Король Сапфир - Сильвия Лайм

На самом же деле это огромная распахнутая пасть, застывшая в неподвижности. А внутри — огни магических лампад и тихие разговоры членов ордена Зрящих, сидящих за низкими столами скрытой ото всех таверны. По крайней мере, я надеялась, что это именно члены ордена и мы, наконец, там, где нужно.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Тифия и Инхват рядом со мной в ужасе и напряжении затихли.

Мы были на территории врага, и нас могли заметить в любую минуту. Я тут же махнула синему командиру, чтобы скрылся с глаз и ждал приказа где-то здесь, в сторонке. Бро тоже послушно исчез в амулете.

— А ты пойдешь со мной и представишь меня как богачку, сбежавшую из дома и жаждущую вступить в ряды ордена, — шепнула я Тифии, глаза которой от страха становились все больше.

— Что?.. А вдруг вас узнают? А меня?.. Я же не прошла испытание!

Она мгновенно стала белой как мел.

— Будем надеяться, что моей магии кое на что хватит, — пожала плечами я. — Главное — добраться до Рыжей синицы. А дальше… Может, и войну удастся остановить, когда я представлю ее остальным аватарам и скажу, кто воздействовал на разум Лоранеша.

Тифия закрыла лицо руками, затем глубоко вздохнула и кивнула, встряхнув ладонями, пытаясь совладать со страхом.

— Я обязана вам жизнью и свободой. Сделаю все, как вы скажете, Великая Иви!

Шикнув на нее, чтобы не шумела, я шагнула к червю.

— Вернись к озеру в пещере Подземного змея, — приказала тихо, поглаживая снова усатую морду. — И привези сюда одиннадцать человек и песчаного кота, которые будут ждать тебя. Скажи, что мы уже внутри, пусть атакуют всех.

— Всех, всех, всех, — ухал червь.

— Ой, я же и забыла, что ты не можешь нормально говорить, — нахмурилась я, а потом достала из кармана ту серьгу гаруспика, которую подменила серьга аватара Земли. Десяток камней, скрепленных в форме ромба, красиво поблескивал на ладони. — Отдай это Тейнорану, смуглому здоровяку с лысой головой и тремя косичками. Сможешь?

— Тей, Тей, Тей, — закивал червь, одним усом обхватил серьгу и скрутил ее в спираль, надежно спрятав украшение.

Я снова погладила червя, направляя в него ту теплую чаротвердную силу, что струилась у меня под кожей. Не верилось, что он действительно все понимает, но выглядело именно так.

— Иди.

И червь мгновенно послушался, кивнув большой головой. Нырнул в воду и скрылся.

Инхват уже пропал из виду, каким-то образом мимикрируя под окружающий ландшафт. А мы с Тифией двинулись к входу в таверну, развернувшуюся в огромном Хуад Хе…

Глава 13

Тень

Все здесь выглядело так, словно мы попали в совершенно другой мир. И это при том, что я и так-то была не в своем. Стены скрытой таверны то казались неподвижны, то едва заметно шевелились, словно вздрагивали. То здесь, то там с потолка свисала какая-то подозрительная застывшая субстанция, напоминающая окаменевшую слизь.

Людей вокруг было не так уж и много. Большинство — в темных плащах и капюшонах, накинутых на головы. Они сидели за круглыми низкими столами, ели и пили. Кто-то бросал на доску что-то вроде игральных кубиков, парочка разделывала ножами свежее мясо продолговатой формы. Будто маленьких толстых подземных червей.

Я очень быстро поняла, что мы с Тифией слишком сильно выделялись на общем фоне. Но… это тоже был один из вариантов.

— Ты встречалась с Майисой здесь? — тихо спросила я у служанки.

Девушка нервно накручивала на палец черный хвостик косы. Она молча кивнула, озираясь по сторонам.

— Да, но прежде я оказывалась тут только по приглашению. Меня переносила магия или черви. Я не знала дороги.

— Это я помню. Итак, если все будет идти гладко, говори, что привела новобранца. Если начнутся проблемы, говори, что привела жертву для своего посвящения.

Она едва успела ахнуть.

— Вы к кому? — раздался довольно громкий голос со стороны бара. Там невысокий мужчина стоял, опершись локтями о полукруглую стойку, с другой стороны которой виднелся узкий проход. Словно там начиналось горло червя. — Тифия, это ты?

— Здравствуй, Аскель, — нервно улыбнувшись, проговорила девушка, затем взяла меня за руку и потащила к стойке. — Не узнал? Добрая примета.

Мужчина прищурился, бросая на меня тяжелый любопытный взгляд, и покрутил длинный рыжий ус. Я вдруг поняла: чем-то он напоминал Рыжую Синицу. И от этой мысли мне сделалось дурно.

— Добрая, — кивнул он. — Тебя вызывали?

— Майиса… — ответила Тифия, и ее голос предательски сорвался. Девушка покраснела. — Сказала, что я могу привести с собой новобранца. Мы сговаривались с ней… У моей подруги проблемы, и она готова взяться за любую работу. Ты же знаешь, как это бывает, да?

Аскель снова оглядел меня с ног до головы. Я поплотнее закуталась в плащ, который взяла с собой. Он скрывал дорогое платье Иви, но создавалось впечатление, что не очень хорошо скрывал.

Напряжение тянуло нервы.

— Проблемы? — переспросил мужчина, похлопав по стойке и как бы приглашая нас подойти. Достал два бокала и налил в оба какую-то темную жидкость. — Что же за проблемы могут быть у столь… благородной особы? Как вас зовут?

— Меня зовут Лекси, — ответила я почти без колебания, садясь на высокий табурет. Что ж, раз богатую особу он разгадал во мне без труда, будем от этого и плясать. — Мой муж… — чуть всплакнула я, приложив пальцы к глазам. — Выгнал меня из дома. Сказал, что вообще убьет. Лишил всякой поддержки. Нет никаких больше сил находиться с ним рядом! Чувствую, если не убегу, не будет мне жизни. Только недавно вот руки мне порезал! — Я показала тонкие следы, оставшиеся на запястьях после неудачного обряда Лоранеша.

Бармен взглянул и присвистнул.

— От такого и впрямь стоило сбежать. А что же, нет у тебя родственников никаких?

— Нет, — покачала я головой, делая самое скорбное выражение лица. В ушах слегка стучало от страха, что ложь обнаружится. Что вот-вот начнется… — Взял меня ирод этот к себе, когда еще был жив батюшка, но сейчас скончался он уже как три года. Я одна совсем. И заступиться за меня некому. А вот любезная Тифия подсказала, что есть у нее, мол, друзья хорошие, которые никогда в беде не оставят!

Аскель перевел взгляд на Тифию и кивнул. Его лицо еще было довольно напряженным, но казалось, что в мою историю он верит.

— Да вы пейте, пейте, — бросил он, —