Нашла коса на камень, или приручение строптивого монарха. - Светлана Малеёнок

Наутро я проснулась с ощущением какой-то неправильности. Мне вроде бы было тепло, но, с другой стороны, очень неуютно. Чуть шевельнувшись, я поняла, что за моей спиной никого нет. Моя «персональная грелка» покинула меня. Наверное, по утренним делам отлучился. И мне бы тоже не помешало это сделать. Но без сопровождения, когда некому покараулить, страшновато. Выпростав из-под теплого тяжелого кафтана руку, потерла заспанные глаза и осмотрелась. Алексена тоже лежала, накрытая чьим-то кафтаном, и пока еще спала. Но зато, судя по начинающемуся копошению, народ уже вставал.

С сожалением скинув с себя нагретую мною за ночь гору из платьев и кафтана, я поднялась и с наслаждением потянулась. Спортивный костюм, — самая удобная одежда в походах по лесу, уютно, все прикрыто и не мнется. Поежившись от утренней прохлады, обула свои изрядно растрепавшиеся туфельки на низком каблучке и пошла, будить Алексену.

Подойдя ближе, обомлела, а потом коварно улыбнулась. Позади принцессы, прижавшись к ней своей могучей спиной, спал Ефим. Потрогала девушку за руку, и, едва та открыла сонные глаза, сделала ей знак молчать. Осторожно помогла ей подняться из уютного ложа и показала на «грелку» за ее спиной. Алексена от удивления открыла рот, а затем смущенно зарделась.

Накинув ей на плечи кафтан, прикрыли спящего богатыря ворохом платьев принцессы и, хихикая, отправились по своим делам.

Вернувшись, застали всех мужчин проснувшимися и бодрыми. Вот только они, поглядывая на бородатого гвардейца, прятали невольные улыбки и отворачивались.

— Аль! Похоже, мы подставили твоего воздыхателя! — шепнула я принцессе на ухо, усаживаясь на коврик.

— Што? Как ты меня нажвала? Кого поштавили?

Я вздохнула.

— На какой вопрос первый отвечать? Увидев непонимающее лицо принцессы, махнула рукой. — Аля — это твое укороченное имя. Алексена длинно очень. Полное имя подойдет для чужих и официальных встреч. Ты же меня зовешь Гелия?

— Жову!

— А я — Вингельмина. Поняла?

— Да! — с готовностью кивнула принцесса, получая из рук императора утреннюю, куда меньшую, чем вчера, пайку.

— А «подставили» — это… ну, редко употребляемое слово, обозначающее «подвели», «выдали». Поняла?

— Поняла! — кивнула она и указала на протянутый мне завтрак. Эдуард терпеливо ждал, когда я обращу на него внимание, и улыбался одними глазами. Я невольно залюбовалась его искрящимися зелеными радужками глаз и легкой полуулыбкой, тронувшей его красивые чувственные губы.

Принцесса многозначительно покашляла, а я вздрогнула, вдруг осознав, что мы с императором, молча, пялимся друг на друга. Лицо и шею опалило жаром, а это значит, что их залил предательский румянец. Мне так стало неловко!

Сспасибо! — выдохнула я, протянув руку за своим завтраком. Мимолетное касание к пальцам мужчины, и меня словно током ударило, что я едва не выронила еду на землю. Ни на кого не глядя, я начала есть, не чувствуя вкуса и боясь подавиться, что было бы легко, учитывая, что воды всем досталось всего по одному глотку.

После быстрого и скудного завтрака мужчины взялись оседлывать коней, а я принялась сворачивать полотнище палатки. Ко мне подошла принцесса и предложила помощь, я удивилась, но с радостью ее приняла. Упаковав в сумку палатку, я нацепила на талию свой пояс, подвесила кинжал, веревку и намотала на него свой купальник. А оба своих многострадальных платья, перекинула через холку коня. Затем, мы аккуратно положили во вторую сумку, наряды Алексены. Видя, что мужчины еще заняты, отозвала Алексену в сторонку.

— Аля, я тут тебе хотела кое-что предложить. А именно помочь научить выговаривать трудные для тебя звуки. Например, «с».

— «Ш», — повторила девушка.

— Ну, ты меня поняла. Если ты, конечно, не возражаешь?

— Нет-нет, я хочу! — поспешила она ответить.

— Тогда смотри, как нужно располагать язык, когда ты произносишь этот звук...

Через несколько минут император скомандовал продолжить путь. Наши сумки уже были приторочены позади седел. Я уселась на коня сама, а вот Алексене понадобилась помощь ее верного «оруженосца». Ефим с готовностью подставил ладони под ножку принцессы. Я невольно улыбнулась, но, почувствовав, что на меня смотрят, вскинула глаза и успела заметить, как император отвел от меня грустный взгляд. Неужели расстроился, что мне помощь не понадобилась? Я отвернулась, борясь с противоречивыми и смущающими меня чувствами.

— Ваше Высочество! — тихий голос предмета моих дум снова заставил вздрогнуть, и я досадливо поморщилась, еще примет меня за какую-то неврастеничку.

— Да, Ваше Величество! — нацепив на лицо масочку «кирпичика», повернулась я к Эдуарду.

— Прошу вас, наденьте! Сейчас еще в лесу прохладно с ночи, простудитесь! — И на плечи мне снова опустился его камзол, опять теплый и опять кружащий мне голову от исходящего от него запаха небезразличного мне мужчины.

Дальше, примерно с час, мы привычно лавировали между сосен и редких колючих кустов. Алексена тихонечко что-то бормотала себе под нос, чем вызывала недоуменные переглядывания мужчин. Я же делала вид, что совершенно ничего странного не замечаю.

Вскоре я обратила внимание, что лес начал редеть и стало значительно теплей. Солнце уже поднялось довольно высоко и его лучи, много лучше проникали между соснами, согревая землю и нас, путников.

— Ну, вот мы дошли до гор на границе Аххара! — Эдуард остановил коня, и указал на просто сказочную красоту!

Я не удержалась и ахнула!

Мы стояли на вершине пологого холма, а перед нами открывался поистине волшебный вид! Множество зеленых холмов различной высоты и крутизны напоминали «американские горки» и одновременно дорогу «серпантин». То там, то здесь росли зеленые островки леса, а в самой низине между холмами отливали голубым круглые и овальные озера и даже сверкали два водопада!

— Вода! — выдохнула Алексена.

Уверена, что красивый пейзаж увидела лишь я одна, все остальные смотрели исключительно на воду. Лошади не были исключением, они, в отличие от нас, вообще не пили со вчерашнего дня.

Внимательно оглядев окрестности и убедившись, что в пределах видимости никого нет, мы начали медленно спускаться в низину. Мне вообще было страшно, казалось, что я сейчас попросту скачусь по седлу на шею своему коню, а потом и своим ходом с холма.

— Вингельмина!

Я резко повернулась на голос, даже не сразу узнав его, настолько испугалась спуска.

— Смотрите! Немного передвиньте стремя вперед и усильте в него упор, и коленом тоже. Но положение корпуса не меняйте! — Вы меня поняли? — монарх внимательно глядел на меня, ожидая ответа.

— Поняла, — кивнула я, немедленно приступив к выполнению рекомендаций и при этом, не забывая стрелять глазами на то, как сидят в седле мои спутники, и увидела, как подробный инструктаж с Алексеной проводит Ефим.

Наконец,