Останься со мной - Брук Монтгомери

— Мне надо закончить стирку, пап. Увидимся в воскресенье?

— Конечно, малышка. До встречи.

Мы прощаемся, и я залпом выпиваю стакан холодной воды, смывая мерзкий привкус.

Коробки с тестами сверлят меня взглядом, и я больше не выдерживаю. Я купила три разных бренда, но беру цифровой — он покажет простое «да» или «нет», а не заставит гадать, одна полоска или две. Хоть в инструкции и сказано тестироваться утром, я делаю это сейчас, потому что мне нужна правда.

Если вдруг окажется, что я не беременна, значит, во мне точно завёлся какой-то редкий паразит, потому что такого постоянного тошнотворного состояния у меня никогда не было.

Взяв бумажный стаканчик из-под кофе, я иду в ванную и делаю всё необходимое. Я пью воду весь день, так что надеюсь, это не повлияет.

Закончив, окунаю тест на несколько секунд и кладу его на столешницу вверх дном. На коробке написано ждать от одной до пяти минут, так что я мою руки и ставлю таймер.

Сегодня понедельник, и я работала в центре, так что не видела Триппа на ретрите. Вчера тоже не виделась — я возвращалась домой, спала и убиралась. Он утром работал, а вечером ужинал с семьёй, так что мы только переписывались. Так я узнала, что его братья уже в курсе нас с ним, значит, придётся рассказать Ноа при встрече. Я знаю, она порадуется, но у меня есть предчувствие, что рассказывать я буду гораздо большее.

Меня пугает не сама беременность. Я бы, наверное, обрадовалась мысли о материнстве, если бы это не значило пожизненно иметь дело с Трэвисом. Если он захочет участвовать, Трипп никогда не смирится с тем, что его девушка беременна от другого. Будь всё наоборот, и какая-нибудь женщина заявилась бы к нам, что ждёт ребёнка от Триппа, я была бы убита. Мысль о том, что она была бы рядом восемнадцать лет и проживала бы с ним все первые шаги родительства, а не я, свела бы меня с ума.

Таймер срабатывает, и я подпрыгиваю. Я так ушла в мысли, что чуть не забыла про него.

Сердце колотится так сильно, что я слышу его в ушах. Ладони вспотели, дыхание сбилось. Не знаю, почему я так нервничаю, ведь где-то глубоко внутри я и так уже знаю ответ.

Не желая больше тянуть, я хватаю тест, переворачиваю и смотрю на экран.

Беременна.

— О боже. — Я уставилась на это слово, которое только что перевернуло мою жизнь вверх дном. — Меня сейчас вырвет.

Я поворачиваюсь к унитазу и в третий раз за сегодня меня выворачивает. Да что там у меня ещё может остаться в желудке? Учитывая, что меня стошнило утром ещё до завтрака, выходит, неважно, есть там еда или нет. Скоро я начну блевать собственными органами.

Когда тошнота проходит и я снова чищу зубы, беру оставшиеся две коробки с тестами и опускаю их в стакан с мочой, для надёжности. Пусть цифровой тест и считается девяносто девять процентов точным, но такими же надёжными должны были быть и таблетки вместе с презервативом. Я не могу доверять одному результату.

Через десять минут на меня смотрят ещё два положительных теста.

Я даже не знаю, что чувствовать, но хотя бы уверена наверняка.

А теперь мне предстоит решить, как сказать об этом своему парню и разбить ему сердце.

Когда становится холоднее, я работаю, кутясь во всё, что можно. Шапка, два слоя сверху и утеплённые ботинки. Трейлер неплохо держит тепло, но ветер всё равно пробирает до костей.

Трипп уже заезжал сегодня утром вместе с Лэнденом, и мне пришлось вести себя так, будто ничего не изменилось. Чувствовалось, что я вру, но я не собираюсь рассказывать ему об этом по телефону или в тот момент, когда мы оба заняты делами.

Лэнден выглядел лучше, чем на прошлой неделе, и даже подшутил надо мной, что я похожа на медведя в спячке, пока сам щеголял всего в одной рубашке с длинным рукавом. Но я не осталась в долгу, заметив, что он-то разогревается за работой, а я часами стою на месте.

Ноа: Я сейчас приеду!

Увидев её сообщение, я сразу начинаю готовить кофе. Она такая же простушка, как и я, и именно благодаря ей у меня появилось название для Основная ведьмина пряность латте — всего лишь тыквенный сироп с добавкой взбитых сливок и щепоткой мускатного ореха.

Увидев её приближающейся, я выбегаю из трейлера, а она бросается ко мне. Я заливаюсь смехом, когда мы сталкиваемся и обнимаем друг друга.

— Я так рада, что ты вернулась! — пищу я ей в волосы.

— Я тоже.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать, — говорю я, возвращаясь за стойку, чтобы доделать ей кофе.

— О боже, это звучит серьёзно, — Ноа подходит ближе, ожидая подробностей, но сердце колотится так, что мне кажется, я сейчас отключусь.

— Я облажалась, — начинаю я.

Она поднимает бровь.

— В чём?

Я выдыхаю, пытаясь успокоить бешеный ритм сердца. Она будет в ярости.

— Я переспала с Трэвисом месяц назад...

Четыре недели и три дня назад, если точнее.

Её челюсть отвисает, она ахает.

— Магнолия Сазерленд! Только не это! И почему я узнаю об этом только сейчас?

— Потому что я знала, что именно так ты и отреагируешь, — честно признаюсь я. И это чертовски стыдно.

— Ну... — она пожимает плечами, даже не извиняясь за реакцию.

— Я была пьяна и возбуждена. И очень, очень, очень глупа, — пытаюсь оправдаться я, хотя на самом деле дело было не только в этом. Виновата ещё и дурацкая Лидия, вешавшаяся на Триппа. Впрочем, можно винить и Лэндена, что он вообще позволил Триппу с ней тусоваться.

— Начало любой кантри-песни, — фыркает Ноа, явно сдерживая смех. — Так вы теперь снова вместе или как?

Я содрогаюсь и едва не задыхаюсь от одной мысли о его руках на мне.

— Господи, нет. Я сказала ему, чтобы он потерял мой номер, и заблокировала. Пьяная Магнолия больше таких решений не принимает.

— И правильно. Ты заслуживаешь большего, — её слова звучат утешающе, потому что Трэвис столько раз пытался внушить мне обратное: что я не достойна любви и уважения. А ещё воспользовался мной, когда я была пьяна, и подсыпал мне что-то.

Я заканчиваю напиток, добавив щедрую порцию сливок, и протягиваю ей.

— Я сделала тест на беременность, Ноа. — Точнее, три.

Увидев