Наследник для императора-дракона. Право первой ночи - Екатерина Гераскина

— Этот храм принимает союзы разной крови, — сказала она. — Здесь клятвы слышат не только люди… но и те, кто был до нас.

Я сглотнула.

Сердце билось слишком быстро. Эрэйн взял нож первым. Он посмотрел на меня.

— Готова? — тихо спросил он.

Я кивнула.

Лезвие скользнуло по его ладони. На коже сразу выступила тёмная кровь. Он передал нож мне, и я повторила движение. Лёгкая боль обожгла руку.

Мы протянули ладони над алтарём.

Капли крови медленно упали на камень.

Виола начала читать слова.

Я не знала этого языка. Он звучал древним, тяжёлым. Слова текли, словно бурная река. Ветер стих. Лес замер.

Мы стояли у алтаря, держась за руки.

И… ничего не происходило.

Прошла секунда.

Другая.

Третья.

Я даже начала думать, что, возможно, всё это лишь красивый древний ритуал.

И вдруг — вспышка.

Яркая, ослепительная.

Я вскрикнула. Эрэйн зарычал — низко, почти зверино — и мгновенно схватил мою руку. Его пальцы сжались вокруг запястья, он рванул рукав моего белоснежного платья до самого плеча. Армус уже бросился ко мне. Но Виола остановила его.

— Соль… — благоговейно прошептал император.

Я тоже посмотрела на свою руку и замерла.

По коже от запястья вверх медленно расползался рисунок. Сначала тонкая линия. Потом ещё одна. Они переплетались, словно живые. Вскоре стало ясно, что это.

Тёмная, изящная, с длинным стеблем и острыми шипами роза. Она поднималась вверх по руке, раскрываясь у самого сгиба локтя сложным, почти живым цветком. Тонкие колючие ветви переплетались с листьями, словно древний узор. А еще я заметила два маленьких прячущихся бутончика у сгиба локтя. Но те две розочки, то раскрывались, то закрывались.

Я перевела взгляд на руку Эрэйна.

У него был такой же рисунок.

Только немного темнее.

Эта метка была подарком древних богов.

Несколько секунд вокруг стояла полная тишина. Все просто смотрели.

Потом Керран громко выдохнул. А в следующую секунду раздался его голос:

— Леди Виола! Нам тоже проведите этот обряд!

И, не дожидаясь ответа, он потянул вперёд Риэль. Та зашипела, словно самая настоящая кошка, пытаясь вырвать руку.

— Керран!

— Поздно! — довольно ответил он.

Я рассмеялась. Хотя о чём это я. Риэль и была самой настоящей кошкой во второй ипостаси.

Эрэйн наклонился ко мне и мягко поцеловал. Только после этого он наконец уступил место Керрану и Риэль у алтаря.

И мы все наблюдали, когда их кровь коснулась камня, снова вспыхнул свет.

А через мгновение на их руках тоже расцвела такая же колючая роза. И там тоже были маленькие бутончики и, если я правильно рассмотрела их было два, и они не прятались, как у меня.

Хм.

Но на этом всё не закончилось. Я вдруг увидела, как вперёд шагнули Кайден и Каллиста.

Они молча заняли место у алтаря. И спустя несколько мгновений на их руках тоже распустился тот же рисунок. У Каллисты был один, играющий в прятки, маленький бутончик.

Остальные же просто смотрели на это чудо.

Никто не спешил говорить. Никто не вмешивался. Даже ветер, казалось, стих, будто сам лес затаил дыхание вместе с нами. Мы стояли вокруг древнего алтаря — удивлённые, растерянные, немного ошеломлённые тем, что только что произошло у нас на глазах.

Кто-то тихо переглядывался. Кто-то осторожно рассматривал наши руки, где на коже уже окончательно проявился изящный узор.

Учитель Дорн выглядел ошеломлённым, его глаза горели жаждой изучения.

Виола просто смотрела на нас и улыбалась. В её глазах светилась радость.

Я снова оглянулась на храм.

На древние колонны, на каменные плиты, на мох и цветы, на алтарь, на котором ещё недавно лежали капли нашей крови.

Этот храм был забыт и заброшен. Спрятан временем и лесом, но сила в нём никуда не исчезла.

Возможно… когда-нибудь этот храм увидит и другие союзы, другие руки, соединённые над древним камнем.

И тогда, возможно, боги снова будут отмечать тех, кто выбрал друг друга вопреки страхам, предрассудкам и старым законам.

****

Спустя время…

Это началось ночью. Я проснулась от странного ощущения — будто глубоко внутри что-то сжалось. Секунда — и отпустило. Я осторожно выдохнула, положила ладонь на живот, пытаясь понять, не показалось ли мне.

И именно в этот момент рядом со мной распахнулись жёлтые глаза.

Эрэйн по нашей связи все почувствовал.

— Соль?

Я не хотела его пугать, поэтому только тихо сказала:

— Всё нормально… кажется…

Но в следующую секунду новая волна боли скрутила меня сильнее. Я резко втянула воздух, и он сразу понял. Эрэйн сел на кровати.

Я кивнула, с трудом переводя дыхание.

— Кажется… начинается.

В этот момент мир для него, кажется, треснул. Он резко вскочил. Магия вспыхнула в комнате молниями. За окнами загремел гром, и по коридорам нашего особняка прокатился рык императора.

— Армус! — рявкнул он так, что стекла дрогнули.

В доме мгновенно началось движение. Слуги перепугались. Кто-то побежал за водой, кто-то за полотнами, кто-то просто потому, что все бежали.

В этот момент Эрэйн окончательно перестал быть императором. Он был мужчиной, у которого рожала жена.

Я попыталась сказать, что всё хорошо, но он уже вылетел в коридор и буквально притащил Армуса за ворот.

— Если с ней что-то случится…

— Ваше Величество, отпустите, я целитель, а не мешок с зерном!

Комната наполнилась запахом грозы. Магия Эрэйна расползалась по стенам, трещала по потолку.

Я застонала. Армус уже начал все приготовления к родам. А я хотела сказать, чтобы тот дал успокоительного императору. Иначе от нашего дома ничего не останется и придется переезжать во дворец, который стал лишь местом управления Империей.

Но не успела. У меня отошла воды.

Я встала с кровати, чтобы дать возможность сменить бельё. Тело всё ещё дрожало от боли, но я упрямо держалась на ногах. Когда я подняла глаза, то увидела, что зрачки Эрэйна неестественно расширены.

Он выглядел так, словно готов был в любой момент обернуться. Он тут же подошёл ко мне, осторожно придерживая за плечи.

В комнату вбежала Виола.

Я жалобно посмотрела на неё. Мы заранее договорились — я не хотела, чтобы муж присутствовал при родах. Я знала, что для него это будет не просто тяжело. Для виверна это могло стать настоящим испытанием.

Виола всё поняла без слов.

Она мягко положила руку на плечо сына.

— Сынок, — спокойно сказала она. — Тебе лучше подождать в коридоре.

Он резко повернул голову.

— Я никуда не пойду.

Но моя мама уже подошла с другой стороны.

— Эрэйн, — тихо сказала она. — Поверь, сейчас так будет лучше.