Разрушение георгина - К. Р. Джейн

Удовлетворенный тем, что я не смогу освободиться, Люциан сделал шаг назад, и его глаза вспыхнули, как огонь, когда он впился в мое тело расчетливой оценкой.

— Мне нужно от тебя кое-что, — грубо сказал он.

И мои глаза расширились, пытаясь понять, что это может быть. — Это что? — спросила я хриплым шепотом.

— Твое доверие.

Мои внутренности сжались, потому что то, о чем он просил, было невозможно. Как он мог подумать, что я буду доверять ему после того, что он сделал за то короткое время, что я знала его… Я не понимала.

Он снова шагнул ко мне, взял меня за подбородок и осторожно поднял его, так что я была вынуждена посмотреть на него снизу-вверх.

— Отныне я всегда буду честен с тобой и ожидаю того же от тебя. — Искренность в его взгляде… сводила с ума, опасна. Он штурмовал стены вокруг моего сердца, которые я изо всех сил старался укрепить.

Я не могла ответить. Я чувствовала, что доверие и честность — это не все, чего он хотел… он жаждал гораздо большего.

Он хотел моей правды, темных тайн моей души, о которых, как я думала, я никогда не смогу рассказать.

Мое сердце споткнулось о перспективу, и я заблудилась в туннеле, подавленный этой мыслью. Мои секреты были неразрешимы. Самые последние с участием его братьев…

Люциан, должно быть, знал, что я не смогу ответить прямо сейчас, потому что внезапно он был против меня, беря мой рот с подавленной агрессией, которая говорила о крайнем самоконтроле, который он демонстрировал до этого момента. Одна рука схватила меня за затылок, а другая сжала за талию, чтобы притянуть к себе. Отчаянные удары его языка пытались объявить меня своей. Я застонала, прижимаясь к нему, в отчаянии дергая свои путы. Я врезалась в его твердый гребень, когда его рука двинулась от талии вниз к краю моего бедра.

— Черт, — прорычал он, оторвав свой рот от моего. Он посмотрел вниз, и мы оба наблюдали, как он скользнул пальцами по линии моих трусиков. Следы моего возбуждения были в пятнах на моих белых атласных трусиках. Я уткнулась головой в его твердую грудь и вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Но каждый вдох, который я делала, был пыткой, когда я глотала запах его кожи, пряный и пороховой мускус. Это только усилило пульсацию моего клитора.

Я захныкала, когда его большой палец наконец скользнул под мои трусики, чтобы найти мой опухший, ноющий клитор.

— Люциан, — пробормотала я, поднимая голову и выгибая спину, подчиняясь ощущениям, пробегающим по моему телу.

Его глаза вспыхнули при звуке его имени, и он снова закусил свою дурацкую губу, только разжигая пламя внутри меня.

— Хочешь, я прикоснусь к тебе, принцесса?

Он не стал ждать, пока я отвечу, и я застонала, пока он вращал большим пальцем круги, как эксперт.

Мне было стыдно признаться, что в тот момент я не смогла бы сказать «нет», даже если бы попыталась. Он держал меня под каким-то заклинанием. Он заворачивал меня в узлы от своих прикосновений, и я боялась, что никогда не смогу их развязать.

Он убрал руку, и я вскрикнула, паника охватила меня, когда я повисла так близко к краю, что подумала, что могу умереть.

Ладно, это было немного драматично… но все же.

Внезапно он подхватил меня на руки и отнес к своей огромной кровати. Я старалась не смотреть на его жуткую картину надо мной, когда он опускал меня. Он мягко и эффективно развязал мои запястья, а затем уложил меня на спину, прежде чем связать мои запястья надо мной своим галстуком-бабочкой, привязав их к металлическому кольцу, которое странным образом находилось в центре изголовья. Я попыталась пошевелить руками, но он снова связал меня таким образом, что убежать было невозможно.

Но страха по-прежнему не было.

Мой взгляд метнулся к столбикам кровати передо мной… заметив, насколько устойчивыми они выглядели, и что у них также были обручи и крючки в нескольких местах.

О черт. Это была какая-то бондажная кровать. Я даже не была уверена, как это называется.

— Подожди, — крикнулала я, но он лишь нежно поцеловал меня в губы, прежде чем я успела сказать что-то еще. Каким-то образом это сработало, чтобы заставить меня заткнуться.

Он встал с кровати и встал у моих ног. Темная, завораживающая похоть скатилась с него, а его взгляд блуждал по всему моему телу. Наконец наши взгляды встретились; они были горячими и заманчивыми, и я не была уверена, что когда-либо хотела чего-то большего.

Как, черт возьми, это случилось?

Он монстр. Помнишь это?

Люциан поставил одно колено на кровать и прижался губами к моей лодыжке. Он начал целовать и лизать, пока не застонал, посасывая и пробуя на вкус внутреннюю часть моих бедер, широко раздвинув мои ноги.

— Так чертовски красиво. Ты не можешь быть настоящей, Далия. — Он благоговейно прошептал мое имя, облизывая мою щель через трусики. Крик вырвался наружу, когда моя голова ударилась о матрас. Я зажмурила глаза, когда ударные волны прокатились по моему телу.

Он сосал мой клитор через кружево, лаская и дразня языком, а затем зубами. Я со стоном прижалась к его рту. Каждое лизание снимало слой за слоем, освобождая меня от всего. Я была обнаженной.

Я потеряла способность говорить. Я могла только смотреть, чувствовать и дышать сквозь пульсирующую боль в сердце, пока он целовал меня повсюду, мои трусики давно исчезли. Каждый раз, когда я была близка к тому, чтобы взорваться, он останавливался, снова и снова касаясь меня, пока все мое тело не начало трястись.

— Пожалуйста, — умоляла я, отчаянно желая оттолкнуться от обрыва, на котором он держал меня в заложниках. В ответ он скользнул толстым пальцем внутрь моего гостеприимного тела. Одна только мысль о том татуированном пальце внутри меня возбуждала меня. Я застонала — громко.

Где-то в доме я услышала звук бьющегося стекла, но не могла найти в себе силы для беспокойства… или заботы о том, что здесь кто-то еще. Мое желание взлетело до небес, трение его пальца и его рта подбрасывало меня так высоко, что казалось, будто я могу коснуться звезд. Я брыкалась против него, танец становился безумным.

— Я…— Он снова и снова погружал в меня два пальца, пока его язык двигался и вращался…