Защитник - Ана Хуанг

Я ухмыльнулась. Что ни говори о Сэмсоне, а он был отличным напарником.

— Я рада. Каждому хотя бы раз в жизни нужен отпуск.

— Наверное, — Сет наконец схватил самую большую бутылку воды из холодильника. — Кстати, что у вас с Винсентом?

Моя улыбка застыла.

— Что ты имеешь в виду?

— Я слышал, вы вчера вечером вместе вернулись на виллу. — Он многозначительно посмотрел на меня. Возможно, он был не так наивен, как казался. — Вы оба просто исчезли.

Я неловко рассмеялась.

— Ну, эм, все так и сделали. Я не смогла найти в клубе никого, кроме Винсента, поэтому мы поели и вернулись вместе.

Я не собиралась говорить команде ни слова о случившемся, пока мы с Винсентом не поговорим.

— Понятно, — в голосе Сета прозвучало некоторое недоверие, но он не стал настаивать. — Но он, должно быть, расстроен, что ты покидаешь «Блэккасл».

— Не больше и не меньше, чем другие игроки.

— Мы все будем скучать по тебе. Джонс далеко не так весёлый во время презентаций. — Я была рада такому признанию, пока Сет не добавил: — Наверное, мы должны были догадаться, что ты откажешь, когда тренер попросил отсрочку.

Я замерла.

— Что?

Глаза Сета округлились от ужаса, словно он только что понял, что сунул ногу себе в рот.

— Н-ничего. Я заплачу за воду и пойду. Мой рейс...

— Сет, — я скрестила руки на груди, чувствуя, как бешено колотится сердце. — Скажи мне правду.

Менеджер по экипировке лихорадочно огляделся, словно ища кого-то, кто мог бы его спасти. Не найдя никого, он сглотнул.

— Я слышал, как тренер просил Лиззи продлить срок принятия решения до месяца вместо обычных одного-двух дней. Полагаю, Джонс сказал ему, что не уверен, примешь ли ты предложение? Не знаю... я просто предполагаю, — быстро ответил он. — Мне не следовало об этом говорить. Я подслушивал, и... о боже, тренер меня убьёт. Я...

— Стой. Всё в порядке, — сказала я. — Я не скажу ему, что ты мне рассказал. Не волнуйся.

Плечи Сета поникли от облегчения.

— Так ты не расстроена?

— Не на тебя.

Моё сердце колотилось от нарастающей ярости, но я сохраняла улыбку на лице, пока мы с Сетом не разошлись. Как только мы разошлись, я позволила ей исчезнуть.

«Не вмешивайся», черт возьми. Как мой отец мог просить отдел кадров об особом отношении ко мне, зная, что люди будут говорить? Я с самого первого дня настаивала на том, чтобы со мной обращались как с любым другим сотрудником, но он подорвал мой авторитет одной просьбой.

Наверное, теперь это уже не имело значения, ведь я не собиралась оставаться в «Блэккасле», но меня беспокоило то, что он нарушил своё слово, да ещё и за моей спиной. Если бы он хотел, чтобы я осталась, или хотел, чтобы я приняла решение быстрее, он мог бы сказать мне об этом сам, вместо того чтобы пытаться манипулировать ситуацией.

Я заставила себя расслабить плечи и сделать глубокий вдох, прежде чем вернуться в фуд-корт, но когда час спустя мы с Кариной и Ноа сели на наш рейс, я все еще была в ярости.

 * * *

Я увидела отца только через четыре дня, на праздничном гала-концерте в «Блэккасле». Мы коротко поздоровались в начале мероприятия, и мне пришлось сдержаться, чтобы не поднимать тему его поступка. Сейчас было неподходящее время и место для этого.

Гала-вечер стал самым ожидаемым событием года для клуба. Двести гостей собрались в роскошном бальном зале отеля в центре Лондона. Была красная дорожка, пресс-конференция и столько шампанского, что хватило бы для небольшого французского городка. Это было настолько грандиозное событие, что игроки сменили спортивные костюмы на настоящие, хотя и остались верны своим кроссовкам. Уговорить футболиста надеть туфли было всё равно что запихнуть льва в бикини.

— Сегодня вечером ты можешь избежать только одного разговора, — сказала Карина, когда мы вошли в бальный зал. — Твой отец или Скарлетт. Выбирай что-то одно. Я голосую за то, чтобы избегать твоего отца.

Я застонала. Я рассказала ей и Скарлетт, что сказал Сет, не упоминая, что он был источником, но Карина настаивала, чтобы я призналась Скарлетт и в поцелуе.

— Сделаю. Завтра, — уклонилась я от прямого ответа. — Не хочу портить ей вечер.

— Ты не испортишь ей вечер.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я тоже её лучшая подруга и знаю её. Это ради твоего же блага. — Карина взяла меня под руку и потянула к нашему столику, когда я попыталась сбежать. — Ты должна рассказать ей, иначе тайна сожрёт тебя заживо. Я люблю вас обеих и не хочу, чтобы кто-то занимался самопожиранием в моё дежурство.

— Просто ужасно. А можно не говорить о самопожирании до ужина?

— Не отклоняйся, иначе я засыплю твой почтовый ящик самыми кровавыми видео, которые смогу найти в интернете, пока ты ей не расскажешь.

Я нахмурилась, уже жалея, что взяла её с собой. Она выглядела такой невинной в чёрном вышитом платье и с милой улыбкой, но на самом деле она была сущим дьяволом.

— Я не могу ей сказать, пока не поговорю с Винсентом, — я ухватилась за ещё одно оправдание. — Она его сестра, и он тоже в этом замешан. Нужно дождаться подходящего момента.

Мы с Винсентом решили, что нужно ей рассказать, но так и не договорились, кто, когда и как. Мы много переписывались после Будапешта, но были так заняты подготовкой к гала-концерту, что не успели толком сесть и обсудить, что будет дальше.

— Понимаю, но, зная вас двоих, «подходящий момент» означает никогда, — Карина резко ответила, высказав жестокую правду. — Подумай об этом так. Чем дольше вы будете держать это в секрете, тем дольше вам придётся прятаться за спиной Скарлетт. Это будет утомительно, и она обидится, что вы так долго не решались ей рассказать. Лучше покончить с этим. Я уверена, всё наладится, и Винсент поймёт.

Мне не хотелось это признавать, но Карина была права.

Прошло пять дней с момента поцелуя, и меня уже мучило чувство вины за то, что я скрывала это от Скарлетт.

— Ладно, — сказала я. — Я ей расскажу, но если ты пришлёшь мне хоть одно кровавое видео, нашей дружбе конец.

Карина лучезарно