Мистер-Костюм - Лулу Мур

— Где Беула?

Я снял шляпу, сильно потер голову, чтобы снять напряжение, затем снова надел ее: — Она ушла. Она сказала, что у нее есть работа.

Мюррей наклонил голову, наблюдая за мной, потягивая пиво. — И как ты к этому относишься?

— К чему?

— Она уходит.

Я пожал плечами. — Не знаю.

Секунду он молчал, потягивая пиво, пока мы смотрели, как поле очищается. Стадион был почти пуст. — Дружище, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— О чем?

— Она работает против тебя, она из Чикаго.

Я повернулась к нему, нахмурив брови и никоим образом не следя за его разговором, потому что мой мозг все еще был занят Беулой и этим поцелуем. — Чувак, ты о чем?

Он сжал мое плечо. — Я видел вас в эти выходные. Ты влюбляешься в нее.

Я сильно посмеялся над нелепостью. Я не был. — Я нет.

— Эй, приятель, мы поддерживаем тебя, что бы ты ни решил сделать, но ты влюбляешься в нее. Мы все это видим.

Иисус. Кто знал, что Отношения Мюррей будет такой большой девочкой? Поцелуй был поцелуем. Даже если я не мог вспомнить лучшего. Это был поцелуй. Только потому, что я был разочарован тем, что она ушла раньше, и только потому, что я наслаждался новизной ее компании в эти выходные, и только потому, что я пытался придумать способ снова увидеть ее после того, как это дело будет закрыто, и придумать план, когда она вернется в Чикаго, не означал, что я влюбляюсь в нее.

— Не будь глупым.

— Пеннингтон! — позвал он, жестом приглашая Пенна присоединиться к нам, что он и сделал. — Расскажи Раферти, о чем мы говорили ранее.

— О, ты проходишь через пять стадий горя, чувак» — рассмеялся Пенн.

— Горе? О чем, черт возьми, ты говоришь? О чем я горюю?

— Твоя ненависть к Беуле, — самодовольно ответил он. — И ты явно отрицаешь это. Это первый этап.

Он не заметил, как я закатила глаза, потому что дверь открылась, и вошел Юпитер Ривз, его присутствие стало для Пенна немедленным притягивающим лучом, отняв все его внимание.

— Ривз, — он подошел и обхватил лицо руками, как какой-то дон мафии, прежде чем прошептать что-то, от чего они оба расхохотались. Мюррей присоединился к ним, когда Дрю и Феликс, а также девушки обняли его, похлопали по спине и поздравили с игрой.

Я бы пошел присоединиться к ним, но застыл на месте от своих мыслей, а также от слов Мюррея и Пенна. Влюблен в Беулу Холмс. Это было натянуто, учитывая, что я только что признался, что она мне нравится.

Но на самом деле влюбиться в нее?

Я не знал, но это было то, что я собирался выяснить.

15

Беула

Быстрое тук-тук-тук в окно вырвало меня из сна, хотя нельзя было назвать это сном, когда каждый час стандартные леденящие кровь ночные шумы и вполне реальная возможность появления призраков не давали мне уснуть.

— Мэм? — Он снова стукнул костяшками пальцев.

Я включила двигатель и опустила окно, протирая глаза в надежде, что они лучше сфокусируются. — Доброе утро, офицер.

— Лицензия и регистрация, — его фонарик светил мне в лицо, совершенно излишне видя, так как это было далеко за полночь и абсолютно не повлияло на его видимость из-за пылающего восточного побережья, раннего утреннего солнца, но давая мне четкое представление о том, как это собирался идти.

Очевидно, я была не единственным, кто сегодня утром встал не с той стороны кровати или, в моем случае, с переднего сиденья взятого напрокат автомобиля. Я наклонилась и полезла в сумку, достала лицензию и вручила ему вместе с документами об аренде машины, которые я подписала прошлой ночью, когда ушла от Рэйфа, вышла из игры; ушла так быстро, как только могла.

Мне нужно было убежать от всего, включая город. Я ехал, не обращая внимания, куда еду, и через три часа очутился на кладбище округа Кент.

— Мэм, мне нужно спросить, что у вас здесь за дела. — Он не удосужился поднять глаза, изучив мои права, а затем сообщил подробности по рации, чтобы тот, кто был на другом конце провода, мог пройти через систему, и где он ничего обо мне не нашел.

Потому что найти было нечего.

Я ничего не делала, кроме работы.

Я потянулась за бутылкой воды, которую дал мне парень из пункта проката, и проглотил ее, чтобы помочь избавиться от кома в горле, который, казалось, навсегда поселился в эти выходные. Это было хуже, чем пытаться проглотить застрявшее лекарство. Я попыталася привести себя в порядок и создать впечатление респектабельности, но, учитывая, что я все еще была одета с ног до головы в экипировку Янки, которую Пенн заставил меня носить, это оказалось трудным. И учитывая, как этот полицейский смотрел на меня, нетрудно было догадаться, что он не фанат.

Я сняла кепку и взъерошила волосы в последней попытке выглядеть более респектабельно, но сдалась, когда увидела свое отражение.

— Там похоронена моя семья. — Я кивнула на богато украшенные двадцатифутовые ворота, которые теперь были широко открыты. — Я пришла их увидеть.

— Нам сообщили, что вы были здесь всю ночь.

Он еще не встретился со мной взглядом, и вся моя энергия ушла на то, чтобы набраться терпения и оставаться, ну, терпеливым.

Я попробовала еще раз, глубоко вздохнув.

— Меня не было здесь всю ночь. Я приехал примерно в два пятнадцать утра, а сейчас… — я посмотрел на часы, — шесть двадцать, значит, четыре часа.

Он снова посветил фонариком в машину. Может быть, у него плохое зрение, хотя он, вероятно, не оценит, что я буду спрашивать об этом.

— Вы пили? — спросил он, наконец взглянув на меня.

Я быстро подсчитала для одного пива, которое я выпила во время игры. Его невозможно будет отследить, хотя я и не собирался ему об этом говорить. Этим утром он остановил не того адвоката… или все равно разбудил ее. Я была истощена кофеином, и терпение, которое я так старалась удержать, теперь развеялось по ветру.

Я посмотрела в ответ, сопоставив его взгляд с тем, от которого обычно люди убегали в слезах. Кое-что, что я планировал перестать делать сразу после этого парня.

— Послушайте, офицер Крупке, когда вы получите отчет, вы увидите, что в моем удостоверении нет ничего, что не дает вам повода продолжать меня допрашивать, — огрызнулся я, —