Услуга за услугу - Нат Челони

— Все равно придурок.

Они резвились как дети некоторое время, прежде чем соревноваться в гонке. Джулия была хорошим пловцом с довольно соревновательным духом, но она должна была признать, что не могла сравниться с его спортивной формой. С его плавными и грациозными гребками он был прекрасным образцом для наблюдения. Но это не мешало ей дуться, когда она проигрывала.

Если он плавал как профессионал, то в водных лыжах Дом был чемпионом. Джулия никогда не стояла на водных лыжах, но, наблюдая за ним с причала, она решила попробовать. Вместе с инструктором Дом научил ее, как найти правильную стойку и равновесие на поверхности и скользить. После нескольких разочаровывающих шлепков по воде она, наконец, уловила суть. Это было уникальное чувство, и они катались на лыжах в тандеме несколько дней, иногда переключаясь на реактивный катер.

Время пролетело в абсолютной гармонии. Это было похоже на идиллию медового месяца, которая сделала ее странно оторванной от внешнего мира, за исключением моментов, когда она общалась со своей семьей.

— Алоха, дорогая. Мы давно не разговаривали. Ну, как тебе Гавайи? — веселый голос Винса заставил Джулию внутренне содрогнуться. Он был единственным человеком, которому она чувствовала себя ужасно, из-за лжи.

— Это невероятно. — Она устроилась в гамаке в саду и болтала о своих выдуманных историях. Когда Дом позвал ее с патио, она чуть не сошла с ума.

— Кто это? — спросил Винс.

— Эй, ребята, — громко сказала Джулия, махнув рукой Дому, чтобы тот замолчал, — мы спустимся через минуту. Винсу она ответила: — Мы встретили здесь некоторых знакомых.

— Все они, ребята?

Его растягивание слов заставило ее усмехнуться. — Не все из них. Это группа пар, и мы собираемся сейчас покататься на водных лыжах. Поговорим позже, ладно?

— Кто это был? Твой брат? — спросил Дом, когда она повесила трубку и свистнула. Он развалился в гамаке и покачался одной ногой, выглядя нелепо сексуально в обрезанных джинсах и в цветочной рубашке.

— Нет, Винс.

— И он купился на это? — Он был удивлен. — Я бы не купился. Я бы спросил, в каком отеле вы остановились, а затем позвонил бы в ваш отель и проверил, зарегистрированы ли вы там и у кого.

— Не у всех такой изворотливый ум, как у тебя. К тому же, он никогда бы не нарушил мои личные границы таким образом. — Джулия высунула ему язык.

— Я не против нарушить твои личные границы прямо сейчас. — Он схватил ее ягодицы, одетые в бикини, под коротким платьем-кафтаном и притянул к себе. Гамак угрожающе качнулся, когда Джулия приземлилась на него сверху. Он устроил ее поудобнее, и она немного задремала.

Позже вечером, когда они лежали в шезлонгах на пляже под зонтиком, наслаждаясь закатом, зазвонил мобильный телефон Дома. Он проверил экран, нахмурившись, и, не встречаясь с ней глазами, сказал: — Я сейчас вернусь.

Он подошел к кромке воды, чтобы ответить на звонок, и несколько минут тихо говорил, стоя к ней спиной.

— Извини, — извинился он, когда присоединился к ней. — Бизнес.

Бизнес. Слово вызвало негативную ассоциацию. — Какая-то проблема? — спросила Джулия.

— Нет.

Его краткий ответ и напряженный язык тела говорили о другом и побуждали ее допытываться дальше. — Кто это был?

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

— Бран. Были неудачные переговоры по имуществу, но теперь все хорошо, — ответил Дом с улыбкой, которая не дотягивала до его глаз, и Джулия ему не поверила. Вся радость и счастье, которые она чувствовала все это время, улетучились, когда ее сомнения снова всплыли на поверхность.

— Вы двое очень близки, как братья, не так ли? — заметила она, а затем смело продолжила. — Бран тоже был в мафии?

Дом изучал ее выражение, рассеянно проводя костяшками пальцев по ее голому бедру. — Тебе холодно, — сказал он, стаскивая флисовый плед со стула у кровати и накидывая его ей на ноги.

Джулия думала, что он не ответит ей, когда он заговорил: — Нет, Бран никогда не занимался этим бизнесом. Как и его семья.

Настроение момента требовало открытого разговора, и она не сдержалась, задав следующий вопрос. — Почему ты не стал таким, как твой отец? Тебя готовили к такой жизни.

— Ты меня допрашиваешь, милая? — тихо спросил он и взял со стола бокал вина.

— Ты сказали мне, что твою семью объявили несуществующей. Это было причиной, по которой ты этого не сделал? Я просто хочу лучше тебя понять, а ты всегда избегаешь этой темы. — Она закончила нервным жестом.

Его взгляд метнулся к хрустальному бокалу в его руке, а затем поднялся к ее лицу. — Я не был инициирован. Я не был человеком, получившим посвящение.

Посвященный человек. Джулия невольно вздрогнула. Она знала, что означает этот термин. Ее удивило, что его не приняли в члены. Если его семья прекратила свое существование чуть больше пяти лет назад, как он сказал, ему тогда было двадцать четыре или двадцать пять. Большинство мужчин в мафии принимали присягу гораздо раньше.

— Почему?

— Я не знаю, — вежливо ответил он, делая большой глоток из стакана. — Но что-то всегда удерживало папу. Я знал другие семьи, где сыновья, намного моложе меня, были инициированы, но когда я спрашивал, он говорил: Терпение, Доменико, терпение. Никакая спешка не мудра. — Джулия криво улыбнулась его попытке передать манеру речи отца. — Ладно, я думал, он наблюдает за мной, пытаясь понять, подхожу ли я для этого, и до недавнего времени я думал, что он именно это и делает, понимаете, готовит меня. Но… — Он поднял плечо и наклонился над столом, чтобы поставить стакан. Он лег на спину, подложив голову под руку.

— Но что? — Джулия коснулась его руки.

Дом повернул голову и пристально посмотрел на нее. — Чем больше я об этом думаю сейчас, тем меньше я уверен, что это было то, что он делал. Может быть, он не думал, что во мне это есть. Кто знает?

Часть ее боялась его признания, того, что она может услышать. Но другая часть ее хотела, чтобы все было открыто между ними. — А как насчет тебя? Ты хотел быть?

— Я мог бы солгать и сказать “нет”, — ответил он. — Но в то время, я полагаю, я хотел, несмотря на мои сомнения относительно того, готов ли я взять на себя это обязательство. — Должно быть, ее лицо отразило ее опасения, потому что он быстро добавил: — Эй, все в прошлом.

Джулия сглотнула комок. — Ты, э-э, делал все эти мафиозные штучки?

Его губы сжались. — Будьте конкретнее, — резко попросил он.

— Ты, э-э, застрелил кого-нибудь? Ты убил? — вот