Племянница из провинции - Дина Зарубина

Есть пока не хочется, пить тоже. Значит надо думать, куда двигаться, пока силы есть. Или ждать рассвета прямо тут? Нет, если буду сидеть, замерзну насмерть. Ни одеяла, ни костра, буду греться движением. Вот палку еще выломаю, чтоб паутину отодвигать и кусты шевелить. Вот и вторая радость: в плотном платье меня никакая летающая пакость не прокусит, любой комар хобот обломает!

Я бодро направилась по едва видимой тропке, стараясь не думать, кто ее протоптал. Становилось все светлее. Буквально через сотню шагов я остановилась. Собственно, дальше можно было не идти, и прекращать бояться. Крепость Луангва светилась в пламени, окружающем ее по периметру.

Все правильно, Дженни! Принц же рванул сюда, а меня Эллибет толкнула, когда портал уже схлопывался, вот меня и отнесло чуть дальше. Хорошо, что целиком, а то остались бы ножки во дворце, а голова сюда прилетела.

Прорыв заключался в лавине тварей, лезущих на стены. Думаю, сейчас стучаться бесполезно, калиточку никто не откроет, все за стенах. Мне и на пригорочке неплохо.

На башне появился Даэнир. Я не могла рассмотреть черты лица, но уверена была, что это он. Ну, а кто еще полезет на верхушку башни?

А потом бахнуло так, что у меня в глазах помутилось, и я свалилась на моховую подушку, зажимая уши и поскуливая. Предупреждать надо!

Пришла в себя, когда занимался серенький рассвет. Вместо огня вокруг стен клубился тяжелый смрад, завивающийся неровными спиралями. Стояла мертвая тишина. Ни птичьих трелей, ни шуршания грызунов, ни шелеста листвы. Или это я оглохла? Вот не было печали!

Коснулась подбородка и пальцы окрасились красным. Да у меня кровь из носа идет! Черное колдовство всегда вредит людям, даже если и кажется, что помогает и иного пути нет. Последствия всегда будут намного хуже. Так говорила матушка-настоятельница нашего монастыря, и я с ней была полностью согласна.

Хм. А если меня посчитают мертвой? Если мне не идти в крепость? Пропала и все. Портал уже схлопывался, я вполне могла не выжить. Принца признают вдовцом, он женится на своей катабской змеище, а я буду совершенно свободна. Несколько минут наслаждалась ощущением полного счастья.

А мое поместье? Я чуть не взвыла. Оно же отойдет Сандлерам и они его тут же продадут! Или отпишут Кристинке в приданое, и продаст уже ее муж. У них же Тотоша есть! Мальчику необходим дом, чтоб было куда жену привести, часто говорил тетка. Оттавио в моем доме?!? Ар-р-р! А мои графские доходы? А мои планы? Учеба? Нет. Я так не согласна. Свобода – это прекрасно, но не свобода от моих денег и планов.

Ну, уж нет, ваше черномагическое высочество! Платите по счетам! Это ваша гостья меня чуть не угробила! Покушение на члена королевской семьи! Никому неизвестную девчонку можно было поймать, убить и труп даже не особо спрятать. Много их тут находят по оврагам и рощицам. С принцессой так не выйдет! Я тоже теперь принцесса по мужу! Все равны перед законом, а принцессы всех равнее! И если надо ради справедливости переспать с Даэниром, закрою глаза и потерплю. Он меня точно не убьет и не покалечит, он же обязался защищать, заботиться, оберегать и любить! По доверенности, но ведь обещал!

Я угрожающе взмахнула кривоватой палкой и заковыляла к крепости.

***

– Что вы стоите, как истуканы! Принцесса последовала за мужем, а портал уже закрывался! Я не успела ее удержать! Я просто не поняла, что у нее возникло такое намерение, иначе бы я встала ближе, и не дала сделать опрометчивый шаг!

Крики Эллибет разносились далеко по саду. Скоро там стало тесно от придворных.

– Какая любовь! – кто-то из придворных дам промокнул платочком слезинку из накрашенного глаза.

– Эллибет, дорогая, не стоит винить себя, – Ульрика ласково погладила принцессу по спине. – Кто же знал, что Эухения так безумно любит мужа?

Ламберт закатил глаза, пользуясь темнотой. Его жена так добра, что не замечает, как ее добротой прикрывают преступление!

Он собственными глазами видел, как Эллибет толкнула Дженни, но кто теперь ему поверит? Тут весь двор очевидцев, уверенных, что принцесса пыталась удержать Эухению.

Дон Меер появился и попросил очистить сад. Все расходились, обсуждая событие. Подумать только, кинуться в портал за мужем!

– Говорят, она неодаренная и совсем не чувствует магии, поэтому принц и выбрал ее…

– Ах, такая юная, такая глупенькая!

– Молодости свойственны заблуждения, не будьте столь строги!

– А правда ли, что разброс внутри портала может составлять до двух километров?

– Да там же сплошные болота и Чародейный лес! Вряд ли девушка выжила!

Эллибет милостиво позволяла себя утешать и принимала знаки сочувствия, как подлинная страдающая королева. Болота? Прекрасно! Лес с хищными тварями, куда охотники ходят только группами и никогда по одиночке? Еще лучше! Что сделает девчонка, встретив восьмилапа? Да завизжит и в обморок хлопнется! Приятного аппетита паучку!

Наконец-то удача на ее стороне. Боги помогаю тем, кто не опускает руки и сам прикладывает усилия по достижению цели. Теперь, когда принц появится в столице, все разведут руками, а ее и вовсе начнут считать героиней, она же пыталась! Спасти принцессу! Ах, как романтично! Единственная, кто оказался рядом!

Какой сюжет для пьесы! Влюбленная в героя принцесса спасает дурнушку, в которую влюблен герой! Как это возвышенно и благородно! Но спасение не удается, и герои плачут в уголке… нет, на берегу моря… нет, в прекрасной беседке, увитой розами, они размазывают слезы и сопли по одежде друг друга, и оказывается, что герой был просто слепым, не замечая, как изящна и элегантна настоящая героиня, а не ничтожество, которое он полюбил… Да, и та другая, привязала его к себе черным колдовством, непременно!

Это будет комический персонаж, она будет груба, неотесана, сыпать грубой, простой речью, вытирать нос рукавом и косолапить, все симпатии будут на стороне благородной принцессы.

Розовые губы принцессы сложились в злорадную усмешку. Тут, в Кэллавейне, обожают театр и непристойные игрища, она завтра же закажет пьесу с этим сюжетом. Так она уничтожит наглую тварь еще раз и уже навсегда. Принцесса Эухения станет нарицательным персонажем и героиней анекдотов.

***

32

Возле крепости царила деловая суета. Солдаты с хеканьем рубили и сжигали останки тварей, расчищали дорогу, бригада каменщиков уже вовсю восстанавливала пострадавшую кладку, повиснув на люльках, спущенных