Скованная сумраком - Паркер Леннокс

чтобы ответить, но в этот момент знатные начали прибывать группами, их изысканная одежда резко контрастировала с серым ландшафтом. Лорд Скальдвиндр возглавлял одну группу, а Лорд Свейнсон другую. Их тихий разговор нес напряженный оттенок.

— Они все здесь по одной причине, — появился Ретлин, игривость которого исчезла, уступив место чему-то более суровому. — Чтобы увидеть, что выйдет из этой тьмы следующим.

— Ты имел в виду, кто, — поправила я.

— Нет, — его взгляд скользнул по домам знати, которые занимали стратегические позиции. — Их не интересует Кенна. Им важен он. Выход Валкана может все изменить.

— Совет уже расколот, — тихо добавила Векса. — Если он выйдет…

Ей не нужно было заканчивать мысль. Я видела, как быстро дома меняли свои симпатии после Совета. Они отчаянно искали хоть какое-то решение для умирающего мира.

Фигура начала появляться из теней.

Валкан вышел из тьмы с той же плавной грацией, что и на испытаниях. Шагнув в серый свет, он вытер что-то темное с губ. Кровь. Желудок сжался. Она было его?

Он окинул взглядом толпу, прежде чем остановиться на своих обнаженных руках. На лице его расплылась улыбка.

Ни единого пустотного ожога не осталось на его коже.

— Как это возможно? — прошептала я Вексе, но она выглядела не менее озадаченной, чем я.

Слово «Сумеречный» пронеслось по толпе, когда Валкан поднял руки, привлекая к себе внимание.

— Друзья мои, — его голос разлился по пространству, гладкий, как шелк. — Пустота выбрала меня. Ей не понадобилось испытание, не потребовалась жертва, она не ставила условий. Мне нужно было лишь найти путь обратно к вам.

Я заметила, как Терон и Мира обменялись взглядами, полными неверия. Их пустотные ожоги казались темнее на фоне незапятнанной кожи Валкана.

Его молочные глаза нашли мои, а улыбка стала хищной. Он пересек пространство между нами спокойными шагами и встал достаточно близко, чтобы я почувствовала запах крови в его дыхании.

— Я знал, что ты особенная, — прошептал он. Прежде чем я успела отреагировать, он схватил мою руку, поднимая ее вместе со своей. — Смотрите! — обратился он к толпе. — Два Сумеречных вышли, чтобы вести Умбратию в новую эпоху!

Я вырвала руку, но вместо того чтобы отступить, осталась на месте. Что-то в его идеальной улыбке, в том, как глаза скользили по мне, разжигало в груди злость.

— Привет, красавица, — пробормотал он, подходя ближе. — Ты сногсшибательна.

— Где Кенна?

С его губ вырвался тихий смех.

— Так переживаешь за других. Это довольно… мило, — он протянул руку, будто хотел коснуться моего лица, но я отдернула голову. — Мы могли бы быть великолепны вместе, знаешь.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Нет, — согласился он, улыбка расширилась чуть сильнее. — Полагаю, не ответил, — он провел языком по зубам.

— Ты нашел ее там? — я настаивала, хотя ужас уже тяжелым грузом лег на сердце.

— Пустота показывает нам, кем мы на самом деле являемся, — спокойно сказал он, голос опустился ниже. — Некоторые просто принимают свою природу… легче, чем другие, — его взгляд мелькнул на мои губы. — И ты примешь, со временем. Когда поймешь, чего мы могли бы достичь вместе.

Осознание ударило меня, словно ледяная вода.

— Ты убил ее.

Его улыбка не дрогнула.

— Довольно серьезное обвинение, детка, — он наклонился ближе, обдавая холодным дыханием мое ухо. — Есть способы и получше использовать этот красивый ротик.

Отвращение пронзило меня, скручивая желудок. Прежде чем я успела отступить, рядом материализовался Эфир. Его рука сомкнулась вокруг моей, толкая за себя, он встал между мной и Валканом. Даже через кожу и броню я видела, как напряжено его готовое к удару тело. В этот раз мне не мешало его вмешательство.

Уркин шагнул вперед, за ним шли остальные Генералы, пробиваясь сквозь толпу. На площадку опустилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь стуком сапог. Глаза Уркина расширились, когда они остановились на нетронутой коже Валкана.

— Это невозможно, — произнес он едва слышно.

— Ты ничего не испытал? — спросил Терон, встав, тоном полным неверия. — Там, внутри?

— Просто чистая тьма, — Валкан раскинул руки в стороны, улыбка не покидала его лица. — Тьма, что признала свое.

— Дампир никогда не входил в Пустоту, — Тэлон шагнул вперед, поправляя одеяния Архивариуса и пристально глядя на Валкана. — Мы не можем предсказать, какой эффект это окажет.

Толпа буквально отшатнулась при упоминании Дампиров. Я наблюдала, как улыбка Валкана на мгновение померкла, прежде чем снова вернуться на место.

— В твоих глазах нет теней, — выплюнула Векса. Она шагнула вперед, но Эффи схватила ее за руку, удерживая.

Личная охрана Валкана материализовалась из толпы и встала вокруг него, молочные глаза сузились. Их движения были слишком плавными, настолько грациозными, что по коже пробежали мурашки.

— Чужеземка вышла из Пустоты, окутанная тенями, — сказал Генерал Кэрис, взгляд которого скользил между Валканом и мной. — Ты же вышел таким, каким вошел.

На лице Валкана промелькнула тьма, нарушив тщательно поддерживаемый шарм.

— Видите на моей коже пустотные ожоги? — голос Валкана поднялся, разливаясь по толпе с отточенным авторитетом. — Существует лишь три исхода для того, кто входит в Пустоту. Явно, мое появление говорит само за себя.

— Докажи это, — голос Миры прорезал напряжение, она вскочила на ноги.

— Простая демонстрация все бы решила, — Ретлин пожал плечами, вставая рядом с Вексой и Эффи. Непринужденность его стойки контрастировала с остротой голоса.

Валкан прищурился, хотя его улыбка осталась на месте.

— Ни один другой Кальфар не выходил из Пустоты без отметин, не провозгласив себя Сумеречным. Я не собираюсь что-то доказывать. Я Лорд Драксона, вам стоит помнить об этом.

Окруженный представителями других домов Лорд Скальдвиндр вышел из толпы. Его темные глаза скользнули по сцене, тщательно оценивая ситуацию.

— Лорд Валкан, мы просим вас о демонстрации. Это развеет все сомнения раз и навсегда.

Валкан шагнул к Скальдвиндру, сократив расстояние до считанных дюймов. Он наклонился, шепнув что-то, чего я не слышала. Что бы это ни было, лицо Скальдвиндра побледнело, а затем удивление сменила ярость.

— Друзья мои… — Валкан снова заговорил с толпой, и в голосе его вновь проступил отточенный, обманчивый шарм. — Разве я не доказывал себя снова и снова? Пока другие земли чахнут, народ Драксона процветает. Пока другие голодают,