Эпоха безумного короля - Анастасия Райнер

Изабель перевела взгляд на куклу. То, что принцесса все еще с ней таскалась, никак не вязалось с ее рассказом, ведь, должно быть, Присцилла давно переросла подобные забавы. Значит, в этом крылось нечто большее, чем простая детская игра. Изабель решила аккуратно выудить правду и потому заговорила вновь:

– У вас очень красивая кукла.

– Благодарю. Это мне верховный протектор подарил. – Присцилла с нежностью пригладила кукле волосы. – Когда я вырасту, он станет моим мужем.

Услышанное вызвало у Изабель противоречивые эмоции. С одной стороны, такое признание показалось абсурдным, даже немного пугающим, но с другой – чуть не рассмешило.

– Разве вас, принцесса, не пугает его жуткая маска?

– Она вовсе не жуткая, – девочка хохотнула и залилась густым румянцем, – она красивая. И Кайрон Гесс очень красивый, а я стану самой красивой обращенной невестой. Кстати, вы знали, что имя Присцилла означает «древняя»?

Изабель помотала головой.

– Ну, теперь знаете. Стать бессмертной – моя судьба. Равно как и стать женой верховного протектора.

Улыбка Изабель потускнела. Рассуждения этой девочки и впрямь были не слишком обычными для ребенка, не слишком нормальными. Это настораживало.

– Король обещал вам этот союз?

– Папуля любит меня больше всех и сделает так, как я захочу.

Теперь Изабель видела в ней уже не милого ребенка, а хитрого манипулятора. Присцилла была и правда умнее остальных детей. Дочь своего отца… Вполне возможно, что девочка столь же неуравновешенна и опасна.

– А если у Кайрона Гесса уже есть избранница? – очередной вопрос Изабель прозвучал еще более осторожно и мягко.

– Любую помеху можно устранить, – ответила Присцилла и, заглянув в глаза собеседницы, лучезарно улыбнулась: – Так говорит папуля.

Изабель заставила себя улыбнуться в ответ.

– Теперь у нас с вами, мисс Марион, есть общий секрет. Пообещайте, что никому-никому его не расскажете!

– Обещаю, Присцилла.

– Поклянитесь на мизинчиках!

Сцепив пальцы, Изабель поклялась, однако ощущение было такое, словно ее только что загнали в угол. Ведь она не просила делиться секретами. Присцилла намеренно сделала это, вот только для чего?

– Многие боятся протектора, – продолжила та, возвращаясь к кукле, – а вот я знаю, какой он на самом деле хороший.

– Знаете?

– Угу.

– Это потому, что он вам куклу подарил?

– Нет, не поэтому. Но было очень много всяких моментов… Например, когда папуля настаивал на том, чтобы пытать каких-то девушек, которые забыли нечто важное, – Присцилла напряглась, вспоминая детали, – кажется, им гипнозом стерли память… И чтобы сломать такой вот барьер, нужно заставлять забывших людей испытывать шок, боль и все такое.

– Да-да, я слышала об этом. – Изабель кивнула, внимая каждому слову. – И что же протектор?

– Он наотрез отказался пытать этих девушек. Говорил, что они сойдут с ума и тогда уже никакого проку с них не взять. Но я-то знаю, что на самом деле в нем говорило сострадание. По правде говоря, папуле еще никто так не перечил. Папуля угрожал, а потом выставил протектору жесткие сроки. Я тогда очень боялась за моего избранника, но в конечном итоге все обошлось. Вот какой он добрый, этот Кайрон Гесс.

– Спасибо, что поделились, принцесса. Может быть, теперь я тоже буду чуть меньше его бояться.

– Может быть! – рассмеялась Присцилла. – А теперь у меня будет одна малюсенькая просьба. У большого пруда, там, где плавают лодки, сегодня запускают огромный воздушный шар, но туда не пускают без сопровождения взрослых. Пожалуйста, мисс Марион, прокатитесь со мной!

И девочка, отложив куклу, схватила Изабель за руку и сжала ее ладонь настолько крепко, что даже причинила легкую боль. Голубые глаза Присциллы, широко распахнутые, взирали с надеждой. Только сейчас Изабель обнаружила одно-единственное крошечное сходство с королем. И состояло оно в безумии этого взгляда.

Глава 39

В поисках истины

Марион тихо зашла в свои покои, закрыла дверь, привалилась к ней спиной и тихонько заплакала.

– Наконец-то ты вернулась! – раздалось во тьме. – Я так волновалась!

Марион отпрянула от двери, быстро вытерла щеки и натянуто улыбнулась. Она никак не ожидала встретить подругу в столь поздний час в собственной спальне.

– Изабель? Ты почему не спишь?

– Разве я могла уснуть, когда решается твоя судьба? Но если ты устала и хочешь спать, я, конечно, уйду к себе.

– Нет. Останься, пожалуйста.

Не зная, с чего начать, некоторое время обе молчали. Без лишних просьб Изабель помогла подруге расшнуровать корсет и освободиться от платья, а после начала разбирать сложную прическу. Марион же глядела невидящим взором в зеркало.

«Марион была бы очень красивой невестой, будь она счастлива», – подумала Изабель. В горле стоял ком. Она мысленно перебрала несколько фраз, чтобы продолжить общение, но каждая содержала скрытую обреченность.

– Я задержалась на примерке платья. – Марион первая нарушила тишину. – Оказывается, его уже сшили… Сшили без меня. А теперь подгоняют по фигуре.

– Оно красивое?

– Да. Очень.

Снова тишина. Тяжелая, гнетущая.

Изабель взяла с туалетного столика гребень и принялась осторожно расчесывать длинные волосы Марион. Ей хотелось проявить заботу хотя бы таким способом.

– Ты все еще не обязана это делать, – вымолвила она и сжала гребень так сильно, что пальцы побелели.

Во взгляде Марион снова вспыхнула решимость.

– Послушай, Изабель: я не сверну. Даже не проси. И пожалуйста, давай уже закроем эту тему. Если бы ты знала, как я благодарна тебе и твоему отцу! За возможность работать и жить в вашем особняке, за доброе отношение и щедрое жалованье. О таких условиях мечтает каждая камеристка, но удача благоволила именно мне! Мы с тобой подружились с самого первого дня, и с тех пор ты ни разу меня ничем не обидела.

– Просто ты хорошо выполняла свою работу и…

– Нет, Изабель, – Марион помотала головой. – Я ведь помню все свои ошибки. Их было достаточно для того, чтобы уволить меня, но ты ни об одной не донесла отцу. Ты делала вид, что не замечаешь этих ошибок. Хвалила даже тогда, когда не следовало. Я никогда не забуду твоей доброты. Ты стала для меня тем человеком, которому можно доверять. На которого можно полагаться даже в самые непростые времена. Ты стала настоящей подругой, которая всегда поддержит, поймет и примет. И я мечтаю отплатить тебе тем же.

Этот разговор походил на долгое прощание.

– Марион, я ведь не прошу с тебя оплаты. Вижу, как тебе страшно и тяжело… Как плачешь, когда думаешь, что никто не видит.

– Меня пугает не предстоящая свадьба. – Марион смахнула еще несколько