Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви - Эйси Джей Миллс

– Что с тобой? – Он подошел к ней вплотную и внимательно посмотрел на девушку.

Она не ответила, а зарыдала еще сильнее. Облокотилась на стол, скрывая ладонями опухшие от слез глаза.

Он присел рядом, отвернулся от нее и начал говорить, сдержанно, отстраненно, словно извиняясь за что-то.

– Ну чего ты? Из-за моих слов расстроилась, что ли? Ну, я ведь не знал, правда… Мне самому только что сказали… ну и ты меня пойми: мне заказчики с утра звонят, сообщениями достают. Ну что я мог подумать… Ну прости. Виноват. У тебя ведь часто какие-то проволочки с документацией выходят… А мне быстро надо, понимаешь? Да ответь же наконец! А то чувствую себя последней сволочью…

Он обернулся, чтобы посмотреть на нее: она отняла тонкие руки от лица, уже не плача. Она покраснела, но была все такой же… «Милой, – неожиданно подумал про себя Владимир. – Странно, а ведь я будто и не замечал этого раньше…» От напряжения он прикусил губу, чтобы не выдать своих мыслей.

– Да причем тут ты! – подала голос девушка. Глаза ее были устремлены в одну точку.

Он проследил за ее взглядом: смотрела она на елку в конце переговорного зала. Зеленая красавица была украшена стильными серебристыми и красными шарами, а венчала ее золотая звезда. Не елка, а произведение искусства.

– Новый год скоро… – тихо произнесла Лили.

– Ты не любишь Новый год? – осторожно спросил Вовик.

– Люблю… – И тяжко вздохнула. А потом принялась взахлеб рассказывать, все еще всхлипывая, о том, что значил для нее этот зимний и уютный семейный праздник. Ей важно было выговориться, пусть и перед человеком, изрядно испортившим ей настроение еще с утра. Ей хотелось отпустить все переживания, как воздушный шарик, – далеко-далеко в небо.

Рассказывала долго, а он отчего-то не смел ее перебить. Давно начался обеденный перерыв, но Володя не спешил никуда: ему хотелось выслушать исповедь этой хрупкой девушки, что работала в их фирме уже полгода, а до сих пор оставалась для всех загадкой. Будто смотрел сейчас на нее иными глазами, замечая прежде не виденное…

Рассказывала про братишку и семейные трудности. Про мечты учиться на очном и работать там, где бы пригодились ее знания французского. Она ценила их фирму, но какой из нее офис-менеджер?! А другой работы не было.

Владимир не перебивал, лишь внимательно слушал. Иногда кивал.

И думал про себя: «И чего я к ней привязался? Неплохая же вроде девчонка… Ну, нерасторопная, медлительная, но зато исполнительная, хорошая… Вон как для семьи старается…»

Она продолжала говорить. Внезапно речь ее стала чудной, непонятной, но чертовски красивой.

– Это Бодлер, – пояснила Лили и скромно опустила глаза, будто стесняясь чего-то.

– Ты читаешь по-французски, это я уже понял, – улыбнулся он, чтобы ее приободрить. – Но ты еще и наизусть много чего знаешь, по ходу. Да?

– Ага, – зарделась она от смущения.

Он хлопнул себя ладонью по лбу.

– Так потому Лили, а не Лилия?

Она кивнула.

– Ну не люблю я полное имя, понимаешь? А вы все, будто сговорившись, меня только им и зовете.

– Эх, а я, дурак, смеялся… А ты и в самом деле французская… штучка. – Он рассмеялся. Следом, поддавшись порыву, засмеялась и она.

И наконец-то как будто прорвало плотину, сдерживавшую их общение на протяжении полугода. Все время они еле терпели друг друга, а сейчас не могли наговориться. Внезапно оказалось – у них много общих интересных тем для разговора. Выяснилось, что и он не такой тщеславный и самоуверенный, и она не такая скромница-зануда. Они проговорили почти целый час. Об обеде никто и не вспомнил.

С этого ужасно начавшегося понедельника у Лили наконец-то появился друг на работе. Володя будто взял шефство над новенькой и постепенно делился с нею хитростями службы, а учиться Лили любила всегда. Он терпеливо разъяснял ей непонятные моменты, даже не думая смеяться над незнанием чего-то. Лили волновалась, что окружающие заметят эту опеку, но никому до них дела не было. Правда, Полина стала относиться к ней еще настороженнее, но это уже были мелочи, тем более что Лили и вправду допускала теперь меньше ошибок и быстрее выполняла свои обязанности – с такой-то поддержкой! А потому и ссор с коллегами стало меньше, отношения со многими переросли в приятельские.

Работа из неприятной обязанности превратилась если не в удовольствие, то уж точно в то, что можно пережить спокойно, без излишнего напряжения нервов и сил.

Дружить с Вовиком оказалось приятно.

«И никакой он не высокомерный сноб!» – с удивлением думала теперь Лили. Он оказался вполне понимающим парнем и всегда теперь ее выручал, они много общались и часто переписывались в мессенджерах. Она рассказывала ему про свои увлечения и свою семью, в ответ узнавая много интересного уже про него.

«Человек на работе и вне ее – это как два совершенно разных человека!» – смеялась про себя Лили, вспоминая его рассказы. В офисе он будто носил маску строгого сноба-профессионала, требующего такого же внимательного отношения к делу и от других. Вне работы – веселый, добродушный, всегда готовый прийти на помощь. Оказалось, в свободное время он волонтерит. Любит кошек и собак, а потому периодически наведывается в приют для бездомных животных – помочь деньгами и руками. Родители развелись. Мама вышла замуж и уехала в другой город, видятся нечасто. Чаще проводит время с отцом и сестрой Никой, которая старше его на добрый десяток лет, но они все так же близки и дружны.

В двадцатых числах декабря зима вспомнила, что она зима, и выдала городу долгожданного снега. Он шел круглыми сутками напролет. Дворники сходили с ума от нахлынувшей вдруг работы, а горожане не могли нарадоваться на это чудо природы.

Лили сидела в опустевшем офисе, задумчиво глядя в окно на летящие хлопья снега. Шеф поручил подготовить пакеты документов для участия фирмы в тендерах. Сам уехал в срочную командировку, оставив Владимира за старшего. Вдвоем с ним Лили сейчас и готовила требуемые бумаги. Составлял Володя, она распечатывала их и сброшюровывала. На столах уже высились приличные белоснежные стопки.

– Уф! Последняя! – выдохнул парень, а она нажала на печать. Принтер торопливо выплевывал листы, она аккуратно скрепляла и распределяла по стопкам.

Внезапно он привстал со своего места и в лоб спросил:

– А что ты делаешь в эти выходные? Конкретно завтра?

– Хочешь пригласить меня на свидание?

– Ты ненормальная, что ли? – Он любил посмеиваться над ней, но шутки