь привести себя в порядок.

– А потом сразу в постель. Я не хочу больше никаких проблем от тебя сегодня. Я должен привести все в порядок и убедиться, что Нико не убьет весь город. – Он хватает меня за руку и притягивает к своей груди. Его жар, сила и мощь заставляют меня дрожать, а моя киска сжимается, требуя, чтобы я трахнула его вместо его брата.

Он был бы хорош, даже великолепен, но мое внимание сосредоточено на другом брате.

– Я серьезно, цветочек, веди себя хорошо, иначе наше гостеприимство может закончиться. – Угроза почти заставляет меня ослабеть в коленях, прежде чем он отталкивает меня. Очевидно, он слишком занят, чтобы потакать нашим желаниям. Стыдно. Однако я решаю быть хорошей, поскольку мне стало легче от того, что он не обвиняет меня во лжи. Я спешу наверх и в комнату Алексея, не желая, чтобы Захар допрашивал меня.

Как только я оказываюсь внутри, мое сердце замирает, когда я быстро раздеваюсь, оставляя испачканную одежду на идеальном полу Алексея - это маленький акт бунтарства, но он делает меня счастливой, когда я спешу в ванную и включаю душ. Моя киска все еще требует разрядки, но я игнорирую ее, когда ступаю под струи, надеясь, что это смоет позывы вернуться.

Закончить то, что мы начали.

Алексей прав - он