Целуй, пока не поздно - Екатерина Мордвинцева

— Ты поэтому нарисовала тот рисунок? — спросила я.

— Да, — ответила она. — Чтобы ты вспомнила. Но ты и так помнила.

— Я хотела проверить его, — ответила я. — Хотела знать, готов ли он отдать трон ради меня.

— И готов? — спросил Мэриус.

— Ты сказал «нет», — ответила я. — Это правильно. Трон не нужно отдавать.

— А если бы я сказал «да»?

— Тогда я бы не призналась, что помню, — сказала я. — Пришлось бы продолжать притворяться.

— Ты жестока, — усмехнулся он.

— Я просто умна, — ответила я.

Послу мы отказали.

— Убирайся, — сказала я. — Мы не нуждаемся в твоём артефакте. И память ко мне вернулась.

— Когда? — спросил он.

— Сегодня утром, — соврала я. — Чудо.

— Ты врёшь.

— Возможно, — ответила я. — Но трона ты не получишь.

Он ушёл, злой.

Мы остались одни.

— Что теперь? — спросил Мэриус.

— Теперь — жить, — ответила я.

— А война?

— Я полубогиня, — сказала я. — Я остановлю войну. Силой или миром.

— А если миром?

— Тогда я выйду за тебя замуж, — сказала я. — По-настоящему.

— Ты предлагаешь мне руку и сердце? — удивился он.

— Да, — ответила я. — А ты согласен?

— Спрашиваешь, — он улыбнулся.

Он поцеловал меня.

Лира смотрела и улыбалась.

— Наконец-то, — сказала она. — Я устала ждать.

— Ты ждала? — спросила я.

— Всю жизнь, — ответила она. — Я видела вашу свадьбу в видениях. Чёрное платье, белые цветы. Ты плачешь от счастья.

— Я не люблю чёрное, — сказала я.

— Тогда белое, — ответила она. — Какая разница?

— Разница есть, — сказала я. — Чёрное — для траура. Белое — для радости.

— Будет белое, — сказал Мэриус. — Я подарю тебе белое платье.

— А когда свадьба?

— Через месяц, — ответил он. — Когда закончится война.

— А если война не закончится?

— Тогда после войны, — ответил он. — Я подожду.

— Я тоже подожду, — сказала я.

Мы стояли в зале, обнявшись. Лира прижалась к нам.

— Семья, — сказала она.

— Семья, — согласились мы.

За окном светило солнце. Война ещё не кончилась. Но она кончится.

Потому что мы были вместе.

А вместе мы могли всё.

Глава 19

Победа над послом не принесла нам покоя.

Я знала это, ещё когда стояла на поле боя, ощущая, как божественная сила пульсирует в моих венах. Что-то было не так. Слишком легко империя отступила. Слишком быстро посол согласился на переговоры. Слишком гладко всё складывалось.

— Ты что-то скрываешь, — сказал Мэриус, когда мы вернулись во дворец.

— Я не скрываю, — ответила я. — Я думаю.

— О чём?

— О том, кто на самом деле управляет послом. Он не был самостоятельной фигурой. Слишком слабый маг, слишком трусливый, чтобы действовать в одиночку.

— Империя?

— Империя — это ширма, — сказала я. — За ней кто-то стоит. Кто-то, кто знает о драконах, о Жницах, о Кубке. Кто-то очень старый и очень сильный.

— Ты думаешь, это…

— Я не знаю, — перебила я. — Но я хочу это выяснить.

Лира рисовала. Она рисовала без остановки с самого утра — на стенах, на полу, на бумаге. Её рисунки были хаотичными, пугающими — чёрные тучи, падающие звёзды, огонь.

— Лира, что ты видишь? — спросила я.

— Тьму, — ответила она. — Большую тьму. Она идёт с севера. Она старше короля, старше империи, старше магии.

— Кто она?

— Дракон, — сказала девочка. — Настоящий. Не как папа. Древний.

— Твой отец говорил, что он полукровка. Настоящие драконы вымерли.

— Не все, — ответила Лира. — Один остался. Он спал тысячи лет. Теперь проснулся.

— И он хочет?

— Поработить людей, — она посмотрела на меня. — Он — дедушка. Отец папы.

Мир рухнул.

— Что? — переспросил Мэриус. Он стоял в дверях, белый как мел. — Мой отец? Он… он жив?

— Он спал, — сказала Лира. — Теперь проснулся. Он чувствовал твою силу, когда ты превратился в дракона. Она разбудила его.

— Но я думал, он умер… мать говорила… она сказала, что его убили охотники на драконов…

— Она солгала, — ответила Лира. — Чтобы защитить тебя. Он был опасен. Он хотел поработить людей ещё тогда. Но маги того времени запечатали его в горе на севере.

— А теперь?

— Печать ослабла, — сказала Лира. — Когда ты стал драконом, ты выпустил эхо его силы. Он почувствовал и разбудил себя сам.

— И он управлял послом? — спросила я.

— Да, — кивнула Лира. — И королём до него. И многими другими. Он хочет хаос, чтобы прийти и навести порядок. Свой порядок.

Мэриус опустился на стул. Его лицо было серым.

— Мой отец, — прошептал он. — Тиран. Хуже короля. Хуже посла.

— Мы остановим его, — сказала я.

— Как? Он — древний дракон. Он сильнее меня. Сильнее тебя, даже полубогини.

— Мы вместе, — ответила я. — Я, ты и Лира.

— А что я? — спросила девочка. — Я не воин.

— Ты можешь останавливать время, — сказала я. — На секунду. Этого достаточно, чтобы я или Мэриус нанесли удар.

— Но я не умею контролировать свой дар, — возразила она. — Он просыпается сам, когда я в опасности.

— Тогда мы поставим тебя в опасность, — сказал Мэриус. — Намеренно.

— Ты с ума сошёл? — спросила я.

— Это единственный шанс, — ответил он. — Если Лира сможет остановить время, мы сможем поразить дракона в его уязвимое место.

— Откуда ты знаешь его уязвимое место?

— Я знаю своего отца, — сказал Мэриус. — Даже если не видел его сотни лет. Он хранит свою силу в кристалле на груди. Если разбить кристалл, он станет смертным.

— Как ты, — сказала я.

— Как я, — кивнул он.

Три дня мы готовились к финальной битве.

Мэриус учил Лиру контролировать время — сначала на песочных часах, потом на свечах, потом на живых существах. Она останавливала мух в полёте, птиц в небе, даже Мэриуса на секунду.

— Получается, — сказала она, когда на третий день заморозила его на целых пять секунд.

— Ты умница, — я обняла её.

— А как я остановлю дракона? — спросила она. — Он огромный. Его сердце огромное. Мне нужно остановить его целиком?

— Нет, — сказал Мэриус. — Только его дыхание. Он атакует огнём. Если ты остановишь огонь на секунду, мы сможем подобраться ближе.

— А ты? Ты тоже дракон. Ты сможешь сражаться с отцом?

— Я буду драконом, — ответил он. — Но слабым. Он сильнее. Но у меня есть преимущество — я знаю его повадки.

— Какие?

— Он всегда бьёт первым, — сказал Мэриус. — Всегда ждёт, что противник побежит. Если мы не побежим, он растеряется.

— А если не растеряется?

— Тогда умрём, — ответил он. — Но умрём свободными.

В ночь перед битвой мы сидели в малом зале. Лира спала на диване, укрытая пледом. Мэриус смотрел на огонь.

— Ты боишься? — спросила я.

— Не за себя, — ответил он. — За вас. Если я не смогу защитить Лиру…

— Сможешь. Ты её отец.

— Я не отец ей по крови, — сказал