Тени прошлого - Джорджетт Хейер

Леони взяла в руки карточку.

– Леону от Хью Давенанта. Но я же сегодня не Леон, а мадемуазель де Боннар! А здесь что? От мистера Марлинга – колечко. Посмотрите, мадам! – Она развернула последний пакетик, и там оказался веер из искусно раскрашенной цыплячьей кожи, натянутой на распорки из слоновой кости. – Какой Руперт умница! Как он узнал, что мне хочется веер, мадам?

Фанни с загадочным видом покачала головой.

– Откуда мне знать, детка! И перестань скакать по комнате, глупышка! Где жемчужное ожерелье Джастина?

– А, ожерелье! – Леони подбежала к туалетному столику и из одного из ящичков извлекла длинную нитку молочно-белых жемчугов.

Фанни дважды обернула ее вокруг шеи Леони, еще раз с ужасом взглянула на часы, побрызгала духами на Леони. В последний раз одернув ее платье, она поспешила к двери.

– Вы опоздаете! – крикнула ей вслед Леони. – И все потому, что наряжали меня. Я вас подожду, мадам!

– Конечно, детка, подожди! Я хочу быть там, когда тебя увидит Джас… когда они все тебя увидят. Посиди со мной, пока я буду заканчивать свой туалет.

Но Леони не сиделось на месте. Она ходила взад и вперед перед зеркалом, отвешивала сама себе реверансы, обмахивалась веером и нюхала розы.

Рашель работала очень быстро, и скоро на миледи уже было платье из розового шелка с нижней юбкой из серебристых кружев и с огромным обручем – Леони такого еще никогда не видела. Миледи махнула по лицу заячьей лапкой, надела на руки браслеты и вставила перья в свою роскошную прическу.

– О, мадам, вы выглядите замечательно, – сказала Леони, на минуту останавливаясь.

Миледи сделала гримасу своему собственному отражению.

– Как я сегодня выгляжу – совершенно не важно. Тебе нравятся серебристые кружева, детка? А туфли? – Фанни приподняла юбки и показала очаровательную ножку.

– Да, мадам, очень нравятся – очень! А теперь пойдем вниз и покажемся монсеньору.

– Сейчас, дорогая, – еще минутку. Рашель, дай веер и перчатки. Леони, возьми букет в другую руку, а шнурок от веера надень на запястье этой. Вот так – прекрасно! Я готова.

– Я так волнуюсь, что того и гляди лопну! – воскликнула Леони.

– Милая, следи за своим языком. Чтоб я не слышала таких слов, как «лопну» или «кабан». Если ты меня любишь, воздержись от них.

– Хорошо, мадам. Я постараюсь об этом помнить. И о «штанах» тоже.

– Еще бы! – хихикнула Фанни и выплыла на лестницу.

На верхней площадке она остановилась и отошла в сторону.

– Детка, иди первой. Медленно! Сколько сердец ты сегодня разобьешь! – Но последнюю фразу она сказала про себя.

Леони чинно пошла по широкой лестнице, ярко освещенной высокими свечами в установленных в нишах канделябрах. Внизу, собравшись около камина, их ждали мужчины. На лиловом камзоле герцога сверкали ордена; лорд Руперт был в голубом камзоле с кружевным воротником и манжетами и элегантном цветастом жилете; на Марлинге был камзол красновато-коричневого цвета; на Давенанте – бордового. Леони остановилась на середине лестницы и раскрыла веер.

– Что ж вы на меня не смотрите? – упрекнула она мужчин.

При звуке ее голоса они с живостью обернулись и увидели между рядами подсвечников маленькую фигурку в белом – от напудренных волос до украшенных бриллиантами туфелек. Белое платье оставляло открытыми плечи, из-под нижнего его края виднелась кружевная юбка, на корсаже были приколоты белые розы, и еще несколько роз она держала в руке. Только глаза ее ярко синели, приоткрытые губы были похожи на вишни, а на щеках играл румянец.

– Боже, какая красавица! – ахнул Руперт. – Черт возьми, какая красавица!

Герцог подошел к основанию лестницы и протянул к Леони руки.

– Иди сюда, моя дорогая!

Она сбежала к нему. Он низко склонился над ее рукой, а она вспыхнула и присела.

– Вам нравится, как я выгляжу, монсеньор? Это все леди Фанни сделала. И она подарила мне эту булавку, а Руперт подарил цве… нет, он подарил веер. Цветы подарил господин Давенант, а господин Марлинг подарил это прелестное колечко! – Она танцующим шагом подошла к мужчинам, которые смотрели на нее во все глаза и, казалось, утратили дар речи. – Огромное вам всем спасибо! Руперт, ты сегодня великолепен! Я никогда не видела тебя так аккуратно одетым и даже лощеным!

Леди Фанни спустилась с лестницы.

– Ну как, Джастин? Хорошо у меня получилось?

– Дорогая, ты превзошла себя! – Он окинул ее взглядом. – Да и твой собственный туалет не оставляет желать лучшего.

– А! – пожала она плечами. – Я сегодня ничего не значу.

– Нет, ты гранд-дама, дорогая.

– Может быть, и так. Я и хотела произвести такое впечатление.

Руперт поднял лорнет.

– Ты всегда хороша собой, Фанни, этого у тебя не отнимешь.

Стоявшие у двери лакеи вдруг выпрямились.

– А вот и гости начинают прибывать! – воскликнула миледи. – Пойдем, детка.

Она прошла в бальную залу, которая тянулась по всей длине дома. Леони с удовольствием окинула ее взглядом.

– Как же мне это нравится! – воскликнула она и, подойдя к большой корзине с цветами, стала разглядывать и нюхать их нежные лепестки. – Мы все так разоделись, и дом тоже роскошно убран. Руперт – просто красавчик, да, монсеньор?

Эвон посмотрел на своего высокого повесу-брата.

– И это ты называешь красавчиком? – медленно протянул он.

– Ну вот, опять ты за свое, Джастин! – возмутился Руперт.

В широкой двери стоял лакей и называл одно имя за другим. Руперт куда-то исчез, а леди Фанни пошла вперед.

Через час Леони стало казаться, что дом переполнен красиво одетыми дамами и господами. Она сделала по крайней мере сто реверансов, и в ушах ее все еще стояли слова миледи:

– Имею честь представить вам мадемуазель де Боннар, мадам, – воспитанницу моего брата.

В самом начале бала к Леони подошел герцог в сопровождении молодого человека, одетого по последней моде, с орденами на груди и роскошным париком на голове.

– Это – моя воспитанница, принц. Леони, принц де Конде попросил меня представить его тебе.

Леони сделала глубокий реверанс. Принц наклонился над ее рукой.

– Мадемуазель, вы восхитительны, – проговорил он.

Леони выпрямилась и застенчиво улыбнулась. Принц положил руку на сердце.

– Окажите мне честь, мадемуазель, – разрешите пригласить вас на первый танец.

Леони подумала: этот принц – просто очаровательный мальчик, вот и все. Она положила руку ему на рукав и лучезарно ему улыбнулась:

– Конечно, сударь. Это мой собственный бал – правда, ужасно интересно?

Принц, привыкший к дебютанткам, которые напускали на себя скучающее выражение, был очарован такой непосредственностью. Заиграли скрипки, и пары выстроились позади принца с Леони.

– Нам