Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

желании избавить этот мир от этого придурка. Следующим был Александр. Его Амелия подписала как «Идеальный наследник, при возможности возвести на престол». И ничего более. Из новеллы я знала лишь, что он был потом регентом при Уильяме, сыне Ричарда и Элизы, но о его личности и амбициях самому быть на троне не было совсем никаких упоминаний, лишь о мудрой внутренней и внешней политике да серьёзным отношением к воспитанию наследника.

Костяк плана был сформирован окончательно. В первую очередь, я запрошу аудиенции у королевы-матери через отца, официально и без утайки. Не была совсем уверена, что она меня на все сто процентов поддержит в желании разорвать помолвку, однако вероятность подобного не сводилась к нулю. Следом с её помощью тут же, находясь во дворце, запросить аудиенцию у короля и рассказать о желании прекратить какие-либо отношения с Ричардом. А после будем плясать от того, что скажет его величество.

Сейчас же я наскоро переоделась в простое светло-коричневое платье с длинными рукавами, без украшений и изяществ, из обычного льна. Одевалось оно без корсета, лишь пришитые к боковым швам по двум сторонам длинные пояса, который завязывали, сначала перехватив сзади, затем спереди. Подобные наряды мне нравились больше громоздких и неудобных дворянских платьев, требующих настоящие орудия пыток, а не нижнее бельё. Вынув ленту из косы, я спрятала подаренную одежду вместе с ней поглубже в шкаф, никто не должен это видеть. Майкл сохранит мою тайну, а остальным пока не нужно знать о таком неоднозначном подарке.

Лестница противно заскрипела под шагами снова, но на этот раз я не скрывалась от домашних и спокойно спустилась по ней на первый этаж. Проходя мимо дверей гостиной, я заметила отца, сидящего на уже старом и немного замызганном кресле. Его пытались чистить, но всё без толку. Эх, вот был бы моющий пылесос… Ух, вся мебель бы тут от чистоты белела бы!

— Не слышал, как ты вернулась, Амелия, — окликнул меня отец. — Как встреча с принцем?

Нынешний граф Хайфилд, Артур, был уже порядком уставшим, но сохранивший чудом стать человек. На удивление, Майкл был его почти полной копией в молодости. Сейчас же отец Амелии был порядком уставший и не по возрасту постаревший человек. Морщины, усталость и ужасная тень груза легла на его плечи, склонив его, но не сломив.

— Продуктивно, — уклончиво ответила я, улыбнувшись и зайдя в комнату, негоже на пороге оставаться.

— Ничего не произошло? — строго спросил он, словно что-то знал или догадывался.

— Нет, отец.

Пожелтевшие от времени и солнца стены и потолок просили уже давно ремонта и перекраски, старый, немного рассохшийся пол скрипел от каждого движения и даже сам по себе. Диван и несколько кресел требовали новой обшивки и ремонта, но никто этим не будут заниматься. Всё ещё роскошный рояль, напоминающий, как и всё остальное, о богатстве дома, издавал поистине противные звуки своим расстроенным нутром. Сара пыталась играть красиво, наполняя дом прекрасными мелодиями, но выходило это плохо. Единственное, что в этой комнате было прекрасно — это большие светлые окна, выходящие в фруктовый сад. На противоположной от входа стене располагалась французская стеклянная дверь, через которую можно было сразу выйти из комнаты на улицу, на променад или для сбора урожая. Поистине этот дом строили для удобства, неспешного времяпрепровождения, уютных чаепитий и скромных приёмов.

— Отец… — обратилась я к нему. — Прошу Вас запросить для меня аудиенцию у королевы-матери.

— Зачем тебе это, дочь моя? — отец обеспокоенно взглянул на меня, поглаживая уже начавшие седеть усы. — У тебя какие-то дела к Её величеству?

— Да, отец. И, боюсь, не терпят отлагательств.

— Что ж… Надеюсь, ты не зря потревожишь её покой. После обеда отошлю письмо, попрошу принять тебя как можно скорее.

— Благодарю, отец, — с лёгкой улыбкой произнесла я.

Первый пункт плана пошёл пока успешно, меня не стали отговаривать или запрещать посещать Августину, что уже хорошо. Оставалось искренне надеяться, что и она меня не разочарует. Или я её.

Глава 3

Ответ от двора королевы-матери пришёл уже к вечеру, и незадолго до полудня следующего дня я уже стояла в приёмной гостиной августейшей особы. В комнате было тихо настолько, что слышался лишь чей-то смех где-то снаружи, под окнами. Мне по этикету (что б его за ногу!) не надлежало даже сесть без приглашения королевы, поэтому приходилось лишь стоять и рассматривать окружение. Комната как комната, таких во дворце полно. Богато украшена фресками, золотом и дорогими тканями. Два изящных белых дивана, низкий кофейный столик из светлого дерева меж ними. И повсюду в высоких и не очень вазах стояли и благоухали различные свежие цветы.

Королева-мать, на благо, не заставила себя долго ждать. Отворилась дверь, и она показалась в проёме. Женщина она была немолодая, уже далеко за семьдесят, но всё ещё ухитрившаяся сохранить поразительно ровную осанку, горделивый взгляд и точечную фигуру. Облачённая в простое, без украшений светло-зелёное платье корсетного типа с непышной юбкой и без сильных утягиваний в районе талии, королева-мать казалась простой суховатой старушкой-аристократкой, каких было много. Но её выверенная до последнего локона причёска и аккуратный, неяркий макияж говорили о высоком статусе.

Я присела в низком реверансе, какой ещё сутки назад отписала императору: почти сев на свои пятки, левая рука придерживает ткань на платье, правая у груди, голова наклонена. Из раза в раз приходилось себе напоминать о том, как это делать правильно. По привычке я хотела просто кланяться или просто пожимать руки.

— Встань, дитя моё, — прозвучал сипловатый, но твёрдый голос Августины.

— Благодарю, Ваше Величество, за то, что приняли меня столь скоро, — я послушно поднялась, вежливо улыбаясь ей.

Августина по сути «выковала» из Амелии идеальную будущую королеву, руководя её обучением. В воспоминаниях Амелии остались эпизоды о том, как она раз в месяц проверяла освоенное. И в дневнике писалось, что Августина была непреклонна, заставляла не просто заучивать, но и размышлять, анализировать, думать над её вопросами и искать ответы. И это всё помимо уроков этикета и танцев. Но из-за некоторых обстоятельств пришлось прекратить общение. Хотя Амелия и писала, что желает его возобновить. Что ж… Теперь за неё это сделаю я.

— Что ты хочешь, дитя? — женщина