Подарок для рыцаря смерти - Дарья Верескова

эмоции — маленькая морщинка становилась всё глубже каждый раз, когда леди Элоиз обращалась ко мне. Он смотрел на хозяйку Гратана так, будто не узнавал её, и в какой-то момент, во время очередного вопроса, сжал мою ногу так сильно, что я беззвучно зашипела.

Но руку он всё равно не убрал. Вместо этого провёл по ноге почти нежно, словно извиняясь за грубость, при этом продолжая смотреть на леди Каноссу.

Разговор медленно перешёл на другие темы. Леди Элоиз больше не пыталась втянуть меня в беседу, она больше слушала, восхищаясь остальными и лишь иногда задавая дополнительные вопросы, на которые собеседникам было приятно отвечать. Морщинка на лбу сэра Гектора постепенно сходила на нет.

— Ах, сэр Гектор, как вам повезло с такой сильной каэри! Уверена, с ней вы неостановимы, и она внесла огромный вклад в эту победу, — светло улыбнулась хозяйка Гратана.

— Да, — подтвердил рыцарь, тепло улыбнувшись. В его глаза вернулось восхищение благородной леди, он больше не выглядел настороженным. — Моя каэри сыграла огромную роль в этой битве. С ней я чувствую себя непобедимым.

Почему в воздухе висело такое напряжение? Плотное, вязкое, будто его можно было потрогать?

— Почему вы называете меня каэри? Почему не по имени? — шёпотом спросила я.

Теперь, когда остальные не смотрели на нас, я сбросила его руку, решившись наконец спрятать ладони под стол. Последнее, чего бы я хотела — это чтобы они думали, будто он тискает меня при всех, хотя именно это и происходило.

Поступал бы он так с леди Элоиз? Точно нет.

— Потому что я хочу, чтобы твоё имя было только для меня, — прямо произнёс он. Не прошло даже секунды.

— Так что же, они все должны звать меня «каэри»? Как к собаке без клички?

Лицо рыцаря тут же потемнело.

— У тебя нет имени рода? Кто твой отец? Тебя могли бы называть мисс...

— Мисс Сабин. Мы люди маленькие, в моей семье нет мастеров, мы не ювелиры, не торговцы и не лекари, у нас нет имени рода, — просто ответила я. — Кроме имени у меня ничего нет.

***

Прошло два дня, но сэр Гектор ни разу не пришёл забрать у меня магию. У меня появились платья — плотные, добротные, какие я и сама бы себе купила, а также два наряда каэри жёлтого и голубого цветов. Где такое носить в походе, я не понимала, разве что он хотел, чтобы я наряжалась в крепостях.

Я знала, что к завтрашнему дню планируется большое празднество и что большая часть рыцарей восстановилась, хотя сэр Имре трагически погиб от ранений. Его тело отправят в родовой замок сразу после праздника под сопровождением двоих рыцарей, уже прибывших из основного лагеря, который всё ещё находился у тракта.

— Ты видела сэра Гектора? — спросила я Анежку.

— Да, он общался с леди Элоиз, собирался сопровождать её в поездку к часовне, которую она хотела основать.

Ах да, именно это было причиной её приезда.

Выяснив у девушки время их отъезда, я поспешила найти рыцаря, надеясь поговорить о походе в город. Теперь, когда у меня снова были деньги, я могла купить себе и душистое мыло, и сапоги — и остальное, что было потеряно при захвате крепости.

По пути через внутренний двор работники кухни провожали меня долгими заинтересованными взглядами. Наверняка они помнили, как я копалась в сгнивших тряпках, предназначенных на сожжение, и я подмигнула им, широко улыбнувшись. Интересно, кто из них подлетел к тем лохмотьям после меня и забрал себе годовое жалованье? Или они всё поделили?

— У вас хорошее настроение, мисс, — подметила Анежка, увидев мою улыбку.

— Угу, — кивнула я. — А ты откуда? Родилась здесь?

— Да в Дубовой Роще, куда и направляется леди Элоиз! Мы все так ждём новую часовню, ведь это объединит всю деревню. У нас домов-то — пальцев на руках хватит пересчитать.

— Ты хочешь там жить? Или хочешь остаться здесь, при замке?

— А ну как в меня рыцарь по уши влюбится, мисс? И увезёт далеко-далеко, в собственный замок, и стану я там хозяйкой. Не смотрите на меня так, в соседней крепости точь-в-точь так и вышло, люди врать не станут!

— Ну, спроси их напрямую, — предложила я. — Но смотри, чтобы они не вздумали тебя просто в койку затащить. Я так поняла, что любовь высокая у них к одним, а любовь плотская — к другим. И для плотской просторожденные вполне годятся.

Просторожденые и каэри.

— Разве ж это плохо, мисс? Монетой они не обидят, да и ласковее будут, чем наши деревенские. Думаете, лучше выйти замуж и рожать восьмерых, из которых половина помрёт от нищеты?

Она прямо описала мою семью.

— Мне кажется, сейчас слишком рано для таких серьёзных разговоров, — буркнула я, хотя я сама и завела этот разговор.

Мы прошли мимо двух подозрительных темноволосых слуг. Они кололи дрова и проводили нас сузившимися глазами, в которых не было ни мужского интереса, ни привычного любопытства. Скорее… узнавание?

— Ты их знаешь?

— Нет, мисс. К завтрашнему празднику привели столько новых слуг! Но вы не волнуйтесь, стражники всех проверяют, особенно после того, что случилось. Да и на дорнессцев они не похожи.

Я лишь пожала плечами, гася в себе лишнюю тревогу, и подошла к заветной двери.

На стук выглянул староста Дубовой Рощи — я помнила его ещё по лагерю. Увидев меня, он растерянно отступил и замер в дверях, не решаясь отвлекать сэра Гектора.

А тот склонился над картой вместе с леди Элоиз. Их волосы — иссиня-чёрные и светлые, золотистые — почти соприкасались. Свет из окна так эффектно озарял девушку, что даже я на миг потеряла дар речи — настолько невероятной казалась хозяйка Гратана.

Они переговаривались тихо, будто понимали друг друга с полуслова, но, заметив меня, сэр Гектор тут же оторвался от дел.

Выпрямившись, он направился ко мне, как всегда подавляя своей статью и заполняя собой всё пространство. Шёл неторопливо, под нечитаемым взглядом леди Элоиз.

— Тебе что-то нужно? Деньги?

Я быстро замотала головой.

— Нет, деньги ещё остались, мне их и за год не истратить. Но в крепости на них ничего не купишь, поэтому я хотела обсудить поездку в город…

— Нет, — отрезал он прежде, чем я закончила. — Ты не покинешь замок. Во время праздника тоже будешь