Эра скорпиона. Том 3 - Егор Серебрянский

Девушка была настолько растеряна, что не к месту решила блеснуть и своими знаниями истории:

— Земли они получили действительно обширные, но Вильгельм Росс осел на Рубеже, а Доминик Черси — в Приморье, то есть не в самых безопасных местах, а на границе, где были нужны самые преданные…

— Разве это сейчас важно? — усмехнулся Кейвар, перебивая ее. — Ты послушай самую суть. Они знали, что население не поддержит переворот — народ обожал доброго и милосердного Кедара Девятнадцатого, да и любой образованный человек помнил, что Скорпы наше государство и основали. И тогда предатели задумали страшное дело, которое изменило бы все: это они убили крестьянок, привезли их тела во дворец, подкупили лжесвидетеля и выставили своего повелителя жестоким убийцей. Началось восстание, в ходе которого были уничтожены все Скорпы, включая невинных детей. Я понимаю, как это звучит, но правда еще страшнее — и, к сожалению, мне придется показать тебе все доказательства этого грандиозного заговора. Человек, которого в учебниках сейчас называют Кровавым Скорпионом, на самом деле был виновен лишь в одном — он слишком верил в порядочность и верность. Узурпаторы не знали, что юная королева была уже беременна, поэтому ей удалось сбежать в Сольдо и родить здорового сына. Она была моей прабабушкой — и из ее дневников мы узнали правду. Кедар не был жесток — наоборот, иногда излишне мягкотел, а к ней относился как к богине. И по чистой случайности ей было достоверно известно, что трупов в подвале дворца за день до обыска еще не было.

С лица Мины ушла последняя краска, она пьяно покачнулась и осела на землю. Встревоженный Кейвар присел рядом с ней и обеспокоенно спросил:

— Ты в порядке? Понимаю, что новости слишком шокирующие, но ты слишком остро все воспринимаешь.

Она вяло оттолкнула его руку и зажмурилась. Сидела так несколько минут, покачиваясь, а потом открыла глаза и спросила:

— Если все это правда, то почему вы молчали?

— А мы и не молчали, — напомнил Кейвар. — Сразу же Сольдо, Эртон и еще несколько стран выразили протест, но Армунды слишком сильны — они могли заткнуть рот любому. Война архипелага против Летеи была обречена на провал, и не важно, на чьей стороне справедливость. Нам пришлось несколько поколений внедрять своих людей, развивать шпионскую сеть и готовиться. И вот этот день настал — человек, которого ты называешь братом, на самом деле единственный законный король Скорпа-Летеи.

Девушка снова зажмурилась. Но еще через пару минут без помощи поднялась на ноги, потрясла головой, будто приводя мысли в порядок, и заговорила уже твердо — она все-таки молодец, обладательница стального характера, все усилия Кейвара по ее обучению даром не прошли. Она лишь уточняла детали:

— Ты станешь королем, когда сместишь с престола Армундов?

— Не смещу, а верну то, что мне причитается, — поправил Кейвар. — Они и так слишком долго благоденствовали на чужой боли. Ну а ты, назвавшаяся моей сестрой, встанешь по правую руку от меня: титул, богатства, власть — все, что захочешь, уже твое. Согласишься, например, быть герцогиней?

— Кем?! — на нее накатила новая волна удивления.

Кейвар широко улыбнулся — еще бы, сиротка, которая едва не погибла на улице от голода, о подобных изменениях даже не мечтала.

— Ну а что ты думала? — подбодрил он ее. — Сестренка, ты еще не осознала, кто я такой и что могу тебе дать? Выбирай любые земли — и они будут твоими. Только желательно не Рубеж — слишком далеко и опасно. Эртон остановится после моей коронации, но до того устроит там резню. Армада со стороны Сольдо тоже уже готова к наступлению — и герцогству Черси не поздоровится. Еще немного потрясений, и наконец-то воцарится справедливый мир.

Мина медлительно произнесла:

— Герцогиней я быть не откажусь, пожалуй, но все это разрывает мне разум… Так, подожди минутку, дай мне собраться. Армунды будут убиты за то, что сделали их предки? А как же Ири и Рист? Ведь ты знаком с ними — они чрезвычайно порядочные люди! Может, есть другой путь?

Она все так же добра — пытается спасти каждого. Однако Кейвар знал, что в данном случае лучше не врать:

— Другого пути нет, моя дорогая, иначе переходный этап никогда не закончится. И не обманывайся на их счет — Армунды превосходно умеют производить о себе впечатление. Но ты и сама все знаешь: что случилось с тобой, что случилось с Лодой, что творит министерство ресурсов — это все происходит при их правлении, но они не вмешиваются. Армунды умеют только изображать сострадание, но на простых людей им плевать.

Мина нахмурилась и покачала головой, словно желала возразить, но аргументов не нашлось. Вид у нее был болезненный, поэтому Кейвар переключился, раз основное уже сказано и можно пока оставить девушку в покое:

— Ты неважно выглядишь, сестренка. Кажется, ты вот-вот возьмешь четвертый ранг, поэтому тебе так плохо.

— Поэтому, — подтвердила она. — Потом обсудим подробности. А пока у меня только один вопрос. Кей, почему…

— Кейвар, — представился он очень запоздало. — Кейвар Скорп, моя хорошая.

Она вздрогнула, но назвала теперь верное имя:

— Кейвар, почему ты так сильно меня любишь? Ты законный наследник, талантливый воин, носитель традиций своей почти полностью истребленной семьи, а я никто, обуза.

Молодой человек очень удивился, что весь ее интерес заострился на такой ничтожной мелочи.

— Ты моя сестра, — твердо произнес он, но Мина в ответ почему-то еще сильнее свела брови, словно ей сказанного не было достаточно. Однако этот вопрос точно не требовал усилий, чтобы мучить девушку еще дальше, поэтому Кейвар поторопил: — Идем, тебе нужно в постель. И прошу — пока ничего не сообщай нашим. Разумеется, никого из них я не брошу, но сейчас суета будет лишней.

— А остальные шахтеры? — уже по пути совсем вяло спросила она. — Что будет с ними?

— В ближайшее время начнется паника — надеюсь, они ее переживут. А сама идея делать из преступников шахтеров мне нравится, это выгодно с любой стороны. После коронации прижму министерство ресурсов — то, что от нынешнего министерства останется, и тогда посмотрим, кто кого. Я не Армунд, у меня все по струнке ходить будут — начиная с министров и заканчивая самими шахтерами.

Мина покосилась на его профиль, но продолжать разговор не стала — вымоталась. Все