Кайкейи - Вайшнави Патель

Я сделала еще одну попытку, посылая почти неосязаемые толчки по Плоскости Связи.

– Уверена, найдется кто-то другой, кто сумеет научить Раму и остальных не хуже.

Дашаратх негромко рассмеялся.

– Кайкейи, мы не можем отстранить почтенного человека из-за такой мелочи.

В голосе Дашаратха слышалась только теплота, и я заставила себя проглотить его упрек. В конце концов, я тоже не была совершенством и до сих пор не могла простить себе данную Раме пощечину, что бы там ни думали остальные.

Кроме того, у меня были и другие дела, которые требовалось обсудить с Дашаратхом.

– После этого я говорила с Каушальей, и она сказала что-то о том, что Рама когда-нибудь взойдет на трон. Кажется, она считает, что он будет твоим наследником.

– Она так сказала?

Пока я говорила, Дашаратх уже занялся распутыванием моей замысловатой прически, и я видела, что он не очень-то вслушивается в мои слова.

Я слегка повернула лицо к нему.

– Я думала, ты уже рассказал им о нашем уговоре. О том обещании, которое дал мне и моему отцу перед свадьбой.

По лицу Дашаратха было видно, что он наконец понял.

– Нет, не рассказывал. Но будь уверена, Кайкейи, это обещание остается в силе. Бхарата – ювраджа Косалы.

Тяжесть упала с моих плеч, когда он назвал Бхарату наследным принцем, и я совершенно расслабилась, прижавшись к нему. Он убрал несколько прядей с моего лица.

– Хочешь, я расскажу им сейчас? Мне не хочется, чтобы между вами что-то стояло.

Я подумала о том, как много для меня значит их дружба, стойкость Каушальи и оптимизм Сумитры. Я не верила, что это открытие повредит нашим отношениям, но не могла рисковать. Если они станут относиться ко мне с меньшей симпатией, а то и с неприязнью… Они были моей семьей, мне сестрами, в которых я, сама того не зная, так нуждалась. Я не могла их потерять.

– Не надо, – пробормотала я. – Не хочу причинять им боль. Когда мальчики подрастут, и Бхарата сможет себя проявить…

Дашаратх улыбнулся и снова обнял меня.

– Может, ты и самая строгая из моих рани, а все-таки слишком добрая, – пробормотал он. – То, как ты вершишь суд, как всегда заступаешься за самых бедных наших граждан, как даже сейчас думаешь о счастье Каушальи и Сумитры… У тебя сердце без кожи.

– Тебя это смущает? – спросила я с искренним любопытством.

– Нет. – Он взял меня на руки и уложил на кровать. – Это привлекательное качество в женщине.

– И в мужчине, – сказала я.

– Надеюсь, что да, – ответил он. – Иначе я даром трачу столько средств из моей казны на замыслы моих рани, а?

Я рассмеялась, но затихла, когда он начал снимать с меня блузу.

– Это поможет твоему народу, и ты должен стараться ради этого. Не ради соблазнения.

– Да-да, – проворчал он, и, когда я взглянула на Плоскость, чтобы понять, насколько он искренен, наша крепкая, покрытая золотом связь оставалась неподвижной и ровной.

Глава 19

На одном, казалось бы, совершенно обычном заседании Совета женщин, сразу после полуденного перерыва, когда солнце начало медленно опускаться, Сумитра наклонилась ко мне и прошептала:

– Что это – царская процессия?

И верно: поверх собравшейся толпы я разглядела нескольких стражников на лошадях, а затем и верхнюю часть царского паланкина, который выносили только в тех случаях, когда Дашаратх изъявлял желание выйти в город.

– Да. Но зачем он здесь? – прошептала я в ответ.

– Если кто и знает, так только ты, – ответила Сумитра без тени враждебности в голосе.

Я слегка покачала головой и, не сводя глаз с приближающегося мужа, попыталась вникнуть в слова женщины, которая разговаривала с Каушальей. Терпеливые расспросы помогли выяснить, что эта молодая мать – вдова, хорошо владеющая счетом, и мы дали ей рекомендацию в казначейство. После слезных выражений благодарности женщина повернулась, чтобы уйти, но тут же замерла, едва не споткнувшись о край ступени.

Вся толпа обернулась и посмотрела туда же, куда она. Словно высокая трава под сильным ветром, все согнулись в низком поклоне.

– Умеет не привлекать внимания, – пробормотала я. Сумитра рассмеялась, а Каушалья ничего не сказала.

– Он тебе говорил об этом? – спросила я. – Ты, кажется, не удивлена.

Каушалья лишь загадочно улыбнулась.

– Сейчас все выяснится.

Я нащупала связь между нами, но в последний момент решила не трогать ее. Каушалья предупредила бы меня, если бы нужно было к чему-то готовиться.

Дашаратх вышел из палантина и направился к нам. Он был одет в нарядную курту с блестящей золотой вышивкой, на поясе висела его церемониальная кханда. Он дошел до ступеней, ведущих к помосту, на котором мы сидели, поднялся и встал там, где обычно топтались просители.

– У меня есть дело к Совету женщин, – объявил он, и его голос отозвался эхом в тишине.

Мы с Сумитрой в недоумении переглянулись. Заговорила Каушалья:

– Излагай свое дело, раджа.

– Я пришел за советом.

– Расскажи нам, что случилось, и, возможно, мы сможем помочь тебе.

Дашаратх опустился на одно колено и посмотрел на нас.

– Я ищу способ вознаградить одного из членов моего Мантри Паришада.

– Что же он сделал, чтобы заслужить такую награду? – тут же спросила Каушалья, и я поняла: они заранее отрепетировали это маленькое представление. Но зачем?

– Этот человек принес пользу царству Косала. Я доверяю его советам больше, чем советам почти всех остальных. Он добр, трудолюбив, и его любит вся Айодхья.

– И тебе нужна помощь, чтобы решить, какую ему пожаловать награду? – спросила Каушалья. – Скажем, землю и драгоценности?

Дашаратх покачал головой.

– В этом у него нет нужды.

– Красивую одежду или слуг? – предложила Каушалья.

– И в этом у него нет нужды.

Каушалья улыбнулась.

– Это твой самый доверенный министр?

– Это не министр.

Министр – это была высшая должность в государстве: либо член внутреннего совета Дашаратха, либо управляющий частью его огромной территории. Эти люди имели постоянный доступ к радже, их советам он доверял больше всего. Конечно, было странно, что Дашаратх оказывает подобные почести тому, кто еще не имеет этого титула.

– Так сделай его министром, – просто сказала Каушалья. – Это отличная награда.

Дашаратх снова улыбнулся мне.

– Мне придется учредить для него новую должность.

– Понимаю. – Каушалья помолчала, словно в раздумьях. – Если это твой самый доверенный советник, то сделай его сачива.

Сачива – это был древний титул, уже вышедший из употребления в большинстве царств. Он обозначал главного советника царя. Раньше сачива были членами внутреннего совета каждого раджи, возможно, самыми влиятельными, но с годами слишком многие