Попала! Ошибка истинного - Мария Минц

– Знаю. Это Изнанка. Я тут уже второй раз… да-да-да, не удивляйся! – в глазах мамы мелькнул испуг, и я успокаивающе понизила голос, – а если ты про Баллашьярд, то мне помогли. Он… Иштван пришёл за мной. Сказал, что моё имя есть в завещании Беньямина Секкереша.

Мама вздрогнула. И на её лице впервые промелькнуло что-то, похожее на улыбку.

– Секкереш… – прошептала она, – Старый плут! Это он тебе помог?

– И да, и почти да! – быстро закивала я. – Именно благодаря ему всё началось! Иштван перенёс меня в Баллашьярд… я поступила в его Академию Инквизиторов… я училась… я… – голос сорвался, но я упрямо продолжила, – я освоила духовную магию. Я научилась звать их… духов… и это помогло мне найти тебя!

– Иштван Алдериан? – потрясённо повторила мама, – А он тут при чём?

Я замялась. Сказать ей, что я внезапно стала истинной Иштвана? Нет уж, лучше подожду с такими новостями. Мама от такого объёма информации может опять сознание потерять, а это может быть опасно!

Я отдышалась от нахлынувшего нервного возбуждения и серьёзно ответила:

– Секкереш назначил его душеприказчиком по своему завещанию, поэтому он отыскал меня.

И, тряхнув волосами, добавила:

– Я шла к тебе, мама. Всё это время. Я искала тебя!

Между нами повисла тишина.

Мама смотрела на меня так, словно пыталась выучить каждую деталь моего лица. Будто боялась, что если отвернётся или ненароком моргнёт, как я тут же исчезну.

Её губы дрогнули.

– Ты… сама?.. – едва слышно спросила она. – Прошла через всё это… одна?..

Я криво улыбнулась, утерев мокрые щёки.

– Ну… не совсем одна. Но да. Я дошла.

Мама резко и молча подалась вперёд и притянула меня к себе. Обняла так, словно больше никогда и ни за что не собиралась отпускать.

Буквально вцепилась в меня.

Крепко.

Отчаянно.

Так, что у меня перехватило дыхание.

– Глупая девочка… – прошептала она, уткнувшись мне в волосы. Её голос дрожал. – Упрямая… безрассудная… моя…

Я зажмурилась, вцепившись в неё в ответ.

– Я не могла иначе, – всхлипнула я. – Я не могла тебя оставить…

Мы снова замерли, прижавшись друг к другу, посреди этой мёртвой, чужой тишины.

Но теперь она уже не казалась мне такой пустой.

Потому что мама была здесь.

Но вместе с этим облегчением в меня вдруг, как ледяной шип, вонзилась мысль.

Я резко отстранилась.

– Мама… – голос дрогнул. – А как мы отсюда выберемся?

Она замерла. Я сразу поняла – она тоже об этом подумала, просто не хотела говорить.

Мамин взгляд скользнул в сторону чёрного озера, потом вверх, в темноту пещеры.

– Плохо, – тихо сказала она. – Очень плохо…

У меня внутри всё похолодело.

– Что значит – плохо? – я судорожно сжала её руку. – У меня есть Глаз Неба! С его помощью я сюда попала, значит, он нас и обратно сможет вытащить.

Мама резко повернулась ко мне.

– Покажи.

Я поспешно раскрыла ладонь. Синий камень слабо пульсировал на моей руке, будто устал так же, как и я.

Мама нахмурилась.

– Артефакт мощный… – пробормотала она, словно обращаясь больше к самой себе, нежели ко мне. – Очень мощный. Только Изнанка очень не любит, когда её покидают. Особенно с добычей.

– С добычей?.. – переспросила я, и внутри всё неприятно сжалось.

– Со мной, – коротко пояснила мама.

Мы переглянулись.

– Ладно, – быстро сказала я, стараясь не дать панике разрастись. – Значит, надо просто собрать волю в кулак и сосредоточиться, как я делала раньше. Нас двое, а значит, мы сможем дать отпор… кто бы тут ни бродил. Я духов призову. У меня получится, я уже эту штуку неплохо освоила! Попросим их, и они нас перенесут обратно в реальный мир.

И тут я ненароком вспомнила тварь из воды и передёрнула плечами от неприятных мурашек, скользнувших между лопатками.

– Нет, – покачала головой мама. – Просто так не получится. Духи в Изнанке – не всегда те, за кого себя выдают.

– Да? – удивилась я, – Не знаю… пока у меня с ними осечек не случалось. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно.

И невольно потянулась, чтобы постучать по дереву. Осеклась. Вокруг был один сплошной камень и чёрная ледяная вода.

Мама улыбнулась мне и, помедлив, кивнула:

– Хорошо. Тогда это один вариант. Второй – попытаться стабилизировать точку перехода. Но для этого нужен якорь…

– Есть такой! – с жаром воскликнула я, – У меня там, в реальном мире, остался фамильяр! Это подойдёт?

Мама удивлённо вскинула брови, но, подумав, кивнула:

– Да. Подойдёт. А вот ещё вариант…

Мы заговорили одновременно и сами не заметили, как заспорили, перебивая друг друга, хватаясь за идеи и тут же отбрасывая их. Заклинания, связки, якоря, потоки – слова сыпались одно за другим, и я с трудом успевала за её мыслью.

И всё это вдруг показалось мне таким… странным. Нереальным.

Я обсуждаю магические схемы с мамой.

С мамой.

Той самой, которая читала мне сказки и вытирала слёзы, сейчас спокойно, уверенно рассуждает о структуре Изнанки, об искажении магических потоков, об артефактах!

Голова пошла кругом.

И в этот момент пещера содрогнулась. Глухо. Тяжело. Как будто где-то в её глубине проснулось нечто огромное.

Мы обе вскрикнули и замерли. Тишина обрушилась сверху, давящая, вязкая.

А потом…

Я почувствовала это. Сначала – давление. Потом – холод.

А затем…

Зло.

Чистое. Тяжёлое. Древнее.

Оно приближалось. Медленно. Неотвратимо.

Я вцепилась в мамину руку.

– Ты тоже это чувствуешь? – прошептала я, уже зная ответ.

Мама не ответила. Она посмотрела в темноту.

Туда, откуда это шло.

Глава 67

В следующую секунду тьма пошевелилась.

Она сгустилась у противоположного края озера, потянулась вверх, вытянувшись в нечто высокое, неестественно длинное. Словно из глубин Изнанки поднялось существо, у которого не было чёткой формы – только силуэт, сотканный из мрака.

И тут мне на ум пришла дурацкая ассоциация с большой колбасой, только сделанной из тьмы. Этот образ был таким неожиданным и дурацким, что я совершенно неуместно захихикала.

Мама метнула на меня недовольный взгляд, но сказать ничего не успела, потому что на самой верхушке “колбасы” вдруг вспыхнули два глаза.

Полыхающие холодным, мертвенно-белым светом, они повернулись к нам, и хихиканье застряло у меня в горле. Меня