Западня - Алеата Ромиг

Я молча кивнула.

— Да, он был... возбужден. Я боялась... — я не могла продолжать.

Не с тем, как Челси смотрела на меня.

— Почему? Скажи мне. Неужели он вернулся в Кармайкл-Холл? — спросила я.

— Да.

— Так вот где ты остановилась?

— Да.

Каждый ответ был тише предыдущего.

— Челси, что произошло?

Она покачала головой.

— Нет. Я не говорю об этом. Никто не должен это слышать, и я не хочу переживать это снова.

Это было так, как будто кто-то протянул руку к моей груди и сжал сердце, в то время как кто-то другой ударил меня в живот. Боже. Что же она страдала из-за меня? Так больше продолжаться не могло.

Я встала и принялась расхаживать взад-вперед, пока мой план и план Нокса проносились у меня в голове.

— Я не могу сказать больше, но могу помочь. Я могу вытащить тебя отсюда.

— Тогда я брошу тебя. Я не хочу...

— Нет, ты меня не бросаешь. Ты даешь мне на одну заботу меньше.

Она покачала головой.

— Можно я останусь сегодня с тобой в твоей комнате? Мне бы хотелось хоть одну ночь поспать и почувствовать себя... ну... в безопасности.

Я никогда не считала поместье Монтегю безопасным, но если это так для Челси, то кто я такая, чтобы остановить ее?

— Да, но утром... мы заснули, разговаривая. Они не должны знать, что мы помирились. Они не могут ничего заподозрить или могут догадаться, что ты уезжаешь.

— Я не хочу уезжать без тебя.

— Я не хочу, чтобы ты оставалась.

— Как твоя работа в корпорации Монтегю? — спросила я, когда мы забрались в постель.

— Подделка, — сказала она, когда ее голова упала на подушку.

— Не настоящая?

Она зевнула.

— Ты сам это говорила, Алекс. Здесь нет ничего реального.

Глава 27

Нокс

Прошло уже больше недели с тех пор, как я видел мою Чарли́ спящей в нашей постели. Теперь я был вуайеристом, наблюдающим издалека, через электронную трансляцию с телефона Айзека.

Я всем сердцем хотел быть там, быть уверенным, что она приедет и что мой план сработает. Чарли́ не знала, что ожидать: это было слишком рискованно. Чтобы это сработало, ей нужно было казаться совершенно не знающей.

Из ограниченного обзора я мог видеть чайную комнату. Судя по описанию Айзека, ресторан был воплощением женственности. Он никогда не выживет в Бруклине и, возможно, даже в Рае. От кружевных скатертей и крошечных чайных чашечек до хрустальных канделябров и изысканных пирожных я мог перечислить тысячу причин, почему это место было не в моем вкусе.

На то была одна причина, и, по словам Айзека, та только что вошла.

Он прошептал свой комментарий, пока я ждал на другом конце города.

— Она с двумя другими. Я не вижу ее безопасности. Кажется, как будто вы были правы. Пока она с миссис Спенсер, у нее нет теней.

— Хорошо, — ответил я. — Айзек, дружище, я тебя прямо сейчас ненавижу.

— Потому что я пью чай из чашки размером с кукольный домик?

— За это и за то, что ты видишь ее.

— Босс, если все пойдет хорошо, то и вы тоже увидите ее. Скоро.

— Расскажи мне, что ты видишь.

— Они садятся. Она... она...

— Что?

— Улыбается и разговаривает. Я не знаю ее хорошо, но это не кажется мне искренним. Не так, когда я видел ее с вами, — он сделал паузу. — Даже не так, когда я видел ее одну. Она кажется напряженной, как будто нервничает. Вы уверены, что она не знает?

— Как, черт возьми, я мог ей сказать?

— Хорошее замечание. Они что-то заказывают, и большую часть разговора ведет миссис Спенсер.

— Они только вдвоем?

— Нет. Челси Мур с ними.

Мне хотелось узнать больше – во что она одета, были ли ее волосы собраны или распущены – но то, что мелькало в моих мыслях, казалось тривиальным. Я никогда не озвучивал их Орену, но в моей Чарли́ не было ничего тривиального.

— Сэр, еще кофе? — в трубке раздался голос официантки.

— Я думал, ты пьешь чай? — сказал я, подождав, пока Айзек ответит.

— Мне нужно было взять себя в руки. Эта обстановка, в которой вы меня держите, серьезно угрожает моей мужской карте.

— Доставь ее ко мне, и твоя мужская карта останется действительной.

— Подождите.

Когда в нашем разговоре воцарилась тишина, я подумал о том, почему Чарли́ здесь – о ее матери.

С тех пор как Делорес проникла в систему «Магнолия Вудс», она следила за медицинскими записями и назначениями матери Чарли́. Миссис Фитцджеральд недавно пришла в себя, хотя все еще находилась под сильным воздействием лекарств. Доктор считал, что худшие симптомы абстиненции прошли. Однако она была не в состоянии сдержать ни еды, ни питья. Вместо этого ей вводили внутривенно жидкость и питательные вещества.

Доктор, с которым Делорес консультировалась, спросил о предыдущих записях миссис Фитцджеральд. Почему их не отправили целиком в «Магнолия Вудс», было непонятно. Но это тоже не имело значения. Постоянный врач миссис Фитцджеральд был в сети. Это был всего лишь вопрос нескольких минут, прежде чем Делорес получила все. В настоящее время наш врач-консультант обдумывал информацию, накопленную за многие годы.

Орен твердо решил, что к завтрашнему дню у нас будет все необходимое. У него даже была комната в Рае, переделанная в импровизированную больничную палату, нанятая на полный рабочий день медсестра и дежурный врач. Он считал, что настоящая больница – это слишком рискованно, и мне пришлось согласиться.

Похоже, Фицджеральд постоянно следил за Чарли́, но не за ее матерью, не за Аделаидой. Кроме обычной охраны в «Магнолия Вудс», там не было ничего лишнего. Никакой личной охраны. Никаких дополнительных камер. Без сомнения, Алтон Фитцджеральд не считал, что будущее его жены – это забота, возможно, только для того, чтобы держать ее в качестве приманки для Чарли́.

У «Деметрий Энтерпрайзис» была уважаемая и хорошо зарекомендовавшая себя охранная компания. Она действовала уже более пятнадцати лет. С их помощью и хакерскими навыками Делорес можно было легко манипулировать камерами в «Магнолия Вудс». Если поставить на повтор, то определенное количество времени может пройти, и никто не узнает, что миссис Фицджеральд была похищена.

Самой большой нашей заботой была