Разрушение - Хлоя Уолш

— Прости. Котёл обзывает чайник чёрным, да?

— Нет, Хоуп, — наконец ответил он. — Я не изменял твоей матери. — Помолчав, добавил. — Я сделал кое-что хуже.

— Что?

— Это сложно.

— Я хочу знать. — Когда он не ответил, я добавила. — Пожалуйста, папа. Мне нужно знать.

— Позволь рассказать тебе историю, — наконец сказал он. — Про одного парня, которого я когда-то знал. Этот парень был загнан в угол, с кучей ответственности, с которой не знал, что делать. Он был сломанным, настоящим беспорядком. На плечах у него лежал весь мир и вина за плохие решения. Была одна девушка, — добавил он, запуская руку в волосы, — и этот парень был так отчаянно голоден до любви, что поверил, когда она сказала, что любит его. Он чувствовал влечение, но тогда он этого не понимал.

Я наблюдала, как папа поёжился, сидя напротив.

— Оказалось, она была совсем не той, за кого себя выдавала, — продолжал он. — И когда парень это понял, он сделал что-то, что будет преследовать его всю жизнь.

— Что? — спросила я.

— Они попали в аварию. Она была беременна, или он так думал, и потеряла всё в ту ночь. И он тоже. Потому что винил себя. Он не смог её защитить.

— Боже, — прошептала я.

— Она стала сломанной, и он чувствовал, что это его вина, — добавил папа. — Он взял её боль на себя и пообещал, что останется. Пообещал, что никогда не уйдёт. Но потом случилось кое-что. — Он улыбнулся почти благоговейно. — Появилась другая девушка. Она ворвалась в его жизнь, в его дом и перевернула всё. И эта новая девушка заставила его пересмотреть всю свою жизнь. Он не ожидал её, не хотел, чтобы она рушила всё, что он построил. — Его голос дрогнул, он тяжело выдохнул. — Но она осталась. И, сам того не замечая, она вернула его к жизни. Показала другой путь. Она стала для него как глоток свежего воздуха. Он хотел большего и брал это каждый раз, когда мог. Он чувствовал себя в ловушке, разрывался между тем, что правильно, и тем, что правильно для него.

— И что он сделал?

— Ничего, — прошептал папа. — И именно поэтому он разбил сердце той новой девушке, как разбил и первой.

— Что он сделал?

— Он оказался в такой глубине, что тонул, — ответил он. — Но потом он решил, с кем хочет утонуть. И он боролся сильнее, чем когда-либо. Конец.

— Конец? — Я нахмурилась. — Что за чёртово завершение такое?

— Настоящее. — Папа усмехнулся. — Ты у нас в семье рассказчица, Хоуп. А я просто человек, вспоминающий троих, которых когда-то знал.

— Что случилось с женщинами из этой истории?

Папа вздохнул.

— Первая оказалась там, где оказываются такие, как она.

— А вторая?

Он улыбнулся.

— Вторая сейчас наверху, Хоуп. Твоя мама.

— То есть ты выбрал маму?

— Не совсем, — ответил он. — Когда я открыл глаза, забыл про весь этот бред и осуждение, я понял: выбирать-то не из кого было.

— Знаешь, кажется, это первый раз в жизни, когда ты рассказываешь мне всё это.

— Я предпочитаю действия словам, — усмехнулся он. — Я стараюсь сделать её счастливой. Дал себе обещание много лет назад — никогда не перестану за неё бороться. Никогда не отпущу.

— Пап, думаю, ты уже в безопасности. Она вышла за тебя и родила тебе чуть ли не целый выводок.

— Никогда не воспринимай любимого человека как должное, Хоуп. Это понимаешь только тогда, когда стоишь на краю и почти теряешь свою опору. Если это настоящая любовь — будет больно и тяжело. Это постоянная борьба, тяжёлые решения, сомнения… и, если повезёт, моменты чистого, настоящего счастья. То, что правильно — и то, что правильно для тебя — это разные вещи. Запомни.

Наступила тишина, пока я переваривала всё, что только что услышала.

— Пап? — наконец сказала я.

— Да?

— Не дави на Кэмерона.

Брови папы взлетели.

— Кэма?

— Ага. — Я кивнула, вспоминая сегодняшний эпизод. — Я видела их вместе, и между ними… это что-то мощное. — Я пожала плечами. — Напоминает вас с мамой.

Папа нахмурился.

— Почему ты так думаешь?

— Она сломанная. А он — чертовски упрямо хочет её собрать, — тихо сказала я с улыбкой. — Он по уши в ней, пап. Если ты заставишь его выбирать, он уйдёт.

— А ты? — спросил он. — Ушла бы от семьи ради Лаки?

Моя первая реакция была сказать "нет", потому что я знала, что он этого хочет. Я хотела его порадовать. Но я остановилась. Я пыталась быть честной.

— Я бы не захотела… — сказала я осторожно. — Но если бы пришлось — да, ушла бы.

Папа долго смотрел на меня, прежде чем улыбнуться.

— Вот так и узнаешь, что сделал правильный выбор для себя.

— Пап? — сказала я после долгой паузы.

— Да?

— Мне нужно кое-что сделать. Сказать ему кое-что… плохое.

— Лаки?

Я кивнула и с трудом сглотнула ком в горле.

— И мне до чёртиков страшно, что будет потом.

Я больше не могла это от него скрывать.

Он должен был узнать о беременности.

Но мне было так страшно.

Я была в ужасе от того, что случится, когда я скажу ему, что не знаю, чей это ребенок — его или Джордана.

Поверит ли он мне, если я скажу, что сказала "нет"?

Подумать только, что он может не поверить мне — это было невыносимо.

— Что мне делать, пап? — прошептала я.

— Скажи ему, Хоуп. — Тяжело вздохнув, отец откинулся на спинку стула, его синие глаза не отрывались от моего лица. — Этот парень любит тебя. Что бы ни случилось, вы справитесь вместе.

— Ты уверен?

— Он крепкий парень, Ангел, — ответил папа. — Что бы это ни было, Лак справится.

Отец был прав: Хантер действительно был невероятно сильным.

И душой, и телом.

Проблема была лишь в одном — именно этого «справится» я и боялась больше всего.

ГЛАВА 51

Лаки

Она молчала всю дорогу домой от родителей.

Сначала я списал это на весь тот