Связанные сердца - Джей Роуз

— Видите ли, у нас небольшая проблема.

— Что за проблема? — огрызается она в ответ.

Хантер наблюдает за ней через стол.

— Ваш бывший муж оспаривает вашу версию событий, связанных с исчезновением Харлоу.

— Он лжец! Я предупреждала тебя.

Трудно решить, кто говорит правду в этой выгребной яме сложной семейной динамики и лжи. Наши беседы с Оливером Кенсингтоном были, мягко говоря, очень интересными.

Мы нанесли ему визит в реабилитационном центре, чтобы предостеречь от повторного вторжения в нашу собственность, и он запел, как гребаная певчая птичка, когда ему дали возможность прокомментировать.

Он исказил версию событий Джианы, оспаривая все, что, как нам казалось, мы знали. Все, что Джиана предложила нам сейчас, должно быть переоценено и разорвано на части.

— Оливер настаивает на том, что Харлоу должна быть защищена от тебя, — продолжает Хантер. — Он утверждает, что вы организовали ее исчезновение, прежде чем устроить его собственное заключение.

После того, как бомба была сброшена, Джиана приобрела ярко-фиолетовый оттенок под своими идеально завитыми волосами. Она смотрит на камеру, записывающую интервью, ругая нас обоих одними глазами.

— Теперь ты видишь, какое он чудовище? Тебе не следовало его слушать. Он полон дерьма.

— Оливер все еще отец Харлоу, — защищает Хантер.

— Кому понадобилось выдумывать такую извращенную ложь? Именно поэтому я хотела, чтобы Летти держалась от него подальше.

— Потому что она не хотела, чтобы он рассказывал Харлоу то, чего она не помнит, — вставляет Тео, сидящий рядом со мной.

— Ты думаешь, Оливер говорит правду? Интересно.

— Что Джиана была жестокой ведьмой, ненавидевшей собственную семью? Это правдоподобно. Может быть, она хотела, чтобы они оба ушли.

— Мы не знаем этого наверняка.

— Пока нет, — соглашается он. — Но что-то здесь не так.

— Что произошло в тот день, когда похитили Харлоу? — Хантер переадресовывает, возвращая наше внимание к интервью.

— Мы это уже обсуждали! — Джиана протестует.

— Я хочу услышать это снова.

Она недовольно качает головой.

— У меня были срочные дела на работе. Летти сказали оставаться в школе, пока я не приеду за ней. Вместо этого она решила пойти домой одна.

— Оливер утверждает, что она никогда бы не покинула территорию школы по собственной воле. Ты сказала, что она решила не подчиниться твоим инструкциям, что привело к ее похищению.

— Я не хочу ее винить; она была ребенком. — Взгляд Джианы обегает комнату для допросов. — Но Летти была известна как непокорная и... трудная. Она очень похожа на своего отца.

— На этой неделе мы подробно брали показания у Оливера, — продолжает Хантер. — Он также отвергает твои обвинения в домашнем насилии и утверждает, что это ты была жестока по отношению к нему и вашей дочери. Насилие, как психическое, так и физическое.

— Этот сукин сын. Я не могу в это поверить. Ты знаешь, что это все из-за наркотиков, не так ли? Он неуравновешенный наркоман.

— Мы знаем, что у него были проблемы с наркотиками в течение многих лет. Оливер говорит, что это усугубилось из-за жестокого домашнего насилия, которому он подвергся.

— Это чепуха!

— Это было довольно удобно, когда его арестовали, не так ли?

Джиана что-то бормочет.

— Что, прости?

— Властям с ложечки скормили все доказательства, необходимые для его осуждения. У тебя был полный доступ к судебному решению. Это куча денег. Все твои.

Стул со скрипом отодвигается, она вскакивает на ноги.

— Я не обязана сидеть здесь и слушать это.

— Сядь обратно, Джиана.

— Нет, я так не думаю. Если у тебя возникнут какие-либо дополнительные вопросы, пожалуйста, направь их моему юристу.

— Уже работаешь с юристом? — Хантер хихикает.

— Мне не нравится это злобное покушение на репутацию, — шипит она на него. — Я не имею никакого отношения к исчезновению Летти. Я потеряла свою дочь. Всю мою жизнь.

— Но ты все равно пыталась заставить замолчать своего бывшего мужа. — Хантер складывает свои бумаги и встает. — Если ты невиновна, вопрос в том, почему. Что у него на тебя есть?

Она обвиняюще тычет пальцем ему в лицо.

— Скажите моей дочери, что я хочу поговорить с ней немедленно. Я не позволю этому животному настроить ее против меня этой ложью.

— Харлоу сейчас ни с кем не хочет разговаривать. — Хантер расправляет плечи. — Я предлагаю тебе хорошенько подумать над тем, что ты скажешь дальше. Все, чего я хочу, — это правды.

Черт возьми. Напряжение практически просачивается сквозь экран. Я почти злюсь из-за мягкой вибрации своего телефона, восхищенный драмой. Выуживая его из кармана, я нажимаю на значок под именем Хадсона.

— Да?

— Мы только что добрались до штаба, — выбегает он. — Мы получили ответ от криминалистов из Ньюкасла. Где ты, черт возьми, находишься?

— Офис Тео. Спускайся.

— Буду там через пять.

Хадсон вешает трубку под звуки громких голосов, размытых на заднем плане. Я вскакиваю, мой позвоночник хрустит от нетерпения. Мы ожидали этого сообщения. Криминалисты получили доступ к семейному имуществу, где когда-то жил пастор Майклс, и провели тщательный обыск.

— В чем дело? — Спрашивает Тео из-за своего стола.

— Последние новости из Ньюкасла.

— Как раз вовремя.

Набирая контакт Хантера, я отправляю ему короткое текстовое сообщение. Он захочет это услышать. На экране компьютера Тео Хантер проверяет свой телефон и застывает. Джиана продолжает разглагольствовать и бредить, пока он быстро завершает допрос.

— Ты получишь известие от моего адвоката, — угрожает она. — Что бы ты ни пытался на меня повесить, это не сработает. Увидимся в суде.

Хантер молниеносно выпроваживает ее за дверь, не обращая никакого внимания на ее пустые угрозы. Мы оба нетерпеливо ждем, пока дверь в кабинет Тео не распахивается, и он входит, запыхавшись, и бросает свой пиджак на ближайший диван.

— Развлекаешься? — Я поддразниваю его.

Хантер прищуривает глаза.

— Эта женщина — чертовски распущенная. У меня болит голова.

— Согласен.

— Какие новости? — рявкает он.

— Звонил Хадсон. Они сейчас поднимутся.

Он проводит рукой по распущенным волосам, собранным в хвост.

— Джиану выводят с территории. Очевидно, она собирается подать на меня в суд за клевету.

— Она обожает судебные дела, — комментирует Тео.

— Я был бы рад возможности протащить ее по углям в суде. Ей нужно сбить пару колышков.

Я подхожу к Хантеру.

— Почему ты так сильно на нее давил? Теперь она не будет сотрудничать. Мы раскрыли свои карты.

— Она никогда не собиралась отклоняться от той версии, которую продвигала месяцами, — отвечает он, пожимая плечами. — Я хотел застать ее врасплох. Ее оборонительная манера красноречива.

Несмотря на его рискованную тактику, я неохотно соглашаюсь с ним. Невиновные люди не угрожают следователям судебными исками без причины. Предполагается, что мы должны быть на