Красный Сокол - Аврора Пайель

– Думай, что хочешь. В любом случае уже слишком поздно. Ты ничего не сможешь мне сделать. Если я упаду… утяну тебя за собой, Вест. Нравится тебе это или нет, но мы связаны, ты и я. Сдай меня копам, тренеру или кому угодно, и я тебя заложу.

– Ты не посмеешь.

– Ради того, чтобы спасти свою шкуру? О, ты меня недооцениваешь.

У Билла звонит телефон. Сейчас не время, но он все равно отвечает на звонок. Я вопросительно смотрю на него, а Ян все громче смеется. С каждой секундой лицо Билла бледнеет, и я понимаю, что произошло что-то серьезное.

– Что? Как это ее не было в аэропорту? – кричит Билл, прижимая телефон к уху. – Не могла же она испариться!

Вдруг он замолкает, и я слышу, как быстро бьется мое сердце. О ком он говорит?

– Что? Ее не было в самолете? Ладно… ладно… я перезвоню.

Билл завершает разговор и начинает судорожно что-то набирать. Закончив, он снова прикладывает телефон к уху.

– Что происходит? – спрашиваю я.

Но этот кретин не отвечает. Он выходит из машины, и я следую за ним.

– Манила? Это я. Чарли вернулась домой?.. Нет. Она не села в самолет.

При упоминании ее имени у меня начинает кружиться голова.

Меня охватывает ужасное чувство, с которым я пытаюсь бороться, и вдруг задыхаюсь. Чарли должна была сесть в самолет. Она решила оставить Сиэтл. Черт! Сжав кулаки, я до крови прикусываю губу. Злость, гнев, непонимание… Все смешалось. Билл с опустошенным видом откладывает телефон и хватается за голову. Он падает на колени на землю, спиной ко мне. Я смотрю на него – такой же беспомощный, как и он. Несколько секунд спустя я наконец нарушаю тишину.

– И когда ты собирался мне об этом рассказать? – тяжело вздыхаю я.

Он поднимает брови, будто забыл о моем присутствии. Билл бросает на меня потерянный взгляд:

– Я… я не знаю. Прости. Я должен был отправить ее в безопасное место. Подальше отсюда.

Я тяжело сглатываю. Слова путаются в голове, и я не могу придумать, что ему ответить. Мог бы спросить, что послужило причиной его решения, мог бы накричать на него, но молчу. Сейчас я могу думать только об одном: Чарли не там, где должна быть.

– Где она? – спрашиваю я.

– Я… без понятия. Черт, я худший старший брат. Мне надо было проводить ее, посадить в самолет…

– Билл, где Чарли? – почти кричу я.

– Четыре часа назад я отвез ее в аэропорт. Она должна была вернуться в Денвер, но она так и не села в самолет. Домой она не вернулась. Никто не знает, где она.

Я вытаскиваю из кармана телефон и набираю ее номер, но в ответ слышу только гудки. Злой как никогда, я поворачиваюсь к машине и распахиваю дверь со стороны Яна. Он испуганно замирает.

– Погоди, погоди! Если… ты думаешь, что это моих рук дело, то ошибаешься! – вопит он. – Это была не моя идея!

Я бью его в живот, и у него на глаза выступают слезы. Он лежит скрючившись.

– Прости. Прости, – повторяет он. – Он позвонил мне, и я выдал ему все, что накопал на вас. Я думал, он поможет, но все вышло из-под контроля. С Марком это был перебор, я только хотел напугать вас. А он…

– Кто? – обрываю я.

– Киллиан.

По позвоночнику пробегает дрожь. Вот уже несколько лет я не слышал этого имени. Киллиан был звездой «Красных Ястребов», пока я не выгнал его из команды, а потом и из университета, выполняя задание Инди.

– Ты его знаешь? – озадаченно спрашивает Билл.

– Ага. Он должен ненавидеть банду Инди.

– Думаешь, он похитил Чарли?

Я качаю головой. Не знаю. Я вопросительно смотрю на Яна:

– Если хочешь все исправить, сейчас самое время. Где они?

– Киллиан обычно зависает в ангаре в порту. Я отведу вас. Уверен, он там.

Друг познается в беде

Чарли

Кап… Кап… Кап… Капли падают на что-то металлическое. Сердце снова бьется в обычном ритме. Теперь, когда тревога рассеялась и я окончательно убедилась, что кроме меня здесь никого нет, я все лучше различаю окружающие звуки. Я прислушиваюсь к капели, пытаясь понять, откуда она доносится. Возможно, это капает с крыши, но я не уверена. От холода немеют пальцы. Я дергаю руками, пытаясь освободиться от пут, но ничего не получается.

Борюсь с дрожью. Мне холодно, я насквозь промокла, и, что хуже всего, мне страшно. Все случилось так быстро, что я почти ничего не поняла. Наверное, это просто проклятый день. Может, меня сглазили?

Я помню только, как у аэропорта села в такси и поехала домой. Мы быстро доехали, и вместо того, чтобы подняться к Маниле, я в последний момент передумала. Я пошла по улице к перекрестку, решив дойти до Фрэнка. Перед отъездом в Денвер мне нужно было задать Вестону последний вопрос. Я не могла уехать без ответа. Я хотела услышать правду о наших отношениях, о его отношениях с Бриттани… Теперь это все кажется ерундой.

У меня завязаны глаза. В небольшую щелочку между тканью и щекой я вижу свои рваные колготки и что-то шероховатое под ногами. Это грязная, замшелая бетонная плита.

В голову приходит мрачная мысль. Возможно, я никогда не выберусь отсюда. Больше никогда не увижу Билла, Манилу, родителей… И Веста. Как бы иногда мне ни хотелось его убить, я по нему скучаю. Сказать, что у меня разбито сердце, – значит ничего не сказать. Одна незначительная переписка, и я уже сомневаюсь в Вестоне. Неужели между нами все кончено? Не знаю. Как бы то ни было, это из-за него я не села в самолет. Моя жизнь, мне и решать, верно?

Я всегда следовала чужим советам. Плясала под чью-то дудку. Мне надоело. Я больше не хочу жалеть о том, чего не сделала. Больше не хочу быть той Чарли. Лучше сделать, а потом раскаиваться, чем не сделать и потом сожалеть. Да, это не самый мудрый мой поступок. Не ослушайся я брата, была бы сейчас в Денвере, а не в этом сыром ангаре. Мои мышцы вдруг напрягаются. Рядом раздаются шаги – знак того, что я больше не одна. В каком-то смысле я даже рада услышать хоть какие-то признаки жизни.

Я пытаюсь закричать, но тщетно: во рту тряпка. Мне удается издать лишь пару приглушенных стонов, которые, похоже, сильно раздражают моего похитителя.

– Заткнись! – кричит он, приближаясь ко мне.

Не собираясь его слушать, я продолжаю шуметь. Он резко срывает повязку с моих