Старый рудник для брошенной жены - Алена Ягинская

Господин Толендорф тут же сменил вектор и обвинил меня в… пособничестве эльфам, практически приравняв их к иноагентам. Но тут его осадил какой-то старик из комиссии, напомнив, что помогать эльфам в поисках реликвии их народа — долг каждого гражданина Трассерии.

Снова вылез психиатр, заявив, что такая помощь с моей стороны должна быть расценена как классическое проявление синдрома спасательства. Он с пафосом заявил, что я нахожу ложное ощущение собственной значимости в безоглядной помощи чуждому народу, чтобы купить их расположение и заполнить экзистенциальную пустоту.

После этих слов у меня в мозгах и правда возникла экзистенциальная пустота, которую наполняло только одно желание — прибить дурачка на месте посредством удара по теменной части головы ковшом экскаватора. Экскаватора у меня правда еще нет, но вот и повод его изобрести!

Видимо, похожее желание возникло не только у меня, потому что тот самый, видимо, самый адекватный старичок из комиссии предложил сделать перерыв в опросе госпожи Рейвенкрофт, чтобы ознакомиться с моими хозяйственными книгами и делами, а не выдумывать голословных обвинений, не соответствующих действительности. И попросил показать ему стройку.

Мало того, он так шикнул на их кукукнутого психиатра, который, вооружившись блокнотиком, рванул туда вперед нас, что тот остановился и пару минут пучил глаза и открывал рот, словно рыба, выброшенная на берег.

— С ним всё в порядке? — спросила я старичка, через несколько шагов оглянувшись и увидев, что господин Альбрехт так и стоит посреди двора и открывает рот.

— Ему на пользу, — усмехнувшись, сказал старик. — Зато и дружок его с нами не увязался, — кивнул он на господина Толендорфа. — И кто только их в комиссию включил, ума не приложу!

Кто-кто… Есть у меня догадки, но промолчу. Вроде муж мне даже услугу оказал, заступившись. Хотя это ведь правда, что король не платит ни за что, я и сама могла документы показать, что ни копейки я из королевского бюджета не потратила. Просто потому, что денег мне оттуда никаких не поступало.

А то, что пришло на стройку, так это не мне, а Божьяки Мор. И то, что она наняла меня на работу как подрядчика, так это другие отношения. Это мы вчера вечером с ней так придумали, чтобы мне не предъявили, что я ее вынудила, или что я трачу ценный ресурс в лице арестантов… И это самозванный прокурор еще про соль не прознал, что мы с эльфами соглашение подписали…

В общем, нам всем предстоит множество открытий чудных. Мне — какая я сказочная дрянь и коварная тварь, а комиссии… Видимо, то же самое.

Но это завтра, а сегодня — на стройку! Как ни крути, это моя отдушина, и там я готова проводить все свое время.

Вчера сделали разметку, а сегодня начали копать котлован под административное здание. Оно у нас по проекту всего два этажа и жить там никто не будет, так что это идеальный вариант, чтобы отработать наши техно-магические методы строительства. Пока это выглядит так, что Божьяки нарезает пласты земли, а работники на тачках и волокушах ее вывозят. Не быстрее, кстати, если всем лопаты раздать. Другое дело, что столько лопат у нас нет, только кирки…

— Ну расскажите, голубушка, что тут у вас происходит, — спросил старичок, когда мы пришли на место. Муж мой в его присутствии деликатно помалкивал.

— Это траншеи под будущий фундамент, — охотно принялась объяснять я. — Почвы тут не глинистые, в основном песчаные, местами скальные, так что подвижек быть не должно. Да и вес строения небольшой будет, поэтому ограничимся плитным фундаментом, залитым в несъемную опалубку.

— Опалубку? — переспросил старик.

— Да, — любуясь на то, как идет работа и чувствуя себя в родной стихии, говорила я. — У нас есть плиты из просоленных стружек и раствора, и мы планируем поставить их вертикально, как короб. А внутрь залить застывающий раствор с каменным наполнителем. И когда он застынет, у нас получится ровная площадка для будущего дома. Только сначала надо убрать мягкую землю и засыпать все мелкой породой типа отсева или песка. Еще бы пленкой застелить, но Божьяки сказала, что она подсыпку спаяет, что та гладкой станет и воду не пропустит. В общем, думаю, что у нас все получится.

— Прекрасная работа, — похвалил меня старик. — А как давно вы, говорите, этим занимаетесь?

— Да…

«Да всю жизнь практически», — хотела ответить я, но тут муж дернул меня за руку и спросил:

— Не боишься, что каменные глыбы твоя площадка из опилок не выдержит? Или это будет деревянный сарай?

— Что?! — возмущенно повернулась я к нему и поняла, что с меня будто какое-то расслабленное наваждение спало. И дошло — это я чего, это я все секреты выболтать решила?

— Простите, а вы кто? — обратилась я к старику. — И с какой целью интересуетесь технологиями строительства? Они, между прочим, моим отцом запатентованы.

«Будут, — добавила мысленно, — как только опробируем нормально и убедимся в безопасности».

— Я Волдемар Вейс, голубушка. Ментальный маг, — улыбнулся мне старик.

— Ментальный? — я окинула его оценивающим взглядом. — А вы с нашими эльфами знакомы? У них там такой интересный проект! Как раз по вашей части. Хотите навестим их? Уверяю, вам понравится!

Глава 28. Новые вопросы

Неделя! Это огромный срок, когда за тобой хвостом ходит «психиатр», который донимает тебя вопросами типа: «Вы с таким воодушевлением смотрите на раскопки. Это потому, что думаете, что можете закопать свои проблемы?» или «Вы так много возитесь с механизмами, это потому, что ваши родители хотели, чтобы у них был сын?».

На самом деле я сдалась через день, поэтому пошла к мужу и напомнила, что он обещал прислать курьера с ограничивающими магию браслетами. И попросила его надеть их мне как можно скорее. Самые мощные, которые он только способен достать.

Я ведь после того, как в подвале лианы на мне засохли и эльфы сказали, что их магия не слушается, села и подумала хорошенько, что к чему и почему. Хотела к Божьяки подойти, но подумала, что пока тут толпа народа, не стоит признаваться, что у меня проблемы, они же враз это против меня повернут.

Так что пришлось немного мозги напрячь, чтобы сообразить, что магия моя