Любовь на кафедре - Дженнифер Смит

Он надеялся, что она не будет против.

Глава 15

Влюбленность (сущ.) влюб-лен-ность

1. Состояние психики, являющееся результатом романтического влечения; характеризуется эйфорией и стремлением к взаимности чувств.

Лила

Ранним утром Рис проснулся, и у них был теплый, медленный и сонный секс; потом все повторилось в девять часов утра. Он никак не мог насытиться, и Лиле это нравилось.

Секс с Джейсоном был коротким, бездушным и всегда одинаковым. Что, впрочем, было неудивительно, ведь всю свою страсть он, должно быть, отдавал Леанне, а может, и другим женщинам, о которых Лила не подозревала. Но теперь ей было плевать.

Рядом с Рисом она чувствовала себя желанной, красивой и нужной — а после ночи горячего секса ей хотелось чувствовать себя именно так. Она по-прежнему убеждала себя, что это всего лишь секс. Если это что-то большее, ее сердце просто не выдержит. Они с Рисом друзья. Друзья, которые занялись сексом, только и всего.

— Лила, хочешь поехать куда-нибудь позавтракать? — Рис поцеловал ямочку между ее ключиц.

— Конечно, а куда ты хочешь? — Она рассеянно запустила пальцы ему в волосы.

— А ты?

— Хм. — Она поморщила нос. — Не знаю. А у тебя есть что-то на примете?

— Есть один ресторанчик с потрясающими бранчами в Кардигане, но это в Западном Уэльсе, примерно в четырех с половиной часах езды отсюда. Боюсь, далековато. — Он многозначительно на нее посмотрел. — Так что выбирай ты.

На самом деле на другом конце города было милое кафе во французском стиле с вкуснейшими пирожными и самым сладким в мире горячим шоколадом. Всякий раз оказываясь там, Лила чувствовала себя Одри Хепберн. Но Джейсон считал такие места слишком слащавыми, Джасмит нашла бы это кафе безвкусным и старомодным, а Мэдди не поместилась бы там с большой коляской. Обычно Лила ходила туда одна, но не могла делать это слишком часто, иначе персонал начал бы жалеть ее и угощать макарунами.

Она знала, что Рису там совсем не понравится. Там было слишком много всяких финтифлюшек, цвета и ярких деталей, а маленькие столики стояли слишком близко друг к другу.

— Поехали туда, — решительно произнес он.

— Но я ничего не сказала.

— Ты думаешь о каком-то месте.

И когда он научился видеть ее насквозь? Она действительно думала о булке с шоколадом и миндальном круассане. Возможно, еще о сладком малиновом пироге для полного счастья.

— Нет-нет, необязательно, — ответила она. — Тебе там не понравится.

— Откуда ты знаешь? Может, понравится, а может, нет. — Рис приподнял бровь. — Зато точно понравится тебе.

Сердце Лилы запело; она поцеловала его в щеку и откинула одеяло.

— Не возражаешь, если я приму душ?

— Конечно, сколько угодно, — ответила она. — Чистые полотенца в комоде.

Он вышел из спальни, а она залюбовалась его мускулистыми ягодицами. Он обернулся и подмигнул ей через плечо. В прошлый раз, когда он случайно у нее заночевал, он вел себя совсем иначе. Стеснялся, неуклюже прятал свое тело. Сейчас же будто кто-то повернул переключатель: как только они прошли все положенные стадии — сходили на свидание, подержались за руки, попрощались на пороге и занимались сексом всю ночь, — он расслабился, успокоился и стал необыкновенно сексуальным. Такой Рис ей нравился. Даже очень.

Она продолжала уверять себя, что не хочет отношений, но все же ей хотелось просыпаться рядом с кем-то, ходить на французские завтраки и выступления Сьюзи Дент. Ей нравилось чувство легкого возбуждения, которое она испытывала, получая от него сообщение. Она любила болтать с ним о всякой ерунде и радовалась, что он с удовольствием ее слушал. Ей было интересно узнавать о Генрихе II и учить валлийские слова.

А еще Лиле нравилось заботиться о людях, а Рис нуждался в заботе, ведь под его колючками скрывалась мягкая сердцевина.

Так ли плохо, если у них с Рисом что-то сложится? Может, и не плохо. Может, она именно этого хотела, именно в этом нуждалась. Но она сама не знала, хочет ли отношений, и уж точно не собиралась заводить этот разговор сейчас, ведь это было бы очень неловко. Что она будет делать, если он скажет: «Ах, прости, я предложил позавтракать в качестве благодарности за отличный секс, до свидания, увидимся на работе»? А потом ей придется видеться с ним на работе, зная, что он отказал ей после умопомрачительного секса.

Нет-нет-нет, она не станет даже заводить разговор об отношениях. А если он сам об этом заговорит, отшутится и небрежно ответит: «Да-да, конечно, секс на одну ночь — все, что мне нужно, на большее я и не рассчитывала. До встречи на работе, дружок!»

Но при мысли об этом она погрустнела. Нет, она определенно не хотела секса на одну ночь, не хотела, чтобы они оставались просто друзьями и встречались только на работе. Она хотела продолжения этой ночи, и в Рисе ее интересовали не только пенис и язык.

Кажется, она всерьез влипла и влюбилась в этого чудесного парня, которому были небезразличны ее мысли и желания.

Кажется, она хотела, чтобы Рис стал ее парнем. По-настоящему.

И что теперь делать?

Рис

Кофе оказался не так уж плох, как и круассан без добавок, который он заказал, но стулья пастельных оттенков были жутко неудобными, а на маленьком круглом столике едва уместилась чашка кофе, две тарелки с пирожными, чашка и чайник Лилы (естественно, она заказала целый чайник чая). Но Лила была необыкновенно хороша в обтягивающем платье с узором из фламинго, а ее розовые губы слегка припухли… Он чувствовал, что ему страшно повезло сидеть с ней рядом.

А она, кажется, была вне себя от счастья, что они пришли в это тесное кафе, где за обычную бутилированную воду драли втридорога.

— Это мое самое любимое место в мире! И эта булка с шоколадом — просто рай. — Она уронила крошки.

Рис потянулся и взял ее за руку.

Она взглянула на их сплетенные пальцы и нахмурилась. Смутилась, что ли? Не хотела, чтобы посторонние знали, что они встречаются? А они встречались? Обычно этот разговор происходил примерно после пятого свидания, но с Лилой все было вверх тормашками — так, может, стоило поговорить об этом сейчас? Когда они договорились, что она сыграет роль его девушки, она сказала, что поклялась не заводить отношений с мужчинами. Может, эта клятва еще в силе? А вдруг он очаровал ее настолько, что она все-таки решила сделать для него исключение? Вдруг сумел доказать, что она ему небезразлична?

Он надеялся, что это так.

И ему совсем не хотелось домой.

— Лила, — сказал он, убрал руку и промокнул рот салфеткой.